Красная строка № 39 (345) от 13 ноября 2015 года

Что можно делать губернатору Потомскому, а что пока нет

Когда в середине августа этого года в Орле начал разгораться так называемый «банный скандал», никто не мог предположить, что он будет длиться столь долго. Думается, что напоминать читателям суть дела не нужно. Тем не менее, отметим, что сначала в местную, а потом и в федеральную прессу, а также в интернет просочились скриншоты и видеосюжеты «интимного и сексуального характера» (так его назвали сотрудники УФСБ по Орловской области) с участием людей, похожих на вице-губернатора Орловской области, руководителя аппарата губернатора и администрации Орловской области Вадима Соколова и секретаря областной избирательной комиссии Светланы Гонтарь.

К вопросу
о «крыше»

Журналисты, как местные, так и из федеральных изданий, предполагали, что публикация скандальных кадров, текста заявления в прокуратуру первого секретаря Троснянского отделения КПРФ Суханова, распространившего видео, решения бюро обкома КПРФ о требовании отставки Соколова приведёт к этой самой отставке. Но её не последовало. Губернатор — коммунист Вадим Потомский долгое время вопрос вообще не комментировал, а через пару месяцев обмолвился, что этого сюжета якобы не видел, поэтому никакого смысла рассматривать его на комиссии по этике нет. Председатель областного Совета, лидер местных единороссов Леонид Музалевский назвал видео «семейным делом Соколова», а сам Совет, силами депутатов от правящей партии, имеющих там большинство, заблокировал внесение вопроса «о Соколове» в повестку дня заседаний этого представительного органа. Стало понятно, что засвеченного в скандале вице-губернатора кто-то, выражаясь языком лихих 90-х, натурально «крышует».

Первая версия, которая была выдвинута прессой относительно того, почему вице-губернатора не выгнали, сводилась к тому, что в Орловской области идут муниципальные выборы, в том числе в городской Совет, поэтому ни Соколова, как ответ­ственного за этот процесс в обладминистрации, ни Гонтарь, секретаря облизбиркома, до выборов никто не тронет. Но выборы прошли, а главные действующие лица «банного скандала» остались на своих местах.

Второй причиной устойчивости Вадима Соколова, позволявшей ему оставаться на посту вице-губернатора, в сферу деятельности которого по орловской традиции входят такие важнейшие сферы, как кадровое обеспечение, выборные процессы и кураторство взаимоотношений с силовиками, называли его «незаменимость» для губернатора. Он проработал в этой должности больше года и сумел расставить руководящие кадры среднего звена таким образом, что большинство из них замыкалось на него лично. При исключении из созданной системы самого главного кадровика она просто рушилась. А создавать новую систему для Потомского было бы уже некому…

Среди версий, оправдывавших позицию губернатора — не вмешиваться в скандал — была и «человеческая». Вадим Соколов во время кампании по выборам губернатора Орловской области сработал весьма профессионально (сказался опыт руководства областной избирательной комиссией). Была обеспечена не только высокая явка избирателей, но и впечатляющий конечный результат: Вадим Потомский набрал процент голосов, сделавший его вторым в России. И, естественно, должен был как-то отблагодарить «серого кардинала» Соколова. Например, не «сдать» его во время «банного скандала».

Пару месяцев назад «Новая газета» озвучила свой вариант. В ней отмечалось, что за Соколова вступились московские руководители. Называлась фамилия Татьяны Вороновой, которая в 2014 году отвечала за выборы в управлении по внутренней политике президентской администрации, а потом возглавила это управление. Знакомство Соколова и Вороновой журналисты относили к тому же 2014 году. На самом деле познакомились они гораздо раньше. На официальном сайте Избирательной комиссии Орловской области есть фотоотчет о посещении Татьяной Вороновой, в то время членом Центральной избирательной комиссии, Орловской области. Датированы представленные там фотографии 24 февраля 2012 года. Там можно видеть Соколова и Воронову, сидящих за столом, отчитывающих одного из руководителей орловских телефонных сетей, изучающих избирательную урну и пр. Так что связь между двумя персонажами была, но вот выдержала ли она проверку на прочность, пока неясно. Но нужно отметить, что Татьяна Воронова — женщина весьма и весьма строгих нравов, и, думается «банные посиделки» вице-губернатора вряд ли поддерживает.

Всему виной
«пакт Потомского-
Музалевского»?

Так почему же Потомский все-таки не увольняет Соколова? Для него это увольнение было бы только выигрышным. Во-первых, он набрал бы очки как борец с коррупцией (для начальника ходить в баню с подчиненными другого пола — это близко к тому, чтобы получать некие услуги, которые опытный следователь запросто подвел бы под взятку); во-вторых, избавился бы от влиятельного конкурента, который расставил везде свои кадры и явно был готов при случае сменить Потомского на посту руководителя региона. Но Потомский его оставил. Почему?

Ответ здесь весьма прост, причем не очень понятно, как журналисты пропустили столь очевидный сюжет. Потомский, он хотя и губернатор, но формально коммунист и член ЦК КПРФ. Еще перед выборами главы региона КПРФ и «Единая Россия» заключили некий пакт о сотрудничестве, в том числе и в послевыборный период. «ЕР» поддержала Потомского на выборах и помогает ему во всех дальнейших начинаниях. И как после этого он может уволить заместителя председателя регионального отделения «Единой России» Вадима Соколова? Кто ему даст это сделать? Для такого действия губернатору требуется санкция руководства «ЕР», причем не местного, а центрального, на уровне Генсовета.

Это сильно напоминает советские времена, когда в отношении партийного чиновника высокого уровня следственные действия и аресты могли начинаться только после того, как вышестоящая партийная организация давала санкцию на привлечение к ответственности. Вспомним историю КПСС. 1 декабря 1938 года появилось постановление Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) «О порядке согласования арестов», имевшее гриф «Совершенно секретно». В нем говорилось:

«1) Разрешения на аресты депутатов Верховного Совета СССР, Верховных Советов союзных и автономных республик даются лишь по получении органами Прокуратуры и НКВД согласия председателя Президиума Верховного Совета СССР или председателей Президиумов Верховных Советов союзных и автономных республик, по принадлежности.

Разрешения на аресты руководящих работников Наркоматов Союза и союзных республик и приравненных к ним центральных учреждений (начальников управлений и заведующих отделами, управляющих трестами и их заместителей, директоров и заместителей директоров промышленных предприятий, совхозов и т. п.), а также состоящих на службе в различных учреждениях инженеров, агрономов, профессоров, врачей, руководителей ученых, учебных и научно-исследовательских учреждений — даются по согласованию с соответствующими народными комиссарами Союза ССР или союзных республик, по принадлежности.

2) Разрешения на аресты членов и кандидатов в члены ВКП(б) даются по согласованию с первыми секретарями, а в случае их отсутствия — со вторыми секретарями районных, или городских, или окружных, или краевых, или областных комитетов ВКП(б), или ЦК нацкомпартий, по принадлежности, а в отношении коммунистов, занимающих руководящие должности в Наркоматах Союза ССР и приравненных к ним центральных учреждениях, или в отношении ответственных работников-коммунистов партийных, советских и хозяйственных учреждений — по получении на то согласия Секретариата ЦК ВКП(б)».

Действовало это постановление практически до 20 декабря 1962 года, когда Президиум ЦК КПСС принял решение, в котором говорилось: «В ряде мест партийные работники неправильно считают, что предавать суду коммуниста можно лишь в том случае, если он исключен из партии, и на этом основании нередко запрещают органам прокуратуры возбуждать уголовные дела на членов и кандидатов в члены КПСС, допустивших преступление. Это приводит к тому, что нередко за одно и то же уголовно наказуемое деяние беспартийный привлекается к судебной ответственности, а коммунист подвергается лишь наказанию в партийном порядке…
Отменить существующий порядок, при котором аресты членов и кандидатов в члены КПСС, совершивших преступления, производятся следственными органами только по согласованию с местными партийными органами. В связи с этим считать утратившим силу постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 1 декабря 1938 г. «О порядке согласования арестов».

Разъяснить, что возбуждение уголовного дела, аресты, а также передача дела в суд и его рассмотрение в суде в отношении членов и кандидатов в члены КПСС, совершивших преступления, должны проводиться в соответствии с законом на общих основаниях». Но была и одна оговорка: «Установить, что судебно-следственные органы при возбуждении уголовного дела на коммуниста обязаны информировать об этом соответствующий партийный комитет и представлять ему необходимый материал для решения вопроса о партийности лица, совершившего преступление. При наличии достаточных оснований вопрос о партийности должен быть решен, как правило, до суда, а в отдельных случаях — после окончания следствия или суда». Тем не менее, вплоть до второй половины восьмидесятых годов вопрос: привлекать — не привлекать, увольнять — не увольнять решался с учетом мнения высоких партийных инстанций…

Сегодня система внешне изменилась, но суть осталась примерно такой же: для увольнения с работы чиновника, занимающего руководящий пост в «Единой России», необходимо согласовать все с руководством партии.

Разрешение получено?

З ноября Вадим Потомский посетил в Горках Дмитрия Медведева, главу правительства и, по совместительству, человека № 1 в «Единой России». Судя по тому, что на сайте премьер-министра о содержании встречи не говорится ни слова, речь шла не только о хозяйственных вопросах. Возможно, именно там Вадим Потомский получил санкцию на увольнение Соколова. Вот что он сам рассказал о встрече: «Встреча, по моему абсолютному убеждению, прошла хорошо, потому что на рассмотрение Дмитрию Анатольевичу было представлено четыре документа с просьбой поддержать. Все четыре просьбы он рассмотрел и все поддержал, — сообщил Вадим Владимирович». Хотя публично Потомский раскрыл содержание только трех документов из тех четырех, о которых рассказывал, думается, что вопрос «о Соколове» не документировался, а обсуждался в устном порядке. Для таких вещей письменное согласие на увольнение или перемещение с должности совсем не обязательно.

Вице-губернатор Соколов после возвращения Потомского из Москвы решил, что ему необходим отпуск. Но всем хорошо известно, что «отпуска» у чиновников бывают разные. Например, любитель фуа-гра вице-губернатор Рявкин взял отпуск и не вернулся, другого вице-губернатора Бабкина постигла почти такая же судьба: он уволился на следующий день после выхода из отпуска… Так что всё разрешится довольно скоро: дано разрешение уволить Соколова, он вернется формально безработным. Формулировка, естественно, будет «по собственному желанию».

Думается, что весь «отпуск» он будет заниматься проблемой собственного трудоустрой­ства. Говорят, что он хочет занять преподавательскую должность либо хозяйственную. «Сливать» полностью его точно не будут. А вот если «Единая Россия» решила вообще не отдавать своего стойкого члена на заклание, тогда скандал, похоже, продолжится. И куда эта кривая вынесет орловских «медведей» и губернатора, еще неизвестно. Но вряд ли туда, куда они стремятся…

P. S. Вадим Потомский похвастал тем, что ему удалось уговорить премьера «по возможности» посетить Орел в ближайшее время, поскольку ему «есть что показать». Понятное дело, что показывать Дмитрию Медведеву митинги и пикеты, требующие отставки Соколова, рассказывать о сборе подписей в поддержку такого решения — в планы губернатора совсем не входит. Вот и еще один повод для того, чтобы спрятать того подальше…

Аркадий Хрипунов.

Вороновой-СоколовВ. Соколов и Т. Воронова. 24 февраля 2012 г.

самые читаемые за месяц

самые читаемые за месяц