Красная строка № 11 (362) от 25 марта 2016 года

Если кризис затянется…

Почти за три года работы в должности министра экономического развития А. Улюкаев представил на суд общественности около десятка прогнозов развития нашей экономики с общим коэффициентом оправдываемости 0%. А его предновогодний прогноз обещает нам в 2016 году рост производства на 0,7%.

Данные Госкомстата позволяют определить, что в таком случае постсоветской России удастся по совокупному объёму промышленного, сельскохозяйственного производства и строительства восстановить уровень 1976 года и занять то самое седьмое место в экономике мирового сообщества, которым страна располагала два с половиной века тому назад, в начале царствования Екатерины Великой.

А что ожидает нас, если подготовленный поклонниками Е. Гайдара нынешний промежуточный кризис задержится и сольётся с очередным циклическим кризисом у «наших западных парт­нёров» в 2017–2019 гг.?

Поскольку в этом случае цены на нефть, газ, металлы и лес повышаться не будут, то «затягивать пояса» придётся не только в семьях трудящихся, пенсионеров и малого бизнеса. Либерально-олигархический курс социально-экономической политики утратит поддержку среднего бизнеса, а тем более — той мыслящей части господствующей элиты, которая даже сегодня понимает, что лучше отказаться от услуг команды очевидных неудачников, чем потерять всё, приобретённое в последние десятилетия.

Придётся менять не просто команду, а курс. Считаем маловероятным, что сопротивление такой перемене удастся повторить с решимостью Б. Ельцина образца 1993 года — это означало бы откат к либерально-компрадорскому курсу социально-экономической политики. Но на активную поддержку этого курса известная «золотая сотня» сможет привлечь лишь коррумпированную часть силовых структур, бюрократического аппарата и СМИ, основательно прикормленный менеджмент крупного бизнеса. В их «запасном полку» останутся российские прислужники западных друзей наших либералов, отечественный криминалитет и маргиналы.
Объективно противостоять им будет широкая коалиция антиолигархических сил, растущая за счет всех, кому предстоит принять на себя удары грядущего кризиса. В том числе благодаря росту политической активности безработной и части вузовской молодёжи, малообеспеченных пенсионеров.

Поэтому следует ожидать, что затягивание нынешнего кризиса завершится не движением вспять, а более оптимистическим вариантом — переходом от либерально-олигархического к нескольким возможным вариантам государственно-демократического курса социально-экономической политики.

Один из этих вариантов — по образцу стран, декларирующих себя частью капиталистической системы хозяйствования, но реально ограничивающих аппетиты крупного бизнеса в пользу остальных социальных групп. Вторым вариантом при определённом сочетании международных и внутриполитических отношений может стать ориентированный на творческое использование советского опыта НЭП, для последующего строитель­ства социализма.

Попытаемся оценить, сколько времени потребуется России в том и другом случае, чтобы в отраслях реальной экономики удалось войти в среднемировой темп воспроизводства товарной части ВВП, устранив то отставание, которое накопилось за лихие годы либеральных реформ.

Итак, напомним — к концу 2015 года совокупный объём промышленного, сельскохозяйственного производства, строительства и транспорта в РФ составлял примерно 80% от уровня 1989 года. Примем к сведению, что за последние 15 лет реализации государственно-олигархического курса социально-экономического развития среднегодовой темп роста производства в данных отраслях превышал среднемировой темп примерно на 0,9%. Несложно подсчитать, что, двигаясь и дальше этим курсом, при отсутствии сколько-нибудь серьёзных внешнеполитических и внутренних потрясений, можно устранить накопленное отставание в течение 24 лет.
Предположим, что курс социально-экономического развития РФ изменится с государственно-олигархического на первый вариант государственно-демократического. В таком случае можно ожидать, что появится возможность поднять темпы роста реальной экономики до средних показателей Индии (5,8%), а для решения той же задачи будет достаточно 8 лет.

Наконец, примем к сведению возможность развития противоречий в российском обществе до ситуации, которая потребует более радикального изменения курса социально-экономической политики, вплоть до выбора в качестве предпочтительной китайской модели развития народного хозяйства. А поскольку эта модель показала способность обеспечить в последние 15 лет среднегодовой рост реальной экономики на уровне 7,6%, то для восстановления ранее уже существовавшего советского уровня экономической дееспособности потребуется не более пяти лет.

Тем не менее, независимо от того, по какому пути пойдут поначалу позитивные преобразования в России, они должны будут выразиться в значительно более высоких темпах роста производства, в сравнении с теми, которые видятся нынешним руководителям либерального блока правительства и обслуживающих их экспертов Высшей школы экономики.

Что же необходимо для нормализации экономического развития страны? В самом общем определении, совсем немного. Во-первых, увеличить до 30% норму накоплений в валовом продукте и, во-вторых, адекватно поднять платёжеспособный спрос на отечественную продукцию.

При этом, в зависимости от конкретных условий формирования нового курса социально-экономического развития России, с учетом состава руководящих структур, может быть использован широкий выбор из мероприятий, принципиальная целесообразность которых неоднократно обосновывалась многими экономистами, озабоченными успешным развитием страны.

Но в любом случае потребуется согласование с основными субъектами хозяйственной деятельности (по преимуществу, с трудящимися, малым и средним бизнесом) ряда устойчивых приоритетов ускорения общественного воспроизводства.

Во-первых, это необходимость предпочтительного решения задач укрепления оборонного комплекса — по линии оперативно и стратегически значимых вооружений; в части техники и технологий, необходимых для их производства; во всём, что касается обеспечения потребительскими ресурсами Вооруженных сил и работников системы ВПК.

Во-вторых, это определение первоочередных направлений удовлетворения потребностей в материальных, интеллектуальных, демографических и экологических благах для тех социальных групп, которым предстоит выполнять ведущую роль в достижении высоких темпов роста общественного богатства. Соответственно должны быть установлены приоритеты в производстве технико-технологических ресурсов, которые потребуются, чтобы покрыть указанные потребности. В первую очередь, в рамках отечественного производства, затем — на основе взаимодействия со стратегически надёжными союзниками и, наконец, — на свободном рынке.
В-третьих, потребуется согласование целесообразных возможностей удовлетворения специфических потребностей непроизводительных и элитных групп населения, с определением необходимых для этого средств производства и импортных ресурсов.

В-четвёртых, надлежит оценить потенциальную мультипликативную эффективность развития для экспортных нужд — определённых видов техники, технологий, услуг, товаров потребительского назначения. Ориентируясь в первую очередь на перспективно более устойчивых союзников и лишь частично — на конъюнктуру мирового рынка.

Причем, решение всех этих проблем должно быть обеспечено без инфляции, без роста внешней задолженности, при опережающем развитии технически передовых отраслей, в условиях роста занятости и производительности труда.

Содействовать этому в гражданских отраслях должны расходы, по преимуществу, в обновление и развитие не пассивной, а активной части основных фондов, более полное использование незагруженных мощностей и рабочей силы. Важным резервом снижения инвестиционных издержек, в расчете на единицу темпов роста производства, может и должно стать увеличение коэффициентов сменности, развитие вертикальной и горизонтальной интеграции, изменение форм собственности, организации межхозяйственных, межотраслевых, межрегиональных связей, радикальное улучшение научного обеспечения управления народным хозяйством.
Само собой разумеется, что в данном случае речь должна идти о темпах роста производства не ВВП, а общественного богатства, чтобы не повторились такие «инновации», как освоение новых технологий производства сахарной свеклы с одновременной потерей отечественного семеноводства. Чтобы была исключена возможность внедрения высокопроизводительной зарубежной техники, которая до последнего времени сопровождалась параллельным уничтожением отечественного машиностроения, а наполнение прилавков дорожающим продовольствием содействовало росту смертности и снижению рождаемости.

Повышение мультипликативной эффективности инвестиций может сопровождаться минимизацией затрат на удовлетворение потребностей финансово-элитных групп и тех, которые связаны с обслуживанием интересов зарубежного рынка. В частности, это касается затрат на строительство отелей, ночных клубов, на элитное обустройство спортивных сооружений, курортов, транспортной, коммунальной инфраструктуры и т. п.
Что касается платёжеспособного спроса, его рост должен быть обеспечен за счет опережающего увеличения инвестиционного спроса с таким расчетом, чтобы сроки ввода в действие дополнительных объёмов производства потребительских товаров и услуг соответствовали росту покупательского спроса на эти товары и услуги. Чтобы ресурсы платёжеспособного спроса на потребительские товары увеличивались за счет трудовых доходов, растущих пропорционально повышению производительности труда, а также за счет расходов государственного бюджета на интеллектуальную и демографическую составляющие роста общественного богатства.

Основными источниками роста инвестиционного потенциала России на период преодоления продолжающегося около трёх десятилетий отставания от мирового тренда общественного развития может стать большая часть прибыли, связанной как с ростом производства, так и с сокращением непроизводительных издержек в сферах коммерческого и финансового оборота, с обслуживанием паразитического потребления господствующих элит. Следует полнее использовать инвестиционный потенциал фонда амортизации, который ныне в значительной мере расходуется не по назначению, а в целях увода части прибыли от налогообложения.

В зависимости от соотношения противоборствующих сил в момент грядущей смены курса социально-экономической политики, возможны различные варианты компромиссных решений. Например, предметом согласования может стать вопрос о замене национализации неэффективно используемой собственности олигархических структур на различные формы государственно-частного партнёрства, позволяющие обеспечить приоритет государственных интересов над эгоизмом «стратегических частных собственников».
При этом, в частности, может быть использован механизм передачи государству контрольного пакета акций — либо в счет погашения кредиторской задолженности, либо в счет оплаты штрафов за низкие показатели эффективности производства, за неиспользование по назначению ранее начисленной амортизации и др.
Возможен и выкуп предприятий, скажем, под облигации государственного займа, погашаемого с определённого периода после реприватизации. Возможно сохранение за собственниками крупных пакетов акций реприватизируемого предприятия — прав на привилегированный социальный пакет, в том числе с правом его наследования в течение определённого срока, и т. д.

Важно, чтобы подобные преобразования удалось провести с минимальными политическими издержками, с максимальным экономическим успехом, позволяющим в базовых отраслях народного хозяйства заложить основы повышения роли государства в рациональной перестройке структуры производства. В том числе в общей переориентации экономики на приоритетное развитие технически и социально более перспективных отраслей, с использованием достижений науки и передового опыта, раскрепощаемого от негативов коммерческой тайны.
Тогда проще будут решаться проблемы сокращения многозвенного паразитарного посредничества, формирования рациональных вертикально и горизонтально интегрированных структур, с устранением технологически и социально излишних параллельно исполняемых управленческих функций. Появятся дополнительные возможности экономии на рекламе, обслуживании банкротств и некоторых других издержках межхозяйственной и межотраслевой конкурентной борьбы.

Чтобы увеличить ресурсы накоплений и платёжеспособного спроса за счет сокращения паразитического потребления, потребуется осуществить налоговую реформу.

При этом, в частности, предусмотреть нулевую ставку индивидуального подоходного и имущественного налога для граждан, имеющих среднедушевой доход ниже минимального потребительского бюджета (2,2 прожиточного минимума, разрабатываемого по ныне действующей методике); сохранение действующих ставок индивидуального подоходного и имущественного дохода для россиян со среднедушевым доходом от одного до четырёх минимальных потребительских бюджетов; повышение ставок подоходного, имущественного налога в три раза для высокообеспеченных резидентов, в 6–10 раз — для нерезидентов.

В общей сумме налоговых сборов должна быть заметно повышена доля акцизов, взимаемых с продукции и услуг, потребляемых элитной частью населения.

Всё это целесообразно сопроводить снижением дифференциации доходов полярных социальных групп, что позволит, наряду с улучшением экономических условий хозяйственной деятельности, снизить в обществе остроту политических противоречий, соответственно сократит непроизводительные расходы на содержание правоохранительных служб, укрепит позиции России на международной арене.

В целях повышения стимулирующей производственную деятельность функции налогов имеет смысл снизить ставку НДС по продукции предприятий, перерабатывающих отечественное сырьё, реализуемое на внутреннем рынке, и одновременно повысить ставки налогов на добычу экспортируемых полезных ископаемых, которые могут быть эффективно востребованы на российском рынке.

Желательно минимизировать налоги на прибыль малого бизнеса и ввести регрессивную ставку налога на прибыль наращивающих объёмы производства предприятий среднего бизнеса. В общей массе налогов на прибыль предпочтительно увеличивать долю поощряющего экономический рост нормативно устанавливаемого на длительный период вменённого налога.

Безусловно, следует отказаться от высоких ставок по кредитам, используемым на производственные нужды. В общей их сумме должны преобладать целевые кредиты, предоставляемые под решение стратегически значимых проектов. С правом досрочного их погашения по льготным ставкам.

В то же время не следует забывать, что усиление роли государства в управлении общественным воспроизводством будет эффективным только в том случае, если аппарат управления удастся защитить от его самоутверждения в качестве господствующей над обществом бюрократической структуры.

А для этого необходимо, прежде всего, создать условия для устойчивого функционирования производственной демократии — в качестве наиболее действенного инструмента контроля за общественно целесообразным развитием экономики и социальной сферы. Причем, подобный контроль должен быть законодательно подтверждён, а конкретные способы его реализации следует изложить в коллективных договорах различного уровня. При этом потребуется существенно повысить роль представительных органов власти в формировании органов исполнительной власти, в определении их функций и системы оплаты труда, в систематической оценке качества работы.

Нужно будет повысить роль трудовых коллективов, профсоюзов, молодёжных, женских организаций, объединений пенсионеров в контроле деятельности менеджмента предприятий, предусмотреть возможность их участия, совместно с налоговыми органами, в контроле калькуляций, совместно с правоохранительными органами — в соблюдении трудового, хозяйственного и экологического законодательства. Это и будет проявлением истинной демократизации управления.

Нельзя считать, что всё сказанное относится только к федеральному уровню. Это проблемы, требующие сквозного решения. Пора начинать поиск улучшения работы на всех уровнях управления в направлении общенародных интересов. В своё время в Орловской области, даже в условиях «лихих 90-х», весьма успешно действовала система индикативного планирования, реализуемая через государственно-корпоративные структуры «Орловская Нива» и «Развитие». К сожалению, ко многим осознание этого факта пока так и не пришло. Даже для высокопоставленных лиц «Орловская Нива» и «Развитие» — обычные коммерческие структуры. Им не важно, в чьих те находятся руках, лишь бы платили налоги. Чего на самом деле тут больше — непонимания или притворства, не будем разбираться.

Частный эгоизм и желание стать богатыми разрушили чётко выстроенную систему. А в конце 90-х — начале 2000-х годов с трудом и большими затратами созданные подразделения полностью оказались в руках сильных мира сего. Свершилось, может быть, самое страшное для судьбы нашей области преступление. И дело не только в том, что кто-то стал богаче, а кто-то беднее, хотя и это важно. Была полностью утеряна управляемость экономикой.

Неустоявшийся экономический корабль понесло по воле волн с непредсказуемыми последствиями. Вот и приплыли…

Но безвыходных ситуаций в экономике нет. Надо только не сидеть сложа руки, а думать и работать. Было бы только кому. И тут численностью аппарата управления ничего не решить. Нужны по-настоящему творческие личности, и на это можно потратиться, убрав балласт и пристроившихся к общему пирогу. (Это на предмет сокращений, когда убирают «сошек», а потом приходится их восстанавливать, поскольку пахать-то некому).

Теперь, когда невозможно вернуть создававшееся многие годы и так блестяще прикарманенное, требуется выстроить новую систему управления, отвечающую духу времени и задачам развития. Сделать это предстоит быстро и с минимальными затратами (денег-то нет!). Более того, необходимость этого в условиях усиливающегося кризиса возрастает. Не выработать чёткой, согласованной, учитывающей интересы всех участников рынка программы — значит обрекать область на прозябание. Само по себе ничего позитивного в экономике произойти не может. Проблема многогранная, требующая глубокой и системной проработки. Первым шагом на этом пути должна стать организация государственно-кооперативно-частного партнёрства как формы объединения усилий участников рынка на достижение высоких конечных результатов.

В рамках этого партнёрства, которое надо понимать не как прожигание бюджетных средств, свидетелями чего мы являемся не один год, а именно как взаимовыгодное сотрудничество, должны быть выработаны и реализованы механизмы и инструменты индикативного планирования. При этом важно не просто определить указатель, ориентир предстоящей деятельности, а понудить (главным образом, экономически) реализовать разработанный и согласованный на всех уровнях хозяйствования план. Безусловно, это непростая, ювелирная работа, есть над чем поломать голову. Но другого пути выхода из провала просто нет. И первым шагом должна стать подготовка облсоветом народных депутатов регионального закона о партнёрстве.
Сейчас много говорится и пишется об экономической ситуации в стране. Всё больше приходит понимание необходимости усилить государственное регулирование экономики. Если это так, то пора начинать действовать, и прошлый опыт может быть весьма полезен.

И. Загайтов,
профессор,
доктор экономических наук.
Н. Турищев,
кандидат экономических наук.

Лента новостей

самые читаемые за месяц