Красная строка № 5 (400) от 17 февраля 2017 года

«Это самый омут»

За неделю в отставку ушли главы пяти регионов. Почему они расхотели работать и «кто на новенького» — на эти вопросы «Фонтанке.ру» ответил политолог Николай Петров. Материал был опубликован 15 февраля 2017 года под заголовком «Почему губернаторы попали под “страшный суд”».

По ходу дела разговор коснулся также и орловского губернатора. Полагая, что это будет интересным и для читателей «Красной строки», предлагаем вашему вниманию отрывок из интервью.

* * *
— …В Орловской области Потомский стал посмешищем из-за рассказа о путешествии Ивана Грозного в Петербург. Во Владимире очень не любят губернатора Орлову. Такого рода истории влияют на судьбу главы региона?

— Кремлю важно, чтобы скандал не выливался в публичную сферу и не принимал резких форм. Когда над губернатором начинают потешаться, когда он становится «петрушкой» — это Кремлю не нужно. А когда просто не любят — так и пусть не любят. Тем он будет лояльнее по отношению к центру. Кремлю не нужно, чтобы губернатора любили слишком сильно, но и не нужно, чтобы слишком ненавидели.

— А как узнать, что уже «слишком»?

— Здесь на помощь приходят соцопросы. Но если федеральная власть, несмотря ни на что, получает нужные результаты, губернатор остаётся. Возьмите пример Меркушкина в Самарской области: кто-то потешается, кто-то очень сильно не любит, но на выборах Самара показывает результат, как в Мордовии. И все слухи о том, что Меркушкина вот-вот поменяют, оказываются преувеличенными. Кремлю есть чем заняться и без регионов. Кстати, поэтому в подвешенном и более проблематичном состоянии оказываются именно те губернаторы, у которых заканчивается срок полномочий.

— На них внимание в этот момент фокусируется?

— У Кремля 85 регионов. Заниматься проблемами каждого не получается. А вот когда и так приходит срок замены губернатора, когда всё равно надо решать, оставить его или заменить, случается «страшный суд». А так у Кремля есть более важные проблемы. И более важные регионы, чем Орловская или Белгородская области.

— Как они делят регионы на «важные» и «не важные»?

— Есть регионы, которые играют какую-то символическую роль. Москва и Петербург — это столицы. Крым — это фокус внимания и внутри страны, и за её пределами. Пермь и Свердловск важны потому, что это огромные регионы, где и избирателей много, и любой политический скандал приобретает особое значение. А есть регионы, вроде Забайкалья или Амурской области, которые так далеко лежат от фокуса общественного интереса, что происходящее там просто не важно. Есть и ещё один фактор — наличие людей, которыми можно заменить губернатора. Если регион важен с точки зрения бизнеса, если за него борются серьёзные кланы — это одна ситуация.

— Тут замена всегда наготове?

— Да. А есть регионы вроде Курской области. В Кремле, может быть, и недовольны губернатором. Но искать ему специально замену и создавать себе проблему, когда нет двух-трёх серьёзных бизнес-групп, предлагающих кандидатов, Кремль тоже не хочет.

— А сам, без «шефствующих» бизнес-групп, Кремль не может найти кандидатов?

— Такие бизнес-группы облегчают управление людьми, поставленными во главе регионов. Так проще, чем решать проблему каждого региона индивидуально…

— Вот вы говорите всё это — и такое ощущение, что если в регионе никто не шумит, не бузит, не погибает в авариях и так далее, так там как будто и не живёт никто. Жители регионов вообще интересуют кого-то в Кремле?

— Обратной связи между регионами и Кремлём нет. Она существует либо в виде скандалов, привлекающих к региону повышенное внимание, либо за счёт серьёзных лоббистов, способных донести до Кремля народные чаяния, совпадающие с их, лоббистов, интересами. Если не происходит ни того, ни другого, если регион недостаточно привлекателен для бизнес-групп и если он не создаёт для Кремля проблем, это самый омут.
Такой регион — самый безопасный для губернатора, который будет сидеть, не высовываясь.

Беседовала Ирина Тумакова.
«Фонтанка.ру».
15 февраля 2017 г.

самые читаемые за месяц