Красная строка № 21 (327) от 12 июня 2015 года

Хиджаб вместо партбилета. Почему идут за идеологией в ИГИЛ?

Образованные молодые люди на Западе и в России едут сражаться за ценности, которые их страны давно потеряли, считает исследователь спецслужб Александр Жилин.

Как стало известно, террористическая организация «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ) раскинула вербовочные сети и в российских вузах. 19-летняя студентка МГУ Варя Караулова стала настоящей сенсацией. Завербованная девушка отправилась в Стамбул — перевалочный пункт для будущих боевиков в Сирию.

Турецкие спецслужбы с подачи Интерпола остановили ее на границе в пятницу вместе с группой из 13 россиян. Шум в СМИ поднял отец девочки, он уже отправился в Турцию к заключенной дочери и надеется вернуться с ней в Россию, где, несомненно, это дело подвергнется тщательному изучению со стороны органов безопасности, так как ИГИЛ на территории России считается террористической организацией, за причастность к которой можно и срок получить.

Но это вопрос будущего, пока же эксперты рассуждают, для чего хотели использовать студентку философского факультета Варвару — возможно, как ценного будущего вербовщика.
В последнее время набирает обороты феномен европейских боевиков в Сирии — образованные молодые англичане, французы и русские сами вступают в ряды радикалов, считает постоянный эксперт Накануне.RU — исследователь спецслужб и технологий управления массами, публицист и политолог Александр Жилин.
Чаще всего становятся адептами различных учений люди, имеющие некую потребность в высшей идее, удовлетворить которую у себя на родине они не могут.

Вопрос: — Варя Караулова, завербованная экстремистами — что это? Единичный случай или просто вскрылась правда, и она — одна из тысяч?

Александр Жилин: — Тут нужно посмотреть, что вообще происходит с вербовкой в ИГИЛ и другие экстремистские организации, которые американцы соз­дали специально для развала ислама.

Вопрос: — Американцы?

Александр Жилин: — Ну, это сто процентов. ИГИЛ — это специальное подразделение американских спецслужб, они создавали его, они финансировали, они вооружают — не далее, как в прошлом году, ИГИЛ получил колоссальное количество военной техники, якобы по ошибке сброшенной с воздуха американскими военно-транспортными самолетами. Но почему-то эта ошибка привела к тому, что все вооружение оказалось в руках ИГИЛ.

Так вот возвращаясь к первому вопросу — меня беспокоит, что современные технологии позволяют вербовать вполне благополучных, на первый взгляд, людей.

Эта девушка — Караулова — она ведь не какая-то забитая девчушка, которая не имеет образования, которая не понимает, куда ее вербуют, зачем ее вербуют. Нет, это вполне успешный человек, который мог бы сделать замечательную карьеру, с прекрасным образованием, у нее благополучная семья, но, тем не менее, вербовщики находят какие-то слова, которые заставляют человека делать такой радикальный выбор. Тем более это даже не парень, которому гормоны не дают покоя, это девушка, задача которой стать матерью, создать семью.

Вербовка идет по всему миру — в Великобритании настоящая чума, где вербуют отнюдь не мигрантов, а коренных англичан. И они идут, они покупаются на эти псевдоценности и уезжают воевать за эти сомнительные идеи.

Поэтому здесь, мне кажется, нужно серьезно отнестись к этой проблеме с точки зрения информационной безопасности страны. Надо работать с населением и показывать всю опасность.

Вопрос: — Какую технику используют для вербовки — давят на высшее предназначение, на какие чувства воздействуют?

Александр Жилин: — Один из таких болезненных моментов, которые используют вербовщики, — это, конечно, социальная несправедливость, которая установилась по всему миру, это социальное расслоение общества, когда десятки крупных воров владеют миллиардами, а большинство населения влачат жалкое существование. Как у нас в стране.

Где больше всего социальное расслоение — там больше успех у вербовщиков. Я анализировал ситуацию и пришел к такому выводу. В основном они работают с людьми, которые только что перенесли какое-то горе — когда у человека сознание совершенно открыто для того, чтобы туда вложить все эти псевдоценнос­ти. Разные формы используются в этом отношении. Надо понимать — если раньше это было на уровне любителей, то сейчас этим занимаются профессиональные психологи, психиатры и люди, прошедшие специальное обучение.

Вопрос: — Ну, если это проект США, то спецслужбы наверняка подключены к работе, а уж ЦРУ-то умеют вербовать?

Александр Жилин: — Да, спецслужбы, безусловно. Потому что все методики вербовки находятся у спецслужб. Все институты, которые работают над новыми методиками и практиками в психологии, в психиатрии — они находятся в ведении спецслужб. Даже сам Обама не сможет точно сказать, сколько институтов обслуживают ФБР и ЦРУ. Это монстр, который заглатывает сот­ни миллиардов долларов ежегодно и выдает в итоге то, что мы наблюдаем. Период любительства ушел в прошлое, сегодня идет война, и в этой войне участвуют профессионалы.

Вопрос: — А если вернуться к Варе Карауловой — вот пример, молодая девушка из Москвы, у которой есть все, она ведет довольно европейский образ жизни, есть доступ к любым благам цивилизации — и клубы, и магазины, кредитные карты, машины, свободная любовь — а она сама стремится надеть хиджаб, стать правоверной женой, самой себе ограничить свободу. Почему так происходит, чего ищут?

Александр Жилин: — Эта либеральная зараза, которая проник­ла в нашу страну под видом свободы слова, свободы действий, гражданских свобод и прочего — она фальшивая изначально. Ее цель — освободить молодое поколение от самоограничений, вызванных моралью, честью, совестью. Далеко не все люди способны стать «Собчаками». И всякая нечисть бежит в эти либеральные ряды, где свободная любовь, где нет никаких ограничений, но ведь большинст­во людей брезгует этим.

Когда государство, общественные организации, телевидение — все, что связано с формированием настроений в обществе, — не могут дать удовлетворение этим людям, они ищут спасения в таких более закрытых организациях, и тем самым пытаются спастись от этой либеральной заразы. Однако, попадают в итоге в страшные условия. Их обманывают.

Вопрос: — Как Вы считаете, если бы современное государ­ство несло какую-то идею, не разрушительную, а созидательную — то энергия таких, как Варвара Караулова, пошла бы в другое русло? Просто не хватает чего-то в своей среде?

Александр Жилин: — Конечно, я вам приведу пример. Я уже достаточно зрелый человек и знаю, что такие люди, которые органически должны иметь активную жизненную позицию, они в советское время куда ехали? Они ехали поднимать целину, строить БАМ, они были одержимы созидательными идеями, они искренне верили в то, что они строят общество социальной справедливости.

А сегодня что государство может дать, кроме идей — «обогащайся», «укради»? Какие у нас примеры для подражания? Голубой шоу-бизнес, который уже всем надоел? Или дешевые сериалы, цель которых под себя подобрать рекламу, и которые разрушают общественную мораль, пропагандируют насилие, показывают, что наша полиция — это организованная преступная группа, а не институт защиты граждан. Проанализируйте — каждый день нас накачивают безысходностью.

Вопрос: — В Турции проводили исследование, чтобы узнать, кто наиболее подвержен вербовке. Там пришли к выводу, что подвержены пропаганде необразованные молодые люди. Но сейчас мы видим, что это не так — воздействуют уже на уровне интеллекта, духовности, идейности?

Александр Жилин: — Совершенно верно, и более того — когда такой человек пройдет спецподготовку и потом вернется в среду обитания, начнет вербовать, то объект вербовки будет смотреть на этого человека уже с уважением — грамотный, не глупый, в его словах все логично, значит, стоит прислушаться, за этой идеей действительно что-то есть.

А раньше вербовали из социально неблагополучных слоев, из бедных слоев, необразованных. Люди просто соглашались идти ради того, чтобы получить хоть какие-то крохи, и на это мог­ла бы выжить их семья.
Сегодня все изменилось. Сегодня информационные технологии позволяют оккупировать страну — Украина тому пример. Ведь там же огромными массами американцы применяют то, что применяет ИГИЛ по отношению к вербуемым. Ровным счетом то же самое. Эти эскадроны смерти, эти карательные подразделения — там же набраны люди, которым в голову вложили псевдоидеи, но они готовы, к сожалению, за них умирать.

Вопрос: — Если говорить об идеях, то одной идее нужно противопоставлять другую. Но вот у нас идеология вообще запрещена. Как противостоять?

Александр Жилин: — Мне кажется, что у нас власть либо умышленно делает вид, что она не понимает, что такое идеология, либо власть настолько глупа, что действительно этого не понимает.
Государство не может жить без идеологии, потому что идеология является одним из главных столпов деятельности общества. Мы к чему идем? Какие цели перед собой ставим?

Мы проводили такой маленький опрос в московских школах — десятиклассники не знают, ради чего жить. Говорят: «Я хочу «Мерседес», «Я хочу, чтобы меня персонально обслуживали лучшие модельеры мира» — все желания на уровне потребления. Это же страшно.

Ведь что такое идеология? У нас это рассматривается — либо коммунизм, либо фашизм. Но нет, есть страна, которую я, житель этой страны, должен оставить своим детям и внукам в отличном состоянии, чтобы они дальше жили хотя бы на этом уровне. Мы должны сформулировать какие-то цели — ради чего мы живем.
Россия сегодня выполняет главнейшую функцию в мире, фактически оставшись в одиночестве, — отстаивает традиционные ценности, а мы даже этого не можем сформулировать. Может, это наша сверхзадача — сохранить для мира эти традиционные ценности?

Но на уровне государства этим не занимаются, потому что на уровне государства — бизнес. Газпром — бизнес, политика по отношению к странам бывшего СССР — бизнес, все завязано только на деньгах, духовной составляющей нет. Поэтому мы и имеем то, что имеем.

Вопрос: — Вы сказали про традиционные ценности, и вот уже европейское исследование выявило, что чаще романтически настроенные одинокие женщины перебираются из Европы на Ближний Восток. Как это объяс­нить, если только не тем, что в Европе мужчина уже давно перестал быть мужчиной — власть меньшинств, институт брака рушится, и вот такие ортодоксальные учения теперь кажутся привлекательными?

Александр Жилин: — Это действительно страшная тенденция. И нелишним будет вспомнить, что наблюдалось в период развала СССР, когда страна оказалась в тяжелом положении.

Посмотрите, за счет кого выжили семьи? За счет женщин. Мужчины, в большинстве своем, отказались от ответственности за свои семьи — это же показали социологические исследования. А женщины взяли в руки полосатые сумки и поехали зарабатывать так называемыми «челноками».

Это страшная вещь, потому что в СССР — я хочу, чтобы я был правильно понят — я не ностальгирую, я просто констатирую то, что было — мои родители воспитывали меня так, чтобы я ощущал и нес ответственность за свои действия, за свою семью.

Как сегодня воспитывается общество? Никак. Сегодня люди даже не могут сформулировать, что такое любовь. Поэтому когда женщины видят такую безысходность — они, конечно, пытаются найти какую-то замену, и их попытки найти ответы на Востоке понятны, но обречены. Они попадают в инородную среду, и эта драма продолжает развиваться — никогда европейская женщина не будет готова быть пятой, десятой, двенадцатой в гареме. Я говорю, насколько глобален этот кризис у нас в стране, и сколько горя он несет.

Вопрос: — Известно, что Варя Караулова, кстати, начала изучать ислам после развода родителей. Возможно, она хотела стать правоверной женой там, если здесь семьи рушатся, — это и есть привлекательная сторона Востока?

Александр Жилин: — Вот это очень важный момент вы подметили о том, что развод родителей — и это тоже данные социологических исследований и мнения психологов — многими детьми воспринимается гораздо страшнее, чем смерть одного из них. Поэтому эта драма личностного плана могла стать отправной точкой.
Но с другой стороны, посмотрите, как раскинуты сети вербовщиков, и как они отслеживают все эти моменты. Я это говорю к тому, что наши спецслужбы, полиция должны переходить в своей деятельности на более высокий уровень, противодействуя этой заразе. Либо мы идем в ногу со временем и отвечаем на вызовы, либо с нами будут делать все, что захотят. И опять же — пример Украины очень показателен.

Вопрос: — Получается, система ценностей становится фактором национальной безопасности?

Александр Жилин: — Если традиционные ценности, такие, как семья, стоят на первом месте, если человек, начиная со школы, получает соответствующее воспитание, если у него кумиры — достойные люди, то, безусловно, никакая девочка не променяет свою семью, своих детей на какую-то глупую идею куда-то ехать и воевать, отстаивать какие-то совершенно чуждые ценности.
Я подчеркиваю, ИГИЛ — это система разрушения ислама, никакого отношения к истинному исламу не имеет. Это было придумано для того, чтобы разрушить мощную религиозную ветвь.

Беседовала
Елена Рычкова.
«Русская весна».
10 июня 2015 г.

самые читаемые за месяц