Красная строка № 31 (382) от 16 сентября 2016 года

История утрат и курьёзов

В издательстве «Картуш» вышла новая книга известного краеведа и журналиста Александра Полынкина «Это было в Орле». По замыслу автора это вторая часть серии о городах Орловщины. Заинтересованный читатель уже знаком с «Болховскими историями». Будет, как обещал А. Полынкин на презентации, и третья часть — о Малоархангельске — под условным названием «Малый город с большой историей».

Книга об Орле — это сборник коротких зарисовок о людях, нравах и событиях из давней и близкой истории областного центра. Знающим людям кое-что в ней будет знакомо. Но вот для молодежи она может стать весьма полезной как своеобразный, живо изложенный исторический справочник, в котором собрана масса любопытных сведений о родном крае и наших предках. Собственно, и умудренному опытом читателю книга Александра Полынкина может быть интересна именно этим: не много найдешь современных изданий, где фактически в одном небольшом томе собраны достаточно полные сведения о делах и людях, навсегда оставшихся в восемнадцатом, девятнадцатом и двадцатом столетиях.

Примечательно, что открывается книга главой под названием «Масон Иван Лопухин». Этот кромской помещик, председатель Московской уголовной палаты, издавал собственный журнал масонского толка, а потом открыл и собственную масонскую ложу. Граф Григорий Иванович Чернышев, еще один владелец поместий в Московоской, Саратовской, Тульской и Орловской губерниях, и вовсе поражает воображение своей нездоровой эксцентричностью. Мало того, что кутила и мот! «Со времен масонской молодости, — пишет А. Полынкин, — Чернышев любил разные мистические сюрпризы, как, например, проваливающийся перед гостями пол и появление неизвестно откуда скелета… Среди жителей села Тагино долгое время… ходили слухи, что незадолго до ухода в мир иной Чернышев велел выстроить каменный склеп с гробом, качавшимся на цепях. И, будучи еще вполне здоровым, граф по вечерам ложился в гроб, где зажигал свечу и читал книгу».

И именно этот человек, «офранцуженный екатерининский вельможа», который плохо знал русский язык, был отцом декабриста Захара Чернышева и тестем его соратника по заговору Муравьева. Поистине знаковое родство.

В конце 18 столетия орловские масоны практически открыто заседали на территории усадьбы Мацнева у Никитской церкви — там, где теперь расположена Железнодорожная больница. И увлечение масонскими, а по существу — антиправославными, антигосударственными идеями переустройства мира на неких особых глобалистских, наднациональных началах, судя по текстам Полынкина, было чуть ли не повальным среди орловской знати.

Нет ли в том зловещей закономерности, что среди последних орловских дворян эпохи русской революции были такие, как некий Юрий Мейер — деникинский офицер, который в годы Второй мировой войны не побрезговал присоединиться к армии предателя Власова, а после разгрома фашизма и его прихвостней преподавал языки в школе военной разведки американской армии — армии потенциального врага своей Родины. Вот такие «метаморфозы духа» орловского дворянства демонстрирует нам книга А. Полынкина.

Ну, а как жил орловский мещанин в первой половине 19 столетия? Тут тоже есть чему удивиться. Автор приводит свидетельство из «Путевых заметок…» некоего Александра Тарачкова, опубликованных в 1860 году. Тот обращает внимание, в частности, на неоправданную дороговизну съемных квартир в Орле: «Или надобно нанимать квартиру не по состоянию или с целою семьею помещаться в самых тесных…». Не правда ли, звучит весьма актуально для нашего времени? Качество же этого жилья оставляло желать лучшего: «Не только недорогие одноэтажные дома, но и большие в нижних этажах отличаются холодными полами, под которыми большею частью не делается накатников, т. е. помостов, залитых сверху глиною с известью, но делаются пустые пространства до одного аршина глубиной». И далее, что будет особенно понятно людям «советского возраста», получавшим квартиры в 70-х — 80-х годах прошлого столетия: «Оконные рамы и подоконники… делаются весьма неаккуратно, и служат лучшими проводниками холода и сквозного ветра…». А следующее и вовсе удивительно, но факт: «Двойных зимних рам нет ни в одном доме, а они в Орле были бы полезны, потому что здесь дуют сильнейшие и продолжительные ветры в начале и в конце зимы». И как довесок к кошмару: «Кроме неудобств, многие квартиры отличаются еще и неопрятностью своею и принадлежащих к ним дворов…». Тоже, как видите, не устаревающее наблюдение.

А вот что ушло навсегда, так это некоторые нравственные качества орловского мещанства. Полынкин цитирует строки из опубликованного в 1861 году очерка Павла Якушкина, известного собирателя фольклора: «И теперь есть старики, которые помнят, что в Орле был только один трактир…». Стоял он напротив Георгиевской церкви, то есть где-то на бывшей Болховской (нынешней Ленинской, недалеко от кинотеат­ра «Победа»). «Так в том-то трактире народу почесть не было! А зайдет какой в трактир да узнает отец — такой задаст трактир — три недели на место сесть не сядет. А проведают по городу про холостого, так пальцами тычут: «Вон, — говорят, — трактирщик из трактира ползет». Да такому парню и девку не скоро сыскать: весь город исходи — ни одна девка замуж не пойдет». Не верится? Но, как говорится, исторический факт.

Зато в торговых делах Орел заткнул за пояс даже Воронеж, как пишет автор книги. Но торговля только в древнейшие времена была спутником культуры. Позже она стала лишь проводником потребительства. Так что стоит ли умиляться?

Впрочем, есть в книге свидетельства и о «достижениях народного хозяйства», как стали говорить позже, при Советской власти. А. Полынкин подробно описывает «Выставку сельских произведений», эдакое подобие ВДНХ образца 1862 года. Открытие выставки было приурочено к Рожеству Христову. Присутствовал сам губернатор Левашов.

Все происходило в просторном здании орловского манежа. (Теперь на этом месте — стадион им. Ленина). 86 образцов озимых и яровых хлебов, сарептская горчица и мазия. Что это за растения, сам автор, по его собственному признанию, выяснить не смог. «Что же касается промышленных товаров, — пишет А. Полынкин, — то одних только изделий с чугунно-литейных заводов С. Мальцева и А. Перелыгина было представлено более 350 единиц. Генерал-майор в отставке Сергей Иванович Мальцев на своих землях в Брянском и Жиздринском уездах за несколько лет сумел развернуть такое производство, что спустя несколько лет о его машинах, чугунных и хрустальных изделиях знали по всей России. Он лично поприветствовал губернатора у первой из своих машин — ручной веялки-сортировки, приспособленной к конному приводу, и рассказал не только о ней, а также о локомобилях, молотильных станках, соломорезках, переносных мукомольных мельницах, чугунной, эмалированной и хрустальной посуде…. Елецкий купец первой гильдии Петров умудрился представить производимые на его мыловаренном заводе три разноцветных сорта мыла в виде пьедестала, на котором стояла тумба, а на ней — ваза. Пьедестал был сварен из поташного мыла, тумба — из кокосового, а ваза — из содового мыла. Смотрелось это как настоящее произведение искусства. Мценский помещик Е. Таубе привез и выставил всего один предмет, но зато какой: полированная крышка из белого известняка ничуть не уступала аналогичным мраморным. Но выглядела живописнее благодаря узорчатой поверхности». А чем можем мы удивить теперь, в 21 веке?

Заслуживают внимания и те главы книги, где речь идет о традициях учебных заведений Орла в конце 19 — начале 20 веков. В частности, о традициях гимназических праздничных балов. Они были не просто развлечением, а одним из способов воспитания юношества. В книге приводятся воспоминания одного из последних воспитанников Орловской мужской гимназии Героя Социалистического труда, известного советского ученого, специалиста в области повышения продуктивности пастбищ Николая Захарьева: «Я, может быть, и не стал бы рассказывать о наших торжественных вечерах, если бы у меня не зародилась мысль, что такая информация из далекого прошлого, может быть, еще нужна и полезна для нашей современности, для молодежи. Думается, что привитие ученикам да и вообще молодежи уважительного, дружественного и, я бы не постеснялся сказать, нежного отношения мальчиков к девочкам нисколько не противопоказано нашему времени…». И это тоже не потеряло актуальности до сих пор. Только школьных балов давно уже нет и в помине. Остались лишь молодежные «тусовки» в ночных клубах.

По прочтении книги А. Полынкина вообще остается странное впечатление, что история нашего города — это история всплесков, не ставших достижениями, и утрат. Каких именно, вы без труда оцените, прочитав сборник «Это было в Орле». А еще, как ни парадоксально, и от души посмеетесь, потому что различных курьезов в жизни губернского города О. тоже хватало.

Андрей Грядунов.

самые читаемые за месяц

самые читаемые за месяц