Красная строка № 33 (339) от 11 сентября 2015 года

Как обыскать дом депутата

В Орловской области уже больше года, то вспыхивая, то на время затухая, развивается серьёзный конфликт между губернатором-коммунистом Вадимом Потомским и его экс-конкурентом на прошлогодних выборах, депутатом Орловского облсовета, членом фракции партии «Единая Россия» Виталием Рыбаковым, число сторонников которого неуклонно растёт. Это не может не беспокоить главу региона, положение которого и так далеко от стабильного. 31 августа Орёл в очередной раз взбудоражили обыски на различных объектах, тем или иным образом имеющих отношение к депутату Орловского областного совета Виталию Рыбакову. Но было одно отличие от предыдущих маски-шоу: следователям, на этот раз полицейским, удалось провести обыск в доме, где он много лет проживает. И это при том, что обыск проводился без участия Виталия Рыбакова и в связи с уголовным делом, в котором он не является ни обвиняемым, ни подозреваемым. Его фамилия в документах следствия вообще не фигурирует! Но обыск был проведён, документы и носители информации изъяты и теперь находятся под бдительным контролем следователя Марины Позняк. Впрочем, насколько этот контроль бдителен и кому выгодно изучить переписку и документы депутата, мы поговорим ниже…

Личный следователь прокурора

 

Идея изъять следствие из системы прокуратуры у руководства страны родилась неслучайно. Слишком широкие полномочия, с одной стороны, перегружали ведомство, а с другой — создавали одну из самых коррупционноёмких систем. В своё время Александр Бастрыкин, нынешний председатель Следственного комитета России, говорил: «Раньше надзор и следствие были в одних руках. В результате реформы удалось развести эти две функции: нельзя одной рукой возбуждать дела и проводить расследование, а другой следить за законностью следствия». Многие помнят, как отчаянно прокуратура боролась за то, чтобы «оставить» следствие в своей системе, как пыталась всячески ограничивать возможности СКР. Не получилось. Но на региональном уровне высокопоставленные прокуроры часто находят себе «личных» следователей, как правило, не из СКР, а из органов внутренних дел, имеющих свои следственные управления.

Механика «вербовки» тут в общем-то примитивна: нужно найти достаточно умелого, но совершенно беспринципного следователя, который находится не в ладах с законом (желательно — под уголовным делом). Затем освободить его от ответственности и использовать как средство выполнения личных или наиболее важных в данный момент задач.

Именно таким человеком для прокурора Орловской области Ивана Полуэктова, по всей видимости, стала Марина Позняк, старший следователь Следственного управления МВД по г. Орлу. Именно ей было поручено «разбираться» с бывшей женой депутата Орловского областного совета народных депутатов Виталия Рыбакова, «притормозить» её бизнес, а также искать в доме, где проживает депутат, какие-либо компрометирующие материалы.

Марина Позняк — человек в Орле известный. На местных интернет-ресурсах не раз засвечивались скандалы с участием хозяйствующих субъектов, в которых она играла свою следовательскую роль. Следователем она, правда, является неполноценным, во всяком случае взыскание «неполное служебное соответствие» у неё уже имеется. Но дело не в её скандальной репутации, а в том, как ей регулярно удаётся избегать уголовной ответственности за совершённые ей действия.

В распоряжении редакции есть копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела против М. А. Позняк. Вот что было установлено в ходе рассмотрения материала проверки КРСП №64пр‑15 по факту противоправных действий старшего следователя СУ МВД России по г. Орлу Позняк М. А.

7 мая 2015 года в Следственное управление Следственного комитета РФ по Орловской области поступило заявление о том, что Позняк М. А. в рамках следствия по уголовному делу №35022 составила и выдала некоей гражданке постановление о назначении комплексной криминалистической судебной экспертизы, заверенное нелегитимной печатью №10 Следственного управления при УВД Орловской области. В просторечии взяла и шлёпнула на документ печать упразднённого учреждения, в котором ранее трудилась. Кроме того, 15 мая 2015 г. «поступил материал проверки, направленный в порядке ст. 37 УК РФ заместителем прокурора Заводского района г. Орла по факту противоправных действий старшего следователя СУ УМВД России по г. Орлу Позняк М. А., выразившихся в фальсификации подписей в документах по находившимся в производстве уголовным делам».

Следователь СУ СКР по Орловской области старший лейтенант юстиции Муравщенков В. А. установил, что ряд подписей от имени заместителя начальника СУ УМВД России по г. Орлу в постановлении об отмене постановления о приостановлении предварительного след­ствия по уголовному делу №14087, двух постановлений о соединении уголовных дел и др. выполнены «не самим Сутягиным А. Н., а другим лицом с подражанием подписям Сутягина А. Н.». Точно так же были подделаны подписи начальника СУ УМВД России по Орловской области Прядкина Н. М. в постановлениях о продлении срока предварительного следствия по уголовным делам №№14158 и 14340, а в датах вынесения постановлений имеются признаки исправления.
Следователем СКР было установлено и то, что Позняк М. А. действительно заверяла постановление о проведении экспертизы печатью несуществующего подразделения УВД, в котором она ранее работала. В переводе на человеческий язык это означает, что Позняк просто украла подлежавшую уничтожению печать и ставила её там, где считала нужным.

В ходе проверки опрашивали замначальника Следственного управления УМВД по г. Орлу, который подтвердил, что его подписи — подделка, и сообщил, что таких фактов, чтобы следователь оставил постановление и куда-то выходил, не было. В просторечии — никто, кроме Позняк, подделать подписи не мог.

В общем, было практически установлено то, что следователь Позняк М. А. неоднократно подделывала подписи своих начальников, в том числе и начальника Следственного управления, чтобы продлить сроки находящихся у неё в производстве дел. И ещё использовала украденную печать. Вообще-то в рамках борьбы с «оборотнями в погонах» следователи, уличённые в таких действиях, вышибаются из органов внутренних дел немедленно! Особенно сейчас, когда идёт волна сокращений. Но не такие следователи, как Марина Позняк! Ей разрешено всё. И благодарить за это любезное разрешение следует единственного человека, который мог её спасти в данной ситуации, — областного прокурора. Чиновник ниже уровнем «решить вопрос» не смог бы по определению. В результате были сделаны весьма циничные выводы: «Указанные действия старшего следователя СУ МВД России по г. Орлу Позняк М. А. являются грубейшим нарушением требований ст. 162 УПК РФ, но не содержат признаков составов преступлений, предусмотренных ст. 286 и 293 УК РФ».

Аргументация следующая: личная заинтересованность и корыстные мотивы у Позняк якобы отсутствовали, «общественно опасных последствий в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства» не было! А «прокурорский иммунитет», который она приобрела, не даёт возможности её не то что подвергнуть уголовному преследованию, но даже и уволить!

За всё в жизни нужно платить, в том числе и за освобождение от уголовной ответственности. И выполнять самые важные, особенно с политической точки зрения, заказы своих «покровителей». А самая важная для губернатора Потомского и прокурора области Полуэктова (недаром его ведомство глава региона называет своей «армией») — это любым способом скомпрометировать, а лучше всего подвергнуть любому уголовному наказанию бывшего конкурента на губернаторских выборах и депутата областного совета Виталия Рыбакова…

Главное — изъять поздравления

Все попытки губернатора «взять Рыбакова нахрапом» были неудачными. Начиналось всё с угроз. В интервью «Коммерсанту» год назад член ЦК КПРФ Вадим Потомский, не стесняясь, говорил: «Есть случаи, когда тебе можно заниматься бизнесом, но лучше при этом не лезть глубоко в политику, иначе она глубоко залезет в тебя. Это — случай Рыбакова».

Первое уголовное дело против конкурента на губернаторских выборах было возбуждено 25 июля 2014 года. Дела шились и разваливались, а Вадим Потомский, публично показывая свою заинтересованность в них, ставил Следственному управлению СКР по Орловской области сроки (до апреля 2015 года), требовал установления Виталию Рыбакову меры пресечения, хотя бы подписки о невыезде, называл статьи, по которым можно было бы его «привлечь». Всё это говорилось либо в телевизионных интервью, либо на коллегиях силовых ведомств, а со временем попало в широкое информационное пространство. Но Потомского очень больно ударили по носу. Официальный представитель СКР Владимир Маркин назвал его «Наполеоном» и «Хлестаковым на воеводстве», председатель СКР Александр Бастрыкин не стал с Потомским встречаться, несмотря на его многочисленные просьбы, а местная и федеральная пресса начала писать о том, что губернатор допускает прямое вмешательство в действия правоохранительных органов и вынуждает их вместо борьбы с реальной преступностью заниматься интересными ему лично делами. Чтобы нас не упрекнули в голословности, обратимся к фактам. С конца декабря Вадим Потомский несколько раз публично призывал СУ СКР разобраться с депутатом Рыбаковым. Проводились дорогостоящие экспертизы, обыски и выемки документов, привлекались силы ОМОНа, причём в полном боевом снаряжении, включая маски и оружие, отвлекались от борьбы с тяжкими и особо тяжкими преступлениями десятки сотрудников правоохранительных органов, следователи, прокуроры, эксперты, судьи.

Каков результат? «Дела» Рыбакова разваливаются одно за другим, вместо них возбуждаются новые, передачу которых в суд прокуратура и не думает санкционировать. А вот количество реальных особо тяжких преступлений в Орловской области растёт небывалыми темпами. Несколько дней назад «Известия» опубликовали данные Генеральной прокуратуры о росте преступности в первом полугодии 2015 года. В среднем по стране количество особо тяжких преступлений, таких как разбои и убийства, увеличилось на 5,9%. В Орловской области, где все силы по указанию губернатора брошены на борьбу с политическим оппонентом, за полгода рост составил 62,2%, то есть в 10 раз больше, чем за тот же период 2014 года. По этому страшному показателю Орловщина вышла на твёрдое второе место в России!

Больше всего губернатора-коммуниста уязвляло не это, а то, что все крайне затратные и негативно воспринимаемые населением области меры, такие как увольнение депутата Рыбакова с поста директора муниципального предприятия, борьба против многочисленных сторонников депутата, а также собственно уголовное преследование, не позволяют подобраться к самому Виталию Рыбакову. Депутатский статус, хоть и не пре­дусматривает неприкосновенности, но всё же обыскивать жилище народного избранника, изымать его личные вещи, переписку, документы (они крайне интересуют и губернатора, и его «армию» — прокуратуру) — проблема. А ещё «полезность» обыска в том, что он даёт возможность найти какие-либо «сюрпризы» в виде незарегистрированного оружия, наркотиков или иных запрещённых к обороту предметов. И тогда никакой депутат не отвертится!

Попасть в дом № 88 по ул. Городской, где проживает депутат, следователи законным образом никак не могли. Как нам представляется, с целью проникновения, обыска и изъятия вещей и документов депутата была проработана оперативная комбинация. Слабым местом в защите Виталия Рыбакова, а точнее, неприкосновенности его жилища, было то, что оно принадлежало его бывшей супруге Ирине Ленской.
Нет, конечно, воздействовать на строптивого депутата, целый год выдерживающего натиск Потомского и его «армии» через бывших членов его семьи, — тоже метод, но главное — всё-таки документы и личные вещи Виталия Рыбакова. Адвокат Ирины Ленской Всеволод Василевский сообщил, что по факту хищения некого земельного участка в период с 2005 по 2009 год неустановленными лицами возбуждено уголовное дело. И хотя Ленская получила этот участок в 2015 году, её решили «привлечь». Оригиналы всех правоустанавливающих документов и другая документация были немедленно выданы следствию. А потом начались обыски. В магазинах «СтройСтарт» и «Умелец» были изъяты документы и рабочие серверы, которые никак уж не имели отношения к делам 2005–2009 годов. Это практически парализовало работу торговых предприятий, поскольку безналичные расчёты стали невозможными. Сотни людей, поставщиков, работников предприятий, менеджеров, покупателей пострадали от деятельности следователей. На следующий день после обыска магазины просто не открылись.

Следственная группа во главе с Мариной Позняк направилась к месту проживания депутата областного совета Виталия Рыбакова — в дом на ул. Городской 88. Ни Рыбакова, ни его бывшей супруги в доме не было. Так что началось мероприятие только через несколько часов и без них. Самого же Виталия Рыбакова правоохранители решили «нейтрализовать», пригласив в Следственное управление СКР по Орловской области для дачи объяснений по одному из уголовных дел, возбуждённых против него.

Под бдительной охраной ОМОНа в масках (их не снимали все 9 часов, что шёл обыск) тщательно перебиралась документация депутата облсовета Виталия Рыбакова. Простые и грифованные письма, запросы, на бланках и нет. Что искали? В первую очередь, конечно, связи в силовых и властных структурах и переписку с ними. Время от времени Марина Позняк восклицала: «Вот!» — и очередная бумажка укладывалась в конверт, а потом в коробку для изъятого. Читаем копию протокола обыска, написанного самой Позняк, имеющуюся в распоряжении редакции. В нём перечислены «поздравительные открытки от СУ СК России по Орловской области, прокуратуры Орловской области и другие документы, помещённые в конверт белого цвета». Обнаружив эти открытки, следователь Позняк выскочила на крыльцо здания и стала немедленно докладывать кому-то (этот момент смогли запечатлеть журналисты). Самым показательным явилось то, что открытки с поздравлениями Виталию Рыбакову от губернатора Вадима Потомского во время обыс­ка не изымались и остались лежать на рабочем столе депутата.

Естественно, поздравления от силовиков и государственных деятелей, адресованные депутату Орловского областного совета народных депутатов Рыбакову, никаким образом не могут помочь в расследовании дела, возбуждённого по факту хищения земельного участка и к которому, по версии следствия, может иметь отношение Ирина Ленская. Точно так же личные вещи, флешки, документы и материалы, касающиеся текущей депутатской работы, интересны лишь главному политическому оппоненту Виталия Рыбакова — Вадиму Потомскому и тем, кто выполняет его наиболее важные поручения.

К процессу обыска претензий у прибывшего адвоката Ленской было более чем достаточно. Во-первых, лица, производившие обыск, не находились в одном помещении, в результате чего понятые и адвокат не имели возможности видеть всё, что они делали. Во-вторых, изымались различные носители информации, которые, несмотря на предоставленную возможность, не просматривались. По идее недобросовестный следователь либо иные лица (вспомним, как у Марины Позняк «случайно» появились фальшивые подписи), может записать на изъятые флешки любую информацию — от плана теракта против Потомского до фрагментов какой-нибудь прослушки. Или полный вариант «банных похождений» вице-губернатора Вадима Соколова, например…
Депутата Рыбакова, в 16 часов вернувшегося из Следственного управления СКР, несмотря на ходатайство, в дом не пустили и присутствовать ему при обыс­ке не разрешили. В общем, нарушений было много, и главные из них, конечно, были связаны с изъятием документов и материалов, касающихся депутатской и политической деятельности Виталия Рыбакова. Он, кстати, подал заявление в областную прокуратуру, в котором назвал о­быск и изъятие его личных документов и переписки с органами государственной власти вмешательством в законную деятельность депутата. Не согласиться с ним трудно, поскольку уж слишком явно прослеживается желание его оппонента, губернатора-коммуниста, прекратить депутатскую, а желательно и любую другую деятельность Виталия Рыбакова…

Егор КАРГАЛИНСКИЙ.
«Аргументы Недели»,
№ 34 (475) от 10 сентября 2015 г.

самые читаемые за месяц

самые читаемые за месяц