Орловская искра № 17 от 8 мая 2019 года

Кое-что об искусстве и обществе

Недавно один замечательный молодой человек подарил мне книгу А. Н. Степанова «Порт-Артур». Всякая хорошая книга ценна сама по себе, но этот экземпляр «Порт-Артура» вообще уникален: его украшает автограф автора. Разумеется, он не мне адресован. Я его позволю воспроизвести, так как он, на мой взгляд, очень много говорит о личности автора. Вот он: «Дорогим Евгении Павловне и Андрею Ивановичу Литвиновым на память о приятной встрече, скрасившей нам тоскливое пребывание в Карловых Варах, вдали от Родины, — от сердечно за всё благодарных — автора и его жены. А. Степанов. 15–Х–46. Карловы Вары, сан. «Империал». Так мог написать только пламенный патриот советской Родины: всего чуть-чуть побывал вдали от неё — и затосковал по ней.

А. Н. Степанов — один из лучших сыновей России, после Великой Октябрьской социалистической революции связавших свои жизни с судьбой народа. Он сын царского офицера и сам бывший царский офицер. После революции безоговорочно стал на сторону Советской власти и защищал её на фронтах гражданской войны. Принимал участие в подавлении Кронштадтского мятежа. Тогда был контужен и на долгие годы потерял работоспособность.

Обо всём этом, однако, я говорю не только для того, чтобы поделиться с читателем радостью по поводу пополнения своей библиотеки, можно сказать, раритетом, и напомнить ему о широко известном в СССР и за его пределами писателе («Порт-Артур» был переведён на многие языки). Беру эту книгу — и словно держу в руках кусочек той славной, великой, могучей, героической эпохи, свершения которой ошарашенным «демократической» разрухой «россиянам» кажутся необъяснимым чудом. В некотором роде проявлением такого чуда может показаться и эта книга: у неё добротный, художественно оформленный переплёт, отличного качества бумага, — так что трудно поверить, что она была издана всего через год после окончания самой страшной за всю историю человечества войны, когда страна только начала залечивать нанесённые ей раны, казавшиеся «цивилизованному» Западу смертельными, и когда, казалось бы, государство никак не могло быть озабоченным качеством книжной продукции, издаваемой массовыми тиражами.

За роман «Порт-Артур» Александру Николаевичу Степанову присуждена Сталинская премия первой степени. Эта премия нынешнему поколению, разумеется, ни о чём не говорит, но она является одним из символов той ненавистной «цивилизованному» миру эпохи. Начиная с июня 1956 г., т. е. с момента принятия постановления ЦК КПСС «О преодолении культа личности и его последствий», и по сей день народу внушается, что общество стоном стонало под каблуком «диктатора», а особо досталось творческой интеллигенции, которую «тиран» на дух не переносил. Между тем в эпоху «тоталитаризма» появилось невиданное в истории пронизанное оптимизмом, жизнерадостное искусство. Как же, спрашивается, оно могло появиться, если представители творческой интеллигенции якобы были пересажаны и перестреляны? И могло ли оно вообще появиться, если бы в стране свирепствовали террор и репрессии? Такое искусство может родиться только в уверенно идущем вперёд обществе, в котором царит пафос обновления, творчества, созидания и в котором жизнь людей день ото дня становится счастливее и краше.

Но расцвет советского искусства не мог произойти стихийно, сам собой. Он, как и вообще рождение нового общества, во многом был обусловлен мудрой, целенаправленной идейно-политической, организаторской деятельностью большевистской партии. Но при этом нельзя не отметить исключительную, можно сказать, выдающуюся заслугу вождя большевиков в становлении до того неведомого миру искусства. Заметим, прежде всего, что И. В. Сталин обладал в высшей степени развитым эстетическим вкусом. Поэтому он был несомненным знатоком и ценителем искусства и литературы. Он любил театр, оперу, балет, кино. Его оценки художественных достоинств произведений искусства и литературы, как и Белинского, были безошибочны. Но в отличие от Белинского Сталин никогда не ошибался в оценке их содержания.

Заботливо пестуя кадры из способных, даровитых представителей молодого поколения, Сталин внимательно следил, чтобы молодым была «везде дорога». Не являлись, конечно, исключением литература и искусство. Замечая приход туда молодых талантов, он всячески поддерживал их. Например, в 1926 г. на сцене театра им. Вахтангова была поставлена пьеса Л. Сейфуллиной «Виринея». В книге почётных посетителей сделал запись и Сталин; он отметил, что пьеса — «выхваченный из живой жизни кусок жизни».

Рождение шедевров советского искусства и литературы в ряде случаев было обязано непосредственному вмешательству Сталина. Например, снятый Г. В. Александровым фильм «Весёлые ребята» был встречен в штыки. Против него ополчилась РАПП (Российская ассоциация пролетарских писателей). Нарком просвещения А. С. Бубнов запретил показ фильма (Государственное управление кинематографии входило в состав Наркомата просвещения). Александрову посоветовали показать «Весёлых ребят» А. М. Горькому. Ему фильм понравился, и он решил его показать членам Политбюро ЦК партии. Дальше пусть скажет сам Г. В. Александров: «Смотрели «Весёлых ребят» с явным удовольствием. По окончании сеанса все, кто был в просмотровом зале, ждали, что скажет Сталин.
— Хорошо! Я будто месяц побыл в отпуске, — сказал он, и все стали возбуждённо вспоминать понравившиеся детали кинокомедии».

Благодаря вмешательству Сталина увидела свет последняя часть «Тихого Дона» М. А. Шолохова. Как говорил писатель, троцкисты «остановили» роман, потому что в нём сказана правда о причинах восстания на Дону.

Огромную роль в развитии искусства и литературы, а также науки, образования, медицины, техники и т. д. сыграло учреждение Сталинской премии. Борцы с «культом личности» переименовали её в Государственную, хотя не имели на это никакого права: Сталинская премия выплачивалась не из средств государства, а из гонораров И. В. Сталина, которые он получал за издание своих сочинений, книг, за публикацию своих статей, в том числе и за рубежом.

Эту премию присуждал не лично Сталин, а Совет Народных Комиссаров (СНК), а затем Совет Министров СССР. Кандидатуры лауреатов представляли два специально созданных при правительстве СССР комитета: комитет по Сталинским премиям в области науки, военных знаний и изобретательства и комитет по Сталинским премиям в области литературы и искусства. Была также учреждена и Международная Сталинская премия «За укрепление мира между народами».
Без преувеличения можно сказать, что отмеченные Сталинской премией произведения литературы и искусства обогатили сокровищницу мировой культуры.

Каково общество, таково и искусство. И поэтому нет ничего случайного в том, что нынешнее искусство — это оргия пошлости. В середине семидесятых годов мне довелось учиться в Горьковской высшей партийной школе (ВПШ). Среди её профессорско-преподавательского состава выделялся прямотой и резкостью суждений преподаватель истории кандидат исторических наук А. С. Ульянов. На одной из своих лекций он, например, назвал присвоение Л. И. Брежневу воинского звания маршал Советского Союза нелепой комедией. Тогда начинала обретать популярность Пугачёва, и я задал А. С. Ульянову вопрос: как он оценивает её искусство. У него было любимое выражение: «дорогие мои»; и он ответил: «Дорогие мои, это публичный онанизм!». Сейчас Алла Борисовна — примадонна и, так сказать, кумир миллионов. Ещё раз: каково общество, таково и искусство.

Иван Комаров.

Лента новостей

самые читаемые за месяц