Красная строка № 20 (415) от 23 июня 2017 года

«Мы на пути справедливого расследования»

История семьи Костиных, которую орловские чиновники сначала приняли в число претендентов на жилищную субсидию, а потом исключили из программы «Жилье для молодых семей» (см.: «Урезать — и вся недолга!», «КС» № 19 (414), 16 июня 2017 г.), стала поводом для разговора с депутатом Орловского областного Совета Русланом Перелыгиным («Справедливая Россия») и его коллегами — помощником депутата Татьяной Жильцовой и представителем общественной организации «Защита прав собственников» Денисом Голозубовым.

Д. Голозубов: Когда на запрос депутата Перелыгина пришли ответы из областной администрации, мы обратили внимание на следующее. Чиновники пишут, что список молодых семей был утвержден в августе 2015 года. К этому же времени относится и соглашение с одним из министрерств о федеральном софинансировании. Но в решении суда по иску Костиных, который состоялся в начале 2016 года, было сказано, что список утвержден областной властью в ноябре 2015 года. Получается, что даже если объем выделенных федеральных средств стал известен только в августе, то почему наши чиновники с августа тянули до ноября? Не является ли такая медлительность причиной того, что Костиных и еще почти пятьсот семей исключили из программы?

Чиновники не оформляют своевременно нужные документы, и федеральные деньги остаются не освоенными. Москва их просто отзывает, по поводу чего, кстати, сетовал сам губернатор Потомский недавно.
И теперь Перелыгин готовит запрос в прокуратуру и другие надзорные органы, чтобы была проведена проверка того, насколько добросовестно чиновники отнеслись в данном случае к своим обязанностям. Что это — некомпетентность или злой умысел? Может быть, специально тянули время, чтобы вышвырнуть людей, стоящих первыми в списке, чтобы предоставить субсидии кому-то из более поздних, но «привилегированных» очередников? В таком случае можно подозревать и коррупционную составляющую в этом деле. Пока это только лишь наши предположения. Депутатский запрос, надеемся, поможет расставить все точки над «i».

Кроме того, явно вырисовывается весь абсурд ситуации: список очередников на 2015 год формируется в ноябре, когда год уже прошел! Третий момент: федеральный центр перечислил деньги в августе — тоже поздно! Почему не в январе, не в феврале? Получается, что и чиновники федерального уровня тоже затягивают процесс? С этим надо разбираться.

Р. Перелыгин: Федеральный центр всегда затягивает финансирование. Это уже практика. Мы намерены обратиться не только в прокуратуру, но и в комитет по бюджету Орловского областного Совета, потому что иногда бывают текущие изменения бюджета, поправки и так далее. Мы хотим получить полный анализ ситуации. Законы у нас принимаются и не работают, как, например, было с «детьми войны». Дали им по 500 рублей и при этом потребовали отказаться от прочих, гораздо больших льгот.

И с программой «Жилье для молодых семей» вышло нечто подобное: установили ограничение до 35 лет, но люди не могут повлиять на работу чиновников, которые работают спустя рукава и затягивают процесс. Говорят, нет денег. Между тем у города есть что продать и что сдать в аренду. Можно поработать над доходной частью бюджета даже в нынешних непростых экономических условиях. Начать хотя бы с затрат на огромный аппарат муниципальной власти. Есть что подрезать. Но нет системности в работе муниципальных органов. Идет затыкание дыр. А людям дают ложную надежду. Кроме того, участники социальных программ вынуждены тратить деньги на различные справки. Немалые деньги, особенно если учесть, что в Орле и регионе самая низкая зарплата по сравнению с соседними областями. Люди уже в открытую говорят, что живут за порогом бедности. Недавние соцопросы показали: чуть ли не половина орловцев признает себя нищими. Но ни областной Совет, ни муниципальная власть не готовы обеспечить население новыми рабочими местами с достойными заработками.

«КС»: Так что нужно сделать, с вашей точки зрения, чтобы программа «Жилье для молодых семей» реально заработала в Орле?

Р. Перелыгин: Провести прокурорскую проверку, во-первых. Во-вторых, мы категорически не согласны с тем, что супруги, достигшие возраста 35 лет, должны покинуть очередь на получение субсидии. Следующий момент. Вполне вероятно, что программа эта не работает должным образом, потому что город не выделяет своей доли денег. Доля эта небольшая, но если город ее не выделяет, то соответственно не выделяются деньги из областного и федерального бюджетов. Таковы условия софинансирования. С этим тоже придется разбираться.

Т. Жильцова: Дело в том, что в правилах реализации программы на 2011—2015 годы не был прямо прописан порядок исключения из нее. При этом исключения практиковались. Как только один из супругов достигал возраста 35 лет, семью исключали из списков только на том основании, что программа как бы рассчитана на людей не старше этого возраста. Некоторые семьи подавали иски в суд.

В Орле Костиных суд не поддержал. С этим уже ничего поделать нельзя. Второй раз они уже судиться с властью не будут. А вот, например, в республике Марий Эл суд стал на сторону граждан именно на том основании, что в правилах не был прописан порядок исключения. И суд обязал муниципалитет вернуть людей в очередь. Одним из аргументов в пользу истцов был тот факт, что они приняты в число участников программы, когда им еще не исполнилось 35 лет.

Но уже в правилах программы на 2015—2020 годы появляется пункт об исключении семей, где один из супругов достиг возраста 35 лет. И мы считаем, что областной Совет должен обратиться в правительство, чтобы убрали этот пункт из федеральных правил программы. Раз уж люди попали в нее до 35 лет, пусть в ней и остаются, потому что не их вина, что очередь движется медленнее, чем хотелось бы. Почему супруги «стареют» и выпадают из программы? Да потому что двадцатилетние не могут стать ее участниками. Есть серьезный имущественный критерий: чтобы рассчитывать на субсидию, люди сами должны быть способны оплатить 70 процентов стоимости своего будущего жилья. Программа обещает помощь только на 30 процентов.

Какой студент может располагать такой суммой? Кто ему даст кредит? Совсем молодые супруги не являются достаточно платежеспособными, чтобы стать участникам программы. Для этого требуются годы. И вот когда эти супруги встанут на ноги, когда у них родятся дети, когда появится на­дежда получить поддержку государства, им говорят: мол, нет, вы уже старые, вам не место в очереди для молодых семей!

Это, конечно, мое личное мнение, но факты наводят на мысль, что все эти социальные программы носят исключительно декларативный «пиархарактер». Смотрите, что получается! Муниципальная власть принимает заявления от граждан, но не выделяет своей крошечной доли на реализацию программы, и это становится поводом для вышестоящих бюджетов не осуществлять софинансирование. И всё тормозится.
Лишнее подтверждение тому, что это тенденция, — история реализации другой программы — по расселению людей из ветхого и аварийного жилья. Сначала муниципальные чиновники составляли длинные списки аварийных домов. Некоторые адреса там повторялись дважды. Но когда стало ясно, что золотого дождя не будет, а будет принцип софинансирования, то начался обратный процесс — муниципальная власть стала всячески тормозить процесс признания тех или иных домов аварийными.

Д. Голозубов: А вот к каким выводам пришел Верховный суд республики Марий Эл: «Отсутствие бюджетного финансирования… не может повлечь для участников негативные последствия в виде исключения из числа лиц, имеющих право на социальные выплаты». Российское государство, ссылается марийский суд на Конституцию, это социальное государство, «…политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека». Наш, орловский суд почему-то не принял во внимание эти конституционные нормы, вынося свое решение по иску семьи Костиных.

А вот что еще записано в решении Верховного суда Марий Эл: «…Поскольку государство взяло на себя публичное правовое обязательство по социальной поддержке семьи, то исключается произвольный отказ от него». И далее: «…Поскольку семья на начальный момент соответствовала программным требованиям, оснований для ее исключения не имелось». Но, к сожалению, в России не прецедентное право. И получается, что в одном субъекте федерации суды стоят на защите конституционных прав граждан, а в других, наоборот, ищут юридические лазейки, чтобы не соблюдать эти права.

Т. Жильцова: У нас в области обещать — не значит жениться. И, кстати, теперь, когда в правилах четко прописан порядок исключения семей из программы, даже Конституционный суд РФ выносит решения, аналогичные нашему орловскому. Поэтому однозначно нужно бороться за исключение этого пункта из правил.

Р. Перелыгин: То, что мы обсудили, — это план наших действий. Я бы сказал, мы на пути справедливого расследования. История семьи Костиных стала поводом для дальнейших действий общественности. Сначала мы соберем недостающую информацию, проанализируем ее, а потом сделаем исчерпывающие выводы. О результатах нашего расследования мы обязательно сообщим, в том числе и через вашу газету.

Записал А. Грядунов.

самые читаемые за месяц