Орловская искра № 13 от 5 апреля 2019 года

Правда жизни

Марию Никифоровну Тапилину в Покровском районе знают многие: долгие годы она работа ветврачом в ветлечебнице, на протяжении всей жизни занимается общественной работой. Она — целинница. Мария Никифоровна поделилась своими воспоминаниями о войне и о работе на целине.

— Родилась я 18 августа 1936 года в Белоруссии, в деревне Андрюхи Горецкого района Могилёвской области, — рассказывает собеседница. — Деревенька небольшая, примерно 30—35 домов. До райцентра Горки — 10 километров. До войны семья наша состояла из семи человек: родители воспитывали пятерых дочерей. Жили мы, как все в ту пору на селе, небогато, но смотрели в будущее с оптимизмом. В райцентре по воскресеньям всегда был большой базар. Приезжали и приходили на базар жители деревень, кто с чем, продавали и покупали сельхозпродукты домашнего производства. Родители возвращались домой всегда с гостинцами для нас. Так было до начала войны.

В тот трагический для страны день, 22 июня 1941 года, родители и все наши деревенские приехали с базара ещё до обеда, вместо гостинцев привезли страшную весть: на СССР напала фашистская Германия — началась война. И такой переполох был в деревне: крик, плач, гомон! Уже на следующее утро призвали в военкомат всех молодых мужчин. А моего отца, 1898 года рождения, и его ровесников — через день. Мы шли с сестрёнками, взявшись за руки, плакали. Мама шла рядом с папой и тоже плакала, а он успокаивал ее и всё наказывал: «Береги дочерей». Помню, как на прощание папа взял меня на руки, прижал, целовал и говорил: «Слушайся маму, помогай ей, как можешь».

Остались в деревне старики да женщины с малыми детьми. А вскоре в деревне уже были немцы, стали наводить свои порядки. Назначили старосту, ходили, забирая из домов всё, что им приглянется. Мы, подростки, сидели в основном дома. Во время бомбёжек бежали в подвал. Взрослых и ребят постарше фашисты заставляли рыть окопы. Мама брала меня с собой. Рыли с утра до вечера.
Никогда не забуду, как немцы уводили со двора нашу корову. Мы умоляли её оставить, плакали. Ничего не помогло.

В августе 1943 года старшую сестру Нину вместе с другими девчатами и ребятами насильственно угнали в Германию, остальных жителей эвакуировали. В дороге фашисты забрали сестру Валю. Я уже не помню, как долго мы шли и ехали, но где-то под Бобруйском всех нас поместили в какое-то помещение, может быть, здание клуба. Сидели на полу. Все были голодны, нам разрешили идти попрошайничать. Так мы прожили несколько дней. Потом нас распределили по семьям местных жителей, и мы прожили там около года. Очень было тяжело.

В свою деревню возвратились в 1944-м. кругом бурьян в рост человека и ни одной хатёнки не сохранилось. Сколько деревень фашисты пожгли! Все жили в землянках, питались травой. Хлеб выпекали из лебеды, конского щавеля, картошки. И уже на родине умерли мои сёстры Надя и Таня. Голод и холод сделали своё дело. Остались мы с мамой вдвоём. Я пошла в школу в соседнюю деревню. Ходили босиком, книг, тетрадей не было, писали на чём придётся.

После Победы папа, раненый, возвратился домой. Нина вернулась из Германии в октябре 1945 года. Начали строить хатёнку. Из большой семьи осталось нас только четверо: папа, мама, Нина и я. Наша сестра Валя, как потом выяснилось, умерла в конц­лагере в Кракове.

Нина уехала учиться в Минск. Я училась ещё в школе. Жизнь вставала на мирные рельсы. К сожалению, раны дали о себе знать: папа умер в апреле 1952 года. Нина уже работала в Витебске, и мы с мамой после смерти отца перебрались к ней. Там я окончила школу.

В 1954-м поступила в Витебский ветеринарный институт, все пять лет занималась общественной работой: была в стройотряде, дружинницей, участвовала в художественной самодеятельности. В 1957-м году группа студентов нашего института решила поехать в Казахстан на освоение целинных земель. Мы знали, как это важно для страны. Нашу просьбу в райкоме комсомола удовлетворили, и мы отправились в Казахстан.

Ехали поездом четверо суток. В первой декаде августа прибыли на место, развернули палаточный городок, в котором предстояло жить. Всё было по режиму. Подъём в семь утра, после чего шло распределение на работы. Ребята трудились на технике, девчата сортировали зерно, готовили пищу. Вечером проводили различные мероприятия. Стоит сказать, за время на целине мы заработали неплохие деньги, на которые потом смогли купить себе одежду, обувь. На занятия в институт прибыли в хорошем настроении. Многие спрашивали о поездке, а мы с удовольствием делились своим впечатлениями.

В институте я нашла и своего мужа: мы учились с Юрием вместе. Спустя какое-то время поженились, нам выделили отдельную комнату в общежитии.

После института нас распределили в Орловскую область. Мужа назначили главным ветврачом Покровского района, меня — главным ветврачом ветлечебницы, где проработала более трёх десятков лет. Прошло уже 60 с лишним лет после поездки на целину. Но эти годы навсегда остались в памяти — и ощущение, что ты откликнулся на призыв комсомола, участвовал в большом деле, важном для страны.

Записал
Сергей Антонов.

Лента новостей