Красная строка № 29 (424) от 6 октября 2017 года

Сила в правде, брат!

В «КС» от 29.09.2017 года вышла статья Ивана Комарова «В чем заключается правда?». Двумя неделями ранее в газете была опубликована аналогичная по тематике «Двойная мораль» Валентина Васичкина. Оба автора «обрушили» всю мощь журналистского и писательского таланта против пенсионера Александра Майорова, осмелившегося написать и опубликовать свои, как считают Васичкин с Комаровым, не имеющие художественной ценности воспоминания-размышления о жизни. Заодно в статье Ивана Комарова «достается» и нам с Ю. В. Кушелевым — «наивным журналисту и экономисту-аграрнику», возвысившим голос в защиту человека, вероятно, по мнению автора, нерукопожатного, поскольку Майоров много лет трудился (о, Боже!) чиновником — руководителем аграрного комплекса Орловской области.

Признаюсь, в первой статье — «Охал дядя, на чужие достатки глядя» — мне пришлось сознательно как бы «уличить» Валентина Васичкина в самовозвеличивании. В действительности же Васичкин, с которым я хоть и изредка, но общался когда-то в прошлом, был открытым, скромным и доброжелательным человеком. И я всегда относился и отношусь к нему по сегодняшний день с теплотой, как к старшему товарищу и творческой личности.

«Уличая» Васичкина, я пытался показать ему и всем читателям, как легко можно обидеть человека, если чуть сгустить краски, передернуть факты. «Передергивание» фактов и игра словами — бородатый прием в журналистике. Действует мощно, хлестко, привлекает читателей, слушателей, зрителей. Сегодня журналисты сплошь и рядом только этим и занимаются. Не ведают (потому что не задумываются, считая себя «право имеющими»), какую боль приносят тем, в чей адрес направляют свое ярко, броско разукрашенное профессиональными красками копье. И редко кто берется им ответить тем же или хотя бы напомнить о том, что журналист — это обычный человек, и если он даже имеет разносторонний жизненный опыт и духовно зрел, то все равно не должен считать свое мнение истиной в последней инстанции.

Цитируем Комарова: «Каково же содержание книги Майорова и всех прочих изданных в последнее время мемуаров на Орловщине? Их содержанием является изображение авторами самих себя выдающимися, незаурядными личностями: смотрите, мол, какая я яркая, неординарная, колоритная фигура; как я, не жалея себя, радел об общем благе. И поскольку в них одно сплошное самолюбование и не угадываются даже намёки на обеспокоенность за судьбу общества, народа, — то такие книги не могут иметь никакой художественной ценности, даже если они и написаны самым что ни на есть изысканным слогом».

Иван Михайлович, откуда взялась такая оценка? Ведь вы этих воспоминаний в глаза не видели. Вы их не брали в руки, потому что так же, как и Васичкин, почему-то уверены, что каждый, кто читает, например, воспоминания Майорова, имеет более низкий умственный и духовный кругозор. В действительности в книге Майорова, да и других авторов тоже (за скобки выношу воспоминания Володина, не читал), ничего не сказано о собственной незаурядности, ни на грамм нет самолюбования. Это честный рассказ об уроках жизни. Книга Майорова, Иван Михайлович, так и называется: «Уроки жизни». Почитайте на досуге, я уверен, что много полезного получите от этого прочтения и при встрече обязательно поделитесь своим непредвзятым благожелательным мнением.

Вы также пишете, что я могу не догадываться, что «всякая деятельность руководителя наполнена конкретным содержанием. Одно дело, например, когда человек трудится ради блага народа, другое дело — для удовлетворения своих корыстных, эгоистичных интересов».

Ну что вы, я не до такой степени наивный человек. И сам в своей жизни неоднократно бывал в роли руководителя и под началом разных руководителей работал. Мне в этой связи вспомнились слова из песни Булата Окуджавы: «Мы сами себе сочиняем и песни, и судьбы, и горе тому, кто одернет не вовремя нас».
Валентин Митрофанович, Иван Михайлович, из-за чего вы так ополчились на Майорова — одного из немногих профессиональных управленцев Орловщины? Некоторые предполагают, что этот выпад против бывшего руководителя сельскохозяйственной отрасли является банальным заказом. Другие говорят, что причина в личной неприязни авторов. Большинство сходится во мнении, что Майоров не заслужил такого к себе отношения, да к тому же вынесенного в СМИ на публичное обсуждение.

Вы же общаетесь с бывшими его коллегами, спросите, и каждый, как бы он ни относился к Майорову, скажет, что Александр Николаевич — честный человек, к его рукам ничего не прилипло. У него нет бизнеса. У него нет акций предприятий. Общеизвестный факт: Строев и его порученцы неоднократно предлагали Майорову занять одну из так называемых обкомовских дач. Так Майоров не уступил, категорично отказался. А взявшие дачи потом их приватизировали — сегодня это дорогая собственность.

И ушел Майоров со своей высокой должности — заместителя губернатора — достойно. Весной 2005 года в области обосновалась компания Алексея Федорычева «Агрофест-Орел». Предполагалось, что инвестору на Орловщине включат «зеленый свет», а он возьмет на себя решение проблем, в том числе по неплатежам ОАО «Пшеница — 2000. Орел». Егор Строев поручил Майорову активно заняться продвижением интересов компании, ее структурной организацией, налаживанием производственного процесса и т. д. Александр Николаевич вскоре увидел, что обещания Федорычева и его практические действия кардинально расходятся. На Майорова начали давить, чтобы он передал хлебную базу № 36 под контроль «Агрофеста». Майоров, понимая, что Федорычев положил глаз не только на базу № 36, но и другие крупные сельскохозяйственные объекты области, отказался помогать в уводе активов, написал заявление и ушел на заслуженный отдых.

То, что именно так разворачивались события вокруг хлебной базы, подтверждает и Анатолий Судоргин. Предприятие находилось на правах собственности в составе агрохолдинга «Орловская нива». Судоргин тогда даже пошел на конфликт с Майоровым, обвинял его, предполагая, что тот является инициатором отчуждения высоколиквидного объекта, важного звена в технологической цепочке зерновой отрасли. Однако вскоре перезвонил, извинился. Признал, что был не прав в своих подозрениях. База № 36 все равно вскоре отошла к Федорычеву, затем он прибрал к рукам также Верховское хлебоприемное предприятие.

Читаем дальше статью «В чем заключается правда?». Комаров пишет: «Будучи во власти, они, (Майоров, Володин? — С. Д.) как приводные ремни, раскручивали жернова тех самых реформ и ломали все советское, в том числе и человеческие судьбы, только ради того, чтобы усидеть в чиновничьих креслах».
Напомню для читателей, что Валентин Васичкин 25 лет руководил газетой Глазуновского района, а Иван Комаров редактировал газету Новосильского района. Как вы думаете, они могли в своих газетах противостоять проводимой партийными и советскими органами политике? Или что, они не ломали человеческие судьбы, если публиковали критические материалы про руководителя хозяйства, агронома, бригадира полеводческой бригады, местного участкового… Негативный материал в те годы, как и сегодня, в финансируемой из бюджета газете печатался только после отмашки сверху. А объект критики действительно ждала незавидная участь, он, как правило, терял рабочее место. Плохо ему было, его семье? Конечно же, плохо.

Майорову иногда приходилось понижать в должности людей, не справившихся с обязанностями по той или иной причине. А вот на кардинальные меры он шел крайне редко. И если вы почитаете его книгу, то увидите, что автор не избегает этой темы, а наоборот, дает пояснения по каждому человеку, с кем не получилось слаженно работать.

Мне известно, что у многих бывших коллег Майорова последующая жизнь сложилась вполне достойно, а у некоторых даже счастливо. Те же, у кого случился сбой в карьере, возможно, винят в этом Майорова, Володина, Строева, советскую власть и партию, винят своих бывших коллег — всех, кроме самих себя.
Иван Комаров в статье представляет не понимающим реалий жизни и 91-летнего внештатного автора «Красной строки» Юрия Кушелева (13 публикаций за прошлый год). Иван Михайлович, наверное, не знает, что в то время, когда его еще не было на этом свете, Кушелев был угнан в неметчину, где почти два года батрачил на тамошнего помещика. Не знает того, что Кушелев стал кандидатом экономических наук без защиты диссертации, научной степенью была оценена его разработка методики оценки работы РАПО — это редкий, можно даже сказать, исключительный случай.

Комаров пишет: «Экономист-аграрник не понимает, что всё это (реформы в сельском хозяйстве. — С. Д.) означало погром социализма, так как насаждались товарно-денежные, т. е. мелкобуржуазные производственные отношения, мелкобуржуазные формы производства, развитие которых и привело к реставрации у нас капитализма. Поэтому Майоров и все прочие «незаурядные личности», состоявшие на командных должностях «в доперестроечный период», являются погромщиками социализма, надевшими на шею народа ярмо капитализма».

Мне лично в постперестроечное время тоже многое не нравится. Часто ностальгирую по прежним человеческим отношениям. Однако вижу вокруг себя значительное количество успешных молодых людей, довольных тем, как развивается страна, гордящихся тем, что они живут в сегодняшней России. У кого-то не так хорошо жизнь складывается, падают — поднимаются, падают и вновь поднимаются. И думаю, как первые, так и вторые будут против того, чтобы поменять свое капиталистическое ярмо на наше советское, когда все ходили строем и получали за свой труд почти одинаково. И те, кто работал в поле, за станком, строил, лечил… и кто с карандашом в руках со стороны смотрел да ворчал себе под нос.

Смена государственного строя, экономических отношений, смею вам напомнить, шла сверху, от руководства страной и была на первых порах благожелательно встречена практически всем населением. И в Орле я не видел протестных акций против развала СССР, потом разгона КПСС, принятия закона «О земельной реформе», указов президента РФ Бориса Ельцина и постановлений правительства, которыми определялось проведение в кратчайшие сроки приватизации и реорганизации сельскохозяйственных предприятий, и т. д. Вы, Валентин Митрофанович с Иваном Михайловичем, надо думать, в те дни и годы тоже были заняты более насущными проблемами. Не вышли из окопа, даже головы не приподняли над бруствером. А сегодня, по прошествии стольких-то лет, когда уже даже ветераны не верят в перспективу возврата к прежней жизни, с саблей наголо бросаетесь на мирных граждан, как мне кажется, больше нас с вами сделавших полезного для страны и общества.

Сергей Давыдов.

самые читаемые за месяц