Красная строка № 4 (355) от 5 февраля 2016 года

Сплошной, прошу прощения, сервитут…

Посещение сессий Орловского горсовета я бы прописал в качестве лекарства от депрессий. Это как сериал, в котором богатые тоже плачут, но бедными и несчастными не становятся. Поплакали — и улыбаются во все 32 зуба. Жизнеутверждающее зрелище.

Сначала именинников одаривают букетами цветов, купленными явно не на карманные деньги. Поскольку от сессии до сессии — месяц, то процедура напоминает выпускной: цветы, аплодисменты, цветы, аплодисменты, цветы, аплодисменты. Затем председатель нудным голосом зачитывает благодарности депутатам от бюджетных организаций, жителей улиц и переулков. Благодарностей набирается много. Минут через пятнадцать начинается собственно работа, но уже ничто не испортит чудную атмосферу праздника. Вы будто оказываетесь в сказке, сюжет которой не потревожит грубое дуновение реальности.

Вот обсуждается скучный вопрос об изменении прогнозного плана приватизации. Депутатам докладывают, что хорошо бы приватизировать муниципальную «Базу строительных товаров». Сообщается, что раньше она работала с прибылью, а в 2015 году принесла 11 млн. рублей убытка. Чу! — как пишут в детективных романах. Не о той ли самой «Лесоторговой», директором которой был опальный ныне В. Рыбаков, речь? Именно о ней. В манере «бу-бу-бу» докладчик продолжает, что если базу удастся продать, бюджет заработает 33 млн. рублей, такой прогноз.

Сейчас, подумал я, начнется страшный переполох, депутаты бросятся на докладчика и друг друга, возьмут за грудки невозмутимого председателя и все хором, в один страшный голос закричат: «Что?! Кто допустил, что прежде прибыльное муниципальное предприятие сработало с ужасным убытком?! Где новый горе-руководитель?! Подать его сюда для отчета! Немедленно установить, кто доверил этому неумехе муниципальное предприятие! Расследование!!! Расследование!!!».

Ничуть не бывало. Тихо все, как в сказке. Никаких вопросов, по фигу всем, как я понимаю, это муниципальное предприятие и то, эффективно, или нет, им управляют. Никакого отчета, никакого анализа. Продать — так продать. Настоящие эффективные собственники! Позвали бы В. Рыбакова, поинтересовались бы хоть из простого любопытства, как приносить доход бюджету, находясь на муниципальной должности. А то (почему нет, если вы заботитесь о каждой муниципальной копеечке) упадите в ноги и попросите успешного предпринимателя вновь возглавить базу. Нет, сидят, отсутствующие бороды в пол уткнув, изображают думающую власть. Рыбаков — тема запретная, команды высовываться не было, сиди — помалкивай, целее будешь. Согласились в итоге приватизировать. Вопрос: если есть желающие купить, почему нет умеющих управлять? Вы же собственными руками губите то, что еще вчера приносило доход. Профукаете 33 миллиона, если вообще получите, дальше что? Но, похоже, эта тема никого уже не интересует. Никакие дуновения из внешнего мира не должны колебать сказочный эфир заседаний.

«О Порядке сообщения лицами, замещающими муниципальные должности на постоянной основе, муниципальными служащими в органах местного самоуправления, муниципального органа города Орла о получении подарка в связи с протокольными мероприятиями, служебными командировками и другими официальными мероприятиями, участие в которых связано с их должностным положением или исполнением ими обязанностей, порядок сдачи и оценки подарка, реализации (выкупа) и зачисления средств, вырученных от его реализации». Заслушали, одобрили.

«О Положении «О служебных командировках лиц, замещающих муниципальные должности на постоянной основе, муниципальных служащих, рабочих и служащих, занимающих должности, не отнесенные к должностям муниципальной службы, органов местного самоуправления, муниципального органа города Орла, работников муниципальных учреждений города Орла» (второе чтение — окончательная редакция)». Сделано.
Тепло, уютно. Вот так впредь и текла бы сессия — размеренно, без споров и криков, всем хорошо, тебе хорошо, мне хорошо, ему хорошо… Хр-хра-хры…

А это что такое? Кто это нагло, ворочая грязными ногами по розовому кафелю, влез в нашу сказку? Какой-то «Агростройинвест» — застройщик — хочет строить в какой-то санитарно-защитной зоне вокруг какой-то «Орелкерамики». Разбудили… Давайте разбираться, чего уж теперь! Так, Северный район, жилая зона там, вопреки всяким зонам, уже сложилась, все процедуры соблюдены, закон не нарушен. Одна загвоздка — хозяин этой «керамики» понимает, что если рядом с остановившимся, надо полагать, заводом, построить жилье, то заводу этому кирдык, запустить его уже не позволят? Где наши народные избранники, радеющие о развитии производства и сохранении, и приумножении рабочих мест? Вот они, интересуются:
— Представитель «Орелкерамики» есть?

Есть. Стоит нормальный мужик, ни от кого не прячется, улыбается дружелюбно. Еще не знает, видимо, что такое настоящий государственный подход к проблеме.

— Ваше предприятие, надо полагать, законсервировано?

— Да. (Улыбается, будто не радеет об «обчестве»).

— Вы понимаете, что в случае уменьшения санитарно-защитной зоны и строительства на ней жилого дома, запустить завод уже не удастся? (Или — раздался робкий голос какого-то народного избранника — все-таки еще удастся?).

Представитель убитого предприятия, не переставая улыбаться:
— Не удастся. Наше производство энергоемкое, а тарифы в прошлом году выросли на 80 процентов, и ни для кого из вас это не секрет.

Длинная пауза, не нарушаемая ничем. Немая сцена. Мы только что всем составом горсовета — народных избранников — с участием приглашенных, прокуратуры, прессы, кучи общественных организаций, постоянно скучающих на сессиях, и просто любопытных присутствовали при похоронах очередного орловского промышленного предприятия.

И что? Ничего. Зона уменьшена, дом будет построен, предприятие похоронено. Ему ведь все равно не жить.
В чем посконная простота и назидательность этой сцены, этого вопроса повестки дня? В том, что горсовет прилюдно расписывается в своей беспомощности. Он ничего не может изменить. Или не хочет, или боится. Он плывет по течению, не испытывая ни горечи от исчезновения очередного завода, ни особой радости от появления очередной жилой многоэтажки на окраине. Какие действия напрашивались (и не только в этом отдельном случае)? Хоть кто-нибудь бы тихонько, совершенно не по-экстремистски предложил: «Ребята, девушки, дорогие коллеги-депутаты, давайте, что ли, примем обращение к местным органам власти в других регионах, обратимся в наш дорогой областной Совет, к правительству, к президенту, ёшкина мать! Доколе можно терпеть эту подрывную экономическую политику, уничтожающую промышленное производство? Что это за тарифная политика, высасывающая соки из тех, кому нужно развиваться? Давайте протестовать, что ли?».
Тишина была бы ему ответом. Бесконфликтно все, как в сказке, рассказываемой на ночь.

Затем позитив — голосовали за сдачу в аренду муниципальных помещений: комната общей площадью 15 квадратных метров, начальная цена 172 рубля в месяц за квадратный метр; часть гаража общей площадью 400 квадратных метров — по 57 рублей в месяц за один метр без учета НДС; часть административного корпуса в 34,9 кв. м по 93 рубля в месяц за метр. Озолотиться можно… Все прошло без сучка, без задоринки, о наполнении бюджета позаботились.

Сервитут на проводах, прочие глупости… И вот оно — тарифы. Было по 12 рублей за проезд днем и 15 вечером, стало одинаково по 16, но льготные проездные, просто проездные по старой цене сохранены. Однако было 12, а стало 16. Руб­лей в один конец! Повышение более чем на треть! Что тут началось… То есть сначала ничего и не начиналось, пока молодой и пока еще наивный депутат от КПРФ Иван Дынкович не поднялся и не сказал, что, дескать, нельзя так.., что простое повышение платы за проезд не решит проблему муниципальных транспортных предприятий; что вопрос следует рассматривать в комплексе, не забывая, например, про проблему дублирующих маршрутов и т. д.

И вот тут-то и началось! Дынкович — вот кто мешает развиваться муниципальным транспорт­ным предприятиям! Предприятия разваливаются, а Дынкович что? Особенно депутат К. Федотов отличился своей страстной речью, аж в глазах защипало. Ох, и досталось же от него коммунистам — популистам, четыре года не желавшим подымать тарифы на проезд в общественном муниципальном транспорте; досталось от принципиального К. Федотова этим коммунистам — популистам, в обществе которых этот самый принципиальный К. Федотов весь прошлый созыв горсовета очень даже неплохо себя чувствовал и протесты по поводу преступно низких тарифов на перевозку граждан муниципальным транспортом почему-то держал при себе. И вдруг — как прорвало. Не потому, что коммунистов ныне в горсовете — «три калеки»? Этих можно не бояться, бей краснопузых!

Смотреть на этот тарифный спектакль было смешно и противно. Сидят народные избранники, большинство которых знают, как выглядят муниципальные трамваи и троллейбусы только снаружи, поскольку никогда на них не ездят, понимают, что денег в бюджете нет и не будет, что город нищий, а власть — никакая, что народ — бедный, а предприятия и в самом деле разваливаются. И за всеми надрывными криками, призванными демонстрировать заботу о муниципальном, стоит одно — полное неумение и неспособность что-либо изменить. Ну, нет денег! И остается единственное — взять их с населения, с бедного населения, поскольку богатые убитому муниципальному транспорту предпочитают менее вместительные, но более комфортные автомобили. Остается обложить небогатых орловцев транспортной данью, чем, по сути, повышение стоимости проезда и является. Просто взяли и переложили проблему города на плечи самих горожан. Нет? Тогда что это было? Кто-то предложил посмотреть, как работает муниципальный сектор экономики? Где прибыль, которая должна помогать городу решать его проблемы? Зачем этот сектор со своими хорошо оплачиваемыми начальниками тогда нужен? Хоть один человек откликнулся на робкую реплику И. Дынковича, что проблему следует решать в комплексе мер, разобравшись сперва с дублирующими маршрутами, которые сжирают львиную долю прибыли муниципалов? Ни один! Это же конфликт, разборки с влиятельными собственниками и их лобби. Кому нужен этот геморрой? Этим ведь нужно заниматься, нужно работать! Свалили с себя заботу — и как бы нет ее больше.

И главное: тарифы в нищем Орле — это ведь частный случай, отдельное проявление одной большой федеральной политики. Хоть бы один народный заступник хотя бы прошептал, что постоянная нехватка денег на содержание ТТП и ПАТП — результат федеральной тарифной политики, которая высасывает из работающих предприятий последнюю кровь. Об этом — ни слова, некогда! Воспитывали И. Дынковича.

Ну а далее горсовет успокоился и плавно, без скандалов завершил сессию. Один молодой И. Дынкович ходил по коридору и трясся от негодования. За что? За что навалились, обругали?

Как за что? Не порть сказку!

Сергей Заруднев.

самые читаемые за месяц