Красная строка № 28 (423) от 29 сентября 2017 года

Ураган «Матильда»

Судя по всему, скандальный фильм режиссера Учителя в орловском кинопрокате будет. Наш губернатор — «русский», «православный», «коммунист» — в отличие от тверского, костромского, воронежского, новосибирского, кемеровского, хантымансийского, камчатского коллег, не говоря уже о лидерах Чечни, Дагестана или Ингушетии, не считает нужным вмешиваться в ситуацию. Недавно в интернете промелькнуло сообщение, что в Орел должен был приехать член экспертного совета Гильдии киноведов и кинокритиков Давид Шнейдеров, чтобы прочитать лекцию о «Матильде» и ситуации вокруг фильма. Один из главных вопросов формулировался так: «Критика «Матильды» как цензура православной общественности — где границы дозволенного?». Это значит, что кто-то очень заинтересован, чтобы фильм «Матильда» — этот, по выражению одного из первоиерархов Русской православной церкви митрополита Иллариона, «апофеоз пошлости», русские зрители, в том числе и в Орле, все-таки увидели.

Из множества публикаций на тему «Почему?» лично меня больше всего зацепили две, как наиболее точно выражающие суть проблемы. Одна из них принадлежит журналистке Галине Иванкиной, вторая её коллеге — Сергею Строеву.

Первая цитирует А. Проханова. И одна из этих цитат председателя Изборского клуба выглядит настолько самодостаточно, что ее можно вынести в качестве эпиграфа к заявленной теме: «В сегодняшней России существует три фрагмента, три льдины, на которые раскололось некогда единое советское общество. Это либералы, победившие в 1991 году. Это красные, советские, проигравшие в том же году. И белые православные монархисты, которые проиграли в 1917-м и весь ХХ век несли непомерные траты. Три эти льдины, три фрагмента находятся в броуновском движении, то сталкиваются друг с другом, то сращиваются, образуя прихотливые и случайные конгломераты».

А вот что пишет дальше Галина Иванкина, сравнивая ситуацию вокруг «Матильды» с ураганом: «Смотрите, что произошло на фоне «Матильды» — товарищи-коммунисты, которые завсегда были в конфронтации с господами-либералами, вдруг двинули навстречу своим врагам. Ещё бы! Те высмеивают «безвольного и похотливого Николашку», ну и вы — с ними. Вы же против любого царя, не правда ли? И конкретно — супротив Николая Кровавого. И — ринулись нео-большевики плясать вместе с «эхо-московскими» девками! Аж пыль столбом и дым — коромыслом! Но больше всего — скверных запахов. Миазмов. От смешения не смешиваемого часто приключается вонь. И вонь такая, что хоть святых выноси. Ребята-октябрята, куда ж вы лезете-то? В своей ненависти к России дореволюционной вы отвернулись от факта, что Сталин-то не выкинул корону империи, а… поднял её. Вся советская культура — наследница культуры имперской, дворянско-разночинной, царской.

Странное дело — вы, товарищи, вовсю ратуете за «целомудренный кинематограф», а сами прыгаете в поддержку скабрезного анекдотца? Безусловно, для коммунистов Николай — не святой, а — «слабый и ничтожный» царь. Пусть так. Но что, если бы всё тот же Учитель (иль кто другой) снял бы сериал «Инесса» — о любовных похождениях дворянина Ульянова-Ленина? Вам было бы радостно? Хотели бы это наблюдать на ТВ или — читать опусы «эхо-москвичей» в блогах? А ведь Ильич — фигура сакральная для многих людей. Не просто так он покоится в Мавзолее — по сию пору. Вопреки всему. И проблема не только в материальных затратах на демонтаж, если таковой решатся произвести. Соб­ственно, не в том дело! В памяти. В мифологии образа. Так в случае с сериалом «Инесса», где вождь мирового пролетариата бегал бы с голой задницей за дивной брюнеткой.., стали бы вы хихикать? То-то же!

Но — повторюсь — вопрос не в «Матильде» и не в похабстве фабулы, а в нас самих. Бешенство — копится. Причины — как-то неясны. Ментальный тупик, да и погода — круглый год осенняя. Серость, которую мы заслужили. Но не поняли этого. Посему любой сильный раздражитель обращается в порох. Или в ураган. Сеяли пустоту — пожнём бурю. Скажу откровенно — «Матильда» случаем подвернулась нам под руку. Оказалась в нужное время в нужном месте. Точнее — время как раз — ненужное. И — при всё том — весьма тревожное. Все — ненавидят друг друга. Все — враги. Кто выигрывает? А наши «друзья»-либералы — им всё, что смута и раздор — то и праздник. Развалить наметившийся блок имперцев-государственников, да накануне выборов — это ли не мармелад в шоколаде? Им и делать ничего не пришлось — Матильда Феликсовна подвалила всем своим сочным телом…».

Сергей Строев в своей статье «Провокация вокруг Матильды. Как реагировать коммунистам» развивает по существу ту же тему раскола патриотических сил: «…Учитывая, что император Николай II и его супруга императрица Александра Фёдоровна канонизированы Русской Православной Церковью в лике святых, их изображение в качестве героев подобного фильма, разумеется, является прямым оскорблением чувств верующих. Причём в данном случае совершенно нет надобности разбираться в том, был ли в реальности у цесаревича Николая Александровича роман с Кшесинской или его не было вовсе, или, если он был, выходил ли он за рамки чисто платонических отношений. На этот счёт есть разные версии, но как бы то ни было, в любом случае, изображение сугубо интимных сторон личной жизни исторических деятелей есть крайняя степень пошлости и непристойности. Даже если речь идёт о достоверно имевших место отношениях… Частная, а, тем более, интимная жизнь исторических личностей является их сугубо личным делом, и её публичная демонстрация в любом случае является точно такой же бестактностью и непристойностью, как непрошенное копание в интимной жизни любого другого человека. Тем более достойны осуждения вольные авторские фантазии на эту тему там, где нет достоверных фактов. И уж совсем это недопустимо в отношении фигур, ставших для той или иной части общества сакральными.

Безусловно, в отношении царя Николая II в обществе существуют разные, в том числе полярные мнения. Лично я — не буду этого скрывать — отношусь к нему как к исторической фигуре весьма и весьма критически и был отнюдь не в восторге от факта его канонизации Русской Православной Церковью. Тем не менее, факт есть факт, решение о его канонизации Церковью принято. Если мы рассчитываем строить с Церковью отношения взаимоуважения, доверия и сотрудничества, то мы должны с уважением отнестись и к принятому решению о канонизации Николая II и его семьи. Это не значит, что мы обязаны изменить свои оценки в отношении Николая II как исторического деятеля. Однако, во-первых, любое, даже весьма критическое мнение и отношение, всегда можно выразить в корректной и неоскорбительной форме.

…Имело бы смысл спорить, если бы речь шла об историческом фильме, который бы показывал Кровавое воскресенье и столыпинские расправы над крестьянством, то есть давал бы историческую критику царизма. Но в данном случае мы видим вовсе не историческую критику, не социально значимую историческую правду и не дискуссию о состоятельности или несостоятельности российского самодержавия. Мы видим, с одной стороны, требование «свободы самовыражения» (причём за счёт русских налогоплательщиков!) современных деятелей либерального искусства, настаивающих на своём праве трясти бельём исторических личностей и выносить на всеобщее обозрение свои домыслы об их интимной жизни. С другой стороны, мы видим вполне законный протест против этой пошлости. Речь в данном случае вовсе не идёт об оценке конкретной исторической фигуры. Деятелям «современного искусства», в сущности, совершенно всё равно, чьё нижнее бельё выставить на обозрение — Николая или Ленина, Колчака или Сталина. Речь идёт совершенно о другом — об элементарной защите общественной нравственности.

…Если в данной ситуации, когда оскорбляются чувства значительной части православных верующих, мы займём позицию недопустимости осквернения знаковых, символических, сакральных для той или иной части русского народа исторических образов, то потом у нас будут все резоны и моральное право указать той же Н. В. Поклонской на этическую недопустимость и политическую вредность её высказываний о Ленине. Если же мы сейчас займём позицию поддержки свободы либерального глумления только потому, что нам не нравится царь Николай II, то в следующий раз, когда дойдёт до очередного поливания либералами грязью уже советской истории, мы едва ли сможем рассчитывать на поддержку и понимание со стороны православно и монархически настроенных патриотов». (Конец цитаты).

А вообще, добавлю от себя, всё закономерно. Еще в 1991 году действительно выдающийся советский режиссер К. Шахназаров поставил неутешительный диагноз в своем фильме «Цареубийца». Может быть, помните? В некой клинике для умалишенных один из пациентов воображает себя Юровским — одним из руководителей расстрела царской семьи. А новый главврач больницы затевает с ним опасный эксперимент: он начинает играть роль убитого царя, надеясь в конце такой психологической игры вернуть пациента в реальность. Все кончается трагически: доктор умирает, всерьез заболев поиском ответа на вопрос: «За что он убил меня?».

Сумасшедший же продолжает жить, считая себя Юровским. Не подтверждается ли в очередной раз диагноз, поставленный Шахназаровым нашему обществу четверть века назад: кому-то снова и снова хочется «убить царя». А вместе с ним и традиционные представления о русской государственности — централизованной и охраняющей нравственные идеалы. И если стрельба в прошлое России — и царской, и советской — из разных видов оружия (кино, литература, публицистика, образовательные программы, ток-шоу и т. д.) будет продолжаться, то, значит, и отвечать нам будет это прошлое пушечными залпами. Дай Бог, чтобы не в буквальном смысле слова!

Андрей Грядунов.

самые читаемые за месяц