Красная строка № 36 (431) от 24 ноября 2017 года

В бахилах были только смерды

Продолжаем присматриваться к врио губернатора. Хорошей площадкой для этого являются его встречи с народом. Сценарий и дух напоминают прямые линии президента — челядь жалуется царю с надеждой, что он разрешит проблемы, находящиеся в компетенции царских чиновников. Те, если засветились, с перепугу, используя все возможные ресурсы, проблемы, как правило, решают. Однако Клычков — не Путин, а скромные возможности областного бюджета позволяют некоторые указания, высказываемые в форме рекомендаций, игнорировать, ссылаясь на объективные обстоятельства.

На лицах областных чиновников из ближнего окружения врио появились робкие пока улыбки, чего в первые дни пребывания А. Клычкова на орловской земле замечено не было. Исполняющий обязанности ведет себя интеллигентно, резких движений не делает, опасаться, похоже, нечего.

Уверенности в этом смысле добавило заявление самого врио губернатора, сделанное им на встрече со спортивной общественностью в крытом легкоатлетическом манеже на ул. Матросова в Орле 17 ноября. А. Клычков, в продолжение ответа на вопрос одного из общественников, сказал: «Я никого не увольняю. Я уволил только двух замов и назначил двух человек».

Оговорка, которая в речи временно исполняющего обязанности руководителя региона встречается редко (говорит А. Клычков грамотно), настраивает на оптимистичный лад — людей на должности продвигать, безусловно, надо. Народ это поддержит. Однако чиновники оценили по достоинству и первую часть фразы — «Я никого не увольняю».

Встреча с врио губернатора на спортивной арене содержала несколько моментов, которые заставляют насторожиться. Например, А. Клычков (отдадим ему должное — врио слушает всех не перебивая, умеет вычленять главное, отвечает по существу и просеивает — редкий дар — словесную шелуху без заметных изменений мимики) заметил, показывая тем самым, что понимает глубину проблем, имеющихся в орловском спортивном мире, что исписал, слушая вопросы и выступления общественников, восемь страниц своего блокнота.

Да, А. Клычков производит впечатление работоспособного человека, что является безусловным плюсом для человека его статуса. Но зачем исписывать восемь страниц? Для депутата Мосгордумы это, возможно, было бы правильным ходом, поскольку проблемы, озвученные людьми, нужно в деталях, ничего не потеряв по дороге, донести до исполнительных чиновников. Но у губернатора, даже с приставкой врио, эти чиновники находятся в прямом подчинении, причем на встрече в манеже они сидели в первом ряду.

Зачем за них делать их работу? Или А. Клычков не доверяет своим подчиненным, и значит — их нужно увольнять, а врио, по собственному признанию «никого не увольняет», тогда получаем стопорящий всё парадокс; либо исполняющий обязанности главы региона не до конца освоился со своим новым положением.
Ситуация в манеже была даже слегка комичной. Общественность сообщала губернатору о трудностях через — в прямом смысле этого слова — головы чиновников, обязанных эти трудности если не решать, то хотя бы в них разбираться.

А. Клычков, в свою очередь, объясняя, что все узкие места мгновенно не расшить, заметил, что находится (на 17 ноября) в своей должности всего 38 дней. Действительно, не много. Но, с другой стороны, сколько нужно, чтобы начать узкие места расшивать — 138 дней, 1138?

На второй день пребывания врио в Орловской области «министры», как называет своих замов сам А. Клычков, обязаны были положить ему на стол исчерпывающие доклады о положении дел в подотчетных им сферах. В этих докладах должны были отразиться: позитив, который следует поддерживать и развивать; недостатки и способы их исправления; а также честная информация о, выражаясь языком разведчиков, «засадах», которых вряд ли удастся избежать. То есть задача «министра», даже самого плохонького, как минимум, своего руководителя информировать.

Восемь исписанных страниц в блокноте временно исполняющего обязанности — свидетельство, что таких докладов А. Клычков не читал. По той, видимо, причине, что их ему не писали. С устным жанром, как показала встреча, — тоже не полный ажур.

После того, как депутат и каратист О. Кошелев, известный не только как спортивный подвижник, но и просто отважный человек, взявший на себя грех написания в период избирательной кампании «писем счастья» от имени эксэксгубернатора А. Козлова, разосланных, в том числе, и некоторым мертвым орловцам (после чего политическая и спортивная карьера «автора» резко пошла в гору), — перестал, наконец, узурпировать микрофон, передав его другим желающим выступить, выяснилось несколько любопытных непраздничных моментов.

Участница Олимпийских игр В. Н. Тихомирова обратила внимание А. Клычкова на то, что многие спортивные объекты в Орловской области «не доведены до ума». В том числе и манеж, в котором происходила данная встреча. В том самом манеже, о котором с придыханием говорил орденоносец В. Потомский, нет, как оказалось, даже раздевалок для тренеров. Про трибуны для зрителей вообще помолчим.

Директор ледовой арены С. Кирмасов почему-то с виноватыми интонациями рассказал врио о бедах своего «образцово-показательного» объекта, на котором еще совсем недавно перерезались ленточки и произносились пафосные речи, в том числе и присутствующими в манеже «министрами».

На ледовой арене, среди прочего, вышел из строя один из двух ее электрических кабелей. Сотрудники катка, опасаясь, что объект будет обесточен, и отчаявшись добиться помощи чиновников, сами этот кабель вырыли и обнаружили, что, вопреки документации, он не новый, а бэушный, весь в латках.

Болельщик фантомного клуба «Орел» срывающимся от негодования и обиды голосом поведал историю, как он вместе с другими энтузиастами обратился к местным властям с предложением за свой счет, не требуя от бюджета ни копейки, организовать футбольный турнир, но был чиновниками послан, поскольку усложнял своими инициативами размеренную чиновничью жизнь. «И это — когда Россия готовится принять чемпионат мира по футболу»! — возмущался орловец.

П. Суханов — отец и тренер чемпиона Европы по пулевой стрельбе Н. Суханова — с тихим отчаяньем и ма-а-аленьким огоньком надежды на то, что когда-нибудь будет иначе, сообщил врио губернатора, пришедшему познакомиться со спортивной общественностью, что одаренные в спортивном отношении орловские дети бегут из области. Объясняется это просто: стипендия, которую им платит бюджет, не позволяет не то что развиваться и совершенствоваться, но и элементарно выживать. Как следствие — таланты переманивают в другие регионы, и случаи эти, которых насчитываются уже десятки, стали для Орловской области правилом.

П. Суханов говорил с болью, поскольку и местный патриотизм его собственного сына тоже разбивается от встречи с реальностью и может не выдержать искушения выгодными предложениями, которые сыплются на чемпиона Европы со всех сторон. Что в такой ситуации делать — так и читалось на лице выступавшего — продолжать гордо, но в нищете нести звание орловца, надеясь на чудесные изменения в будущем, или уже сейчас перебраться в другой регион, чтобы начать налаживать свою жизнь?

Тот же вопрос, в ещё более серьезной плоскости, поставил перед врио губернатора председатель областной федерации бобслея А. Головин. Он сообщил, что орловские спортсмены, вынужденные скакать, «как блохи по дворовой собаке», уезжая в другие края, обеспечиваются солидными федеральными субсидиями, которые в подобных случаях принято делить надвое — между субъектом, воспитавшим спортсмена, и регионом, за который перспективный парень или девушка в силу каких-то обстоятельств вынуждены выступать. Однако даже ополовиненных денег Орловская область и орловский спорт не видят. Получается, что нищая Орловщина дотирует процветающие республики, края и области, в которые перебрались в поисках лучшей жизни наши таланты. И кто из орловских «министров» поборолся за эти деньги или хотя бы попытался это сделать?

Не обошлось, как водится на подобных встречах, без юмора. Девушка, побывавшая на фестивале молодежи и студентов в Сочи, пораженная обилием велосипедных дорожек в сказочном южном городе, попросила А. Клычкова сотворить что-нибудь подобное и в Орле. Клычков, заметно утомившийся к этому времени, утратил политический самоконтроль, позволяющий на все предложения реагировать серьезно, и, опустив голову, заметил, что прежде чем прокладывать велосипедные дорожки, надо бы сначала сделать дороги обыкновенные. Народ, оценив шутку, одобрительно посмеялся. Однако велосипед, поправил себя молодой врио, конечно, дело хорошее.

П. Суханову — отцу чемпиона Европы Н. Суханова — А. Клычков не стал ничего обещать, чтобы, по всей видимости, не тешить того напрасными иллюзиями, но пометку в блокноте сделал. От себя хотелось бы пожелать отцу и тренеру не ждать чудес. Орловщина ваши спортивные достижения и так не забудет. А вот если сын, оставленный «на баррикадах», считая гроши, когда-нибудь в сердцах скажет: «Эх, папа… Ты и твой патриотизм!», ответить, возможно, будет и нечего. Надо принять как данность, что Орловщина — очень бедный регион с преобладанием не очень совестливых чиновников, пекущихся, прежде всего, о собственной выгоде. Принять и делать соответствующие выводы.

Работникам ледовой арены, откопавшим, чтобы не остаться без электричества, бэушный кабель вместо ожидавшегося нового, врио посоветовал, «если есть материалы», обращаться прямиком в правоохранительные органы для возбуждения уголовного дела. Это позитивный момент. Прежние губернаторы сказали бы: «Обязательно разберемся!» и начали бы выяснять, кто из своих накосячил, после чего — есть у вас материалы или нет — спустили бы дело на тормозах. Посмотрим, чем закончится история на этот раз.

В. Тихомировой, попросившей врио обратить внимание на спортивный недострой и недоделки, А. Клычков честно, с удивлением заметил, что в легкоатлетическом манеже он не в первый раз, однако о том, что здесь есть какие-то недостатки и недоделки, слышит впервые.

В продолжение темы удивительных открытий замечу: перед входом в зал манежа, в фойе справа стоит стол, на котором имеется коробочка с бахилами. Бахилы следует надевать каждому, кто входит в манеж без сменной обуви. Это правильно, поскольку дорогое спортивное покрытие грязнится и портится. Объявление о необходимости надевать бахилы висит на дверях и отлично видно каждому. Народ, ожидая губернатора, добросовестно «переобувался-оборачивался». Пара бахил, кстати, — четыре рубля. Поначалу люди платили, но по мере того, как час икс приближался и суета усиливалась, прозрачную «сменку» стали брать просто так, бесплатно. Поговаривают, что кто-то из руководителей крытого спортивного сооружения попросту заплатил за всех и вся, чтобы избежать излишней суеты и скандалов — кто-то мог прийти без денег. И вот час икс настал — врио губернатора с «министрами» и дисциплинированной свитой прибыли и, не переобувшись, как были, в уличной обуви проследовали в зал…

Я убежден, что Клычков, зная местные правила (в сумерках и на ходу объявление можно было и не разглядеть), остановился бы, заплатил и бахилы надел. Но кто его предупредит? Это же не лесковская история, в которой «однодум» Рыжов, видя гордость губернатора, «нагнул того», положив ладонь на шею, «в полный поклон», со словами: «Раб божий Сергий! (Андрей и т. д. — Ред.) входи во храм Господень не надменно, а смиренно, представляя себя самым большим грешником!..».

Легкоатлетический манеж — это, конечно, не храм Божий, но бахилы следовало надеть. Претензия, повторюсь, не к Клычкову, он не местный, многого не знает, а к его орловской свите, старательно изображающей из себя радетелей за спорт и народное счастье. Вот, например, главный слуга народа Л. Музалевский — волейболист, то есть к спорту относящийся, надо полагать, с пиететом. А в манеж так в уличной обуви, прости, господи, и пошлепал.

Что А. Клычкову в такой ситуации посоветовать — даже не знаю. Есть, правда, у врио советник по неопределенным вопросам С. Лежнев, но он своим солидным весом, как и вся свита, тоже давил дорогое спортивное покрытие орловского манежа грязной уличной обувью.

Конечно, обувь у чиновников чище, чем у обыкновенных людей, ничем не примечательных спортивных общественников. В «Сером доме» — ковры, у входа — служебные машины, в которые, как правило, тоже кладутся коврики. Однако от машины до манежа, в котором собрались смерды в бахилах, несколько метров грязного города. Так легко испачкаться…

Сергей Заруднев.

самые читаемые за месяц