Баллада о русской бане

Вы знаете, как умывается средняя английская семья? Отверстие в раковине затыкается пробкой. В раковину наливается вода, и затем все члены семьи по очереди умываются этой водой. Точно так же они моются в ванне. А в Германии еще круче. Там, пардон, вода в туалете спускается только один раз, после того как все члены семьи справят свои нужды. И при этом западные люди считают себя культурными, а нас варварами.

Слава Богу, осталась еще наша русская баня. К сожалению, много русских бань было уничтожено в годы либеральных реформ. Вместо них пооткрывали либерастические сауны. Не приемлет русская баня либерального парфюмного духа. Кстати, до чего же отвратительно слово «парфюм»! И как неприятен мужик, источающий запах этого самого парфюма. Я убежден, что внедрение парфюма в мужскую среду имело целью подрыв мужской природы и выработку у мужчин нетрадиционных склонностей. Русский мужчина! Не употребляй парфюм, а то не заметишь, как окажешься на концерте Бори Моисеева и будешь умильно хлопать в холеные, с маникюрными пальчиками, ладошки. И не ходи в сауну, русский мужчина! Иначе все закончится педикюром.

Русская баня! Какой гений придумал тебя? Есть множество версий на этот счет, но не о них сейчас речь. Кто бы ни был человек, придумавший русскую баню, он заслуживает того, чтобы его имя внесли в список самых выдающихся людей. И совершенно непонятно, что имел в виду М. Ю. Лермонтов, когда писал свои известные строки: «Прощай, немытая Россия…» Нет, не прав поэт! Немытым был и остается Запад.

Что же такое русская баня? Это кузница мужских кадров, это оплот мужского мира, который сокращается на наших глазах с катастрофической скоростью. Всякие вырожденцы с нетрадиционной ориентацией не выдерживают настоящего влажного русского пара. Наши Воронцовские бани, что рядом со станцией метро «Пролетарская» в Москве, в мужском народе ласково называют «домнушкой». Действительно, в воронцовской парной впору плавиться металлу, и не всякий сможет выдержать ее парок. Нет, либераст там не пройдет. Либерасту хорошо в теплой оскопленной сауне.

Русская баня воспитывает мужской характер, поддерживает традиционную семейную иерархию. Ребята! Когда собираетесь жениться, обязательно спросите свою избранницу, как она относится к русской бане. Этот вопрос является безупречным индикатором при выборе спутницы жизни. Потенциальная феминистка в ответ на этот вопрос скривится, как будто у нее во рту лимон. Настоящая боевая подруга радостно улыбнется и прильнет к вашей груди. Настоящая боевая подруга будет сама аккуратно складывать накануне с вечера вашу банную сумку. Она никогда не забудет положить туда тапочки, шапку или рукавицы. И только к венику она не должна прикасаться. Веник — это особый, сакральный банный и, можно сказать, боевой предмет. Настоящий банный мужик заготавливает веники заранее, сразу после Троицы. Он идет в лес и нарезает охапки березовых и дубовых веток. Затем он помещает их в слегка влажное затемненное помещение, где веники доводятся до правильной кондиции и не пересыхают. Веник для мужчины все равно что рыцарский меч. Запах березового веника и парфюма несовместимы. Когда к нам в баню случайно залетают либералы, пахнущие парфюмом, наш мужской народ сразу настораживается, и либералу объясняют, что у нас с таким запахом приходить не принято.

Русская баня — это модель Евразии. Как Евразия сочетает в себе жар каракумских песков и северно-ледовитую стужу, так и русская баня — раскаленность парной и ледяной холод бассейна. Один совет начинающему парильщику: в русской бане все делается медленно, без резких движений, как бы в замедленной съемке. Всегда неприятно наблюдать в русской бане за случайно попавшими в нее жителями Кавказа. Они суетятся, дергаются. Кавказец не может долго находиться в парной. Он выскакивает из нее, покрытый шерстью, с выпученными глазами и кидается в бассейн, из которого тут же вылетает обратно как пробка. Настоящий русский банный мужик в парной сидит долго и тихо, затем не спеша встает и медленно идет к бассейну, так же медленно погружается в него и долго сидит в ледяной воде. В холодном бассейне нельзя двигаться. Когда вы бездвижно пребываете в ледяной воде, ваше тело обволакивается тонким теплым слоем, и вы можете длительное время не вылезать из бассейна. В таком состоянии приходит успокоение, благодушие, умиротворение. Недаром древняя даосская мудрость гласит: «Не тревожь сидящего в воде». В русской бане нет расистов и националистов. Если в баню случайно заходит негр или еще кто-нибудь из цветных людей, к ним относятся без раздражения и объясняют, как нужно правильно париться.

Бывают в бане и эпические поединки. Мне неоднократно приходилось быть их участником. Однажды пришлось вступить в поединок с мусульманином. Дело было в Сандуновских банях. Я стоял в парной на самом верху и уже подумывал уходить, как в парную вошел пожилой мусульманин с полумесяцем на груди. Он подошел к печке, открыл ее, взял в руки ковш, посмотрел наверх, увидел меня и вдруг неожиданно заявил:

— А мы сейчас посмотрим, как православные попы выдерживают настоящий пар.

Сами понимаете, что я не имел права ударить в грязь лицом и, хотя уже изрядно напарился, ответил ему:

— Давай, мулла, заряжай.

Мусульманин, ласково улыбаясь и без отрыва глядя на меня, стал методично большими ковшами метать воду в печь.

— Ну что, хватит? — спросил он после множественных забросов.

Поймав кураж, я, несмотря на то что уже почти не было возможности терпеть, сказал ему:

— Мы после первой не закусываем.

Мулла продолжил, и тут все, кто находился в парной, начали буквально по-пластунски выползать наружу. Один все приговаривал:

— Мулла с попом сцепились, а нам расхлебывать.

Тут уже, слава Богу, и мулла устал. Я ему говорю:

— Ну теперь давай, сам поднимайся. Он поднялся, но тут же скатился обратно вниз по лестнице. Я почувствовал себя маленьким героем маленькой трагедии и, как свойственно русскому человеку, хватил через край. Глядя в глаза сбежавшему вниз мусульманину, я неожиданно для самого себя заявил:

— А теперь смотри, мулла, как парятся настоящие православные.

С этими словами я начал охаживать себя веником. После первого же прикосновения веника к телу я понял, что в кастрюле с кипятком мне было бы не так больно. Но ничего не поделаешь. Я вспомнил знаменитого Камо, тело которого жгли раскаленным железом, а он терпел, и его боль выдавали только расширенные зрачки. Не помню, как я оказался в ледяном бассейне. Сидел я в нем очень долго. Мужики почтительно обступили меня со всех сторон, и один из них спросил:

— Как же вы, батюшка, умудрились столько продержаться?

Я ответил:

— Вот будете ходить в церковь, так же сможете.

Все дружно добродушно рассмеялись, в том числе и мулла. Баня сближает людей. Вот только потом спать я не мог три ночи и каждое прикосновение к телу было пыткой.

Я давно заметил, что из всех представителей Запада, которые иногда посещают Сандуновские бани, лучше всех выдерживают наш пар великобританцы, особенно ирландцы. Видимо, не всех жителей туманного Альбиона удовлетворяет умывание в грязной раковине, особенно когда они познакомятся с русскими банными традициями. Ирландцы выделяются рыжеватой растительностью, габаритами и квадратными челюстями. Наверное, есть на свете и другие ирландцы, но мне попадались только вот такие, похожие на регбистов. С одним из таких «регбистов» мне тоже пришлось вступить в банно-геополитический поединок. Правда, этот поединок был незримым для окружающих. Мы не сказали друг другу ни слова, мы просто посмотрели друг на друга и поняли, что все разговоры о геополитическом противостоянии атлантического Запада и России не пустой звук. А дальше было так: мы наблюдали друг за другом, и, когда вставал один и шел в парную, за ним следовал другой. В парной мы садились друг против друга и смотрели друг другу в глаза — кто дольше просидит. Точно так же мы сидели в разных углах бассейна, словно боксеры в перерывах между раундами. В общем, получилась у нас ничья. Когда я вышел из бани на улицу, то огромный ирландец садился в свой шикарный «бентли». Мы снова встретились глазами. Я больше не смог выдержать и засмеялся. Тут задвигались в хохоте и регбистские челюсти, и мы пожали друг другу руки. Видите, в бане преодолимы даже геополитические противоречия.

Во всех московских банях есть свои неповторимые особенности. Например, в Донских банях в парной с незапамятных времен живет сверчок. Никто не может понять, где он находится, но, как только температура в парной достигает максимума, сверчок начинает активно стрекотать. И уже давно принято в Донских банях считать критерием правильного пара сигнал, подаваемый этим загадочным насекомым. И вообще русская баня — это неотъемлемая часть уникального московского бытования.

В каждой бане обязательно есть чудак или чудаки, которые, стремясь сделать хорошо, все портят. Они надолго выгоняют всех из парной, чуть не по часу там убираются, чтобы, как они говорят, установить правильный баланс между влажностью и жаром. В результате накапливается большое количество крупных мужских тел, которые разом уничтожают весь этот баланс, и становится сыро и душно. Сначала я раздражался на этих чудаков, потом перестал. Чудаки — неотъемлемый элемент жизни, в том числе и банной, без них было бы скучно. А кроме того, этим чудакам, вероятно, во внебанной жизни не удается себя реализовать. Теперь я отношусь к ним с благодушием, и, когда они вдруг не приходят, я ощущаю неполноту.

Но больше всего я люблю Воронцовские бани, о которых уже говорил выше. Есть там настоящие асы своего дела. Особенно выделяются Лев Николаевич и Иван Николаевич. Когда в парную торжественно входит Лев Николаевич Капитонов в шапке, напоминающей наполеоновскую треугол-ку, то все обреченно замолкают, начинают сползать с лавок на пол, напоминая бандерлогов, увидевших мудрого и страшного удава Каа. Спартаковец Серега произносит сакраментальную фразу:

— Лев Николаевич! Опрокинь народ.

И начинает работать «доменная» печь. Лев Николаевич подкидывает исключительно тазами. Ковш ему неинтересен. По мере подкидывания начинают раздаваться жалобные просьбы:

— Лев Николаевич! Может быть, хватит?!

Но Лев Николаевич не произносит ни слова, как и подобает настоящему вождю, которого не интересуют вопли отдельных подданных. Лев Николаевич настоящий харизматик, и он всегда останавливается в тот момент, когда кажется, что еще один заброс — и все, конец. И когда он останавливается, в парной раздается вздох облегчения. Лев Николаевич не спеша поднимается наверх и, в отличие от остальных, не садится, а спокойно стоит, словно Наполеон на Аркольском мосту, показывая всем свое неоспоримое сверхчеловеческое преимущество. Но легче становится только на несколько мгновений. Открывается дверь в парную, и появляется Иван Николаевич с двумя можжевеловыми вениками. Кто-то со вздохом произносит:

— Ну вот и чистильщик пожаловал, сейчас будут добивать.

Иван Николаевич всегда улыбается, мне он очень напоминает Василия Теркина. Зайдя на верх парной, он начинает охаживать всех своими можжевеловыми вениками, иголки которых, впиваясь в распаренные спины, вызывают из тел древние архетипические трубные звуки, напоминающие бурятское горловое пение. Такое впечатление, что Иван Николаевич сделан из какого-то специального пластика, потому что я никогда не замечал, чтобы термическая обработка оказывала на него хоть какое-то воздействие. Несмотря на то что Ивану Николаевичу за 50, как, впрочем, и Льву Николаевичу, он до сих пор, перед тем как идти в баню, пробегает несколько десятков километров на лыжах зимой или на роликах летом. А после парной Иван Николаевич проделывает номер, достойный Книги рекордов Гиннесса, не говоря уже о телеконкурсе «Минута славы». Он выдыхает часть воздуха и погружается животом на дно бассейна, а его друг, еще один замечательный банный человек Игорь Григорьевич, начинает ходить по его спине. Это у них называется жестким массажем. Длится данная процедура несколько минут и повторяется раз десять. Если Ивану Николаевичу скажут, что началась война, он спокойно, даже бровью не поведя, соберет свой вещмешок, наденет маскхалат, встанет на лыжи, повесит на грудь автомат и будет воевать столько, сколько потребуется.

Хороший у нас народ, добрый и отзывчивый, остроумный и доверчивый, несгибаемый и по-прежнему готовый к подвигу. Те, кто сегодня утверждает, что нет больше русского народа, ошибаются. Приходите к нам в Воронцовские бани, и все ваши сомнения рассеются.

Священник
Александр Шумский.
«Русская народная линия».
(Печатается в сокращении).

самые читаемые за месяц