Герои Льва Овалова в романе и в жизни

Великая вещь — Интернет! В этом совсем недавно убедился и я, до сих пор никакого отношения к нему не имевший. Именно с помощью Интернета мне удалось познакомиться с людьми, которые шагнули в мой кабинет прямо со страниц романа Льва Овалова «Двадцатые годы».

Когда два года тому назад в Орле и селе Успенском мы достаточно скромно отметили 100-летие со дня рождения автора первых советских детективов, создателя образа майора Пронина, широко известного в былые годы, а ныне почти совсем забытого даже на родной Орловщине, — Льва Сергеевича Овалова, я и не подозревал, что у юбилейных торжеств будет продолжение.

А оно, это продолжение, явилось ко мне в лице пожилого седого человека невысокого роста, представившегося: «Я — сын того самого Пенечкина, который упомянут на нескольких страницах оваловского романа «Двадцатые годы». И дальше начался его рассказ — подробный, с показом документов и фотографий.

Прежде чем перейти к главному, мне (на всякий случай) придётся напомнить современному читателю, что большой, в 700 с лишним страниц, роман Льва Овалова «Двадцатые годы» был выпущен издательством «Молодая гвардия» в 1982 году и с тех пор ни разу не переиздавался. Это единственное художественно-документальное произведение известного писателя, посвященное жизни орловской деревни первых лет советской власти. События в романе происходят в основном в Малоархангельском уезде, хотя, конечно, не только там. Среди постоянно упоминаемых населённых пунктов — село Успенское (именно в нём жил будущий писатель Лев Овалов в 1918—1923 г.г.) и многие окрестные деревни.

На хуторе Кукуевка, находившемся в двух верстах от волостного села Успенского, поселился (в романе) председатель волисполкома Степан Быстров. Поселился, по его словам, чтобы контролировать богатеев, да и «зачем жить плохо, если можно жить хорошо»? Хозяевами усадебного дома в Кукуевке были (опять-таки по роману) прасолы Пенечкины. Лев Сергеевич описал в романе одну из комнат кукуевского дома: «Темноватый коридор, как в богатых домах, портьеры, рояль, экран пальмы в зелёной кадке — хотя всё это только в одной комнате». Когда в 1982 году роман «Двадцатые годы» только-только вышел из печати и Лев Сергеевич подарил книгу нам, своим землякам, я, разговаривая со старожилом села Успенское, Михаилом Михайловичем Климовым, выяснил настоящую фамилию владельцев хутора в Кукуевке — Лисичкины.

И теперь передо мной сидел сын одного из них — Александр Александрович. С его помощью, а также пользуясь документами Государственного архива Орловской области, найденными мною чуть раньше, я выяснил некоторые подробности жизни литературных прообразов оваловского романа. И подробности эти оказались не менее интересными, чем то, что происходило с героями на страницах книги.

Итак, в списке землевладельцев Успенской волости Малоархангельского уезда за 1908 год (ГАОО, ф. 60, д. 2) обнаружил я следующую запись: «…Купцы… Адриан Евдокимович Лисичкин, владеет 138 десятинами земли при хуторе Кукуевка. Иван и Александр Адриановичи Лисичкины — 138 десятин при хуторе Кукуевка.»

По семейным преданиям Лисичкиных, основатель купеческого рода, Адриан Евдокимович, происходил из крепостных крестьян Малоархангельского уезда (в деревнях Барановка, Козинка, Александровка было несколько семейств, представлявших эту фамилию). После отмены крепостного права в 1861 году Адриан Лисичкин разбогател, купил землю недалеко от села Успенского, и вскоре на берегу ручья, впадавшего в речку Озерну, появился большой (по местным понятиям) дом, в котором и стала жить семья Лисичкиных.

У Адриана Евдокимовича и его жены Дарьи Ивановны было два сына (Иван, Александр) и три дочери (Ольга, Мария, Надежда). Дочери, выйдя замуж, родительский дом покинули и навещали его потом лишь изредка, в связи с важными семейными событиями. А вот сыновья Иван и Александр, на двоих владевшие таким же количеством земли, как и отец, вели хозяйство с ним сообща.

Когда в 1917 или 1918 году Адриан Евдокимович Лисичкин скончался, то его участок (более чем в 100 десятин) достался по наследству сыновьям. К сожалению для них, времена наступили другие: в Успенское пришла советская власть, и весной 1918 года местный волостной исполнительный комитет начал раздел земель окрестных помещиков. Лисичкины не были помещиками, но кулаками их считали все соседние крестьяне, поскольку в хозяйстве у них работали батраки. Братья не стали дожидаться экспроприации своих земель, подумали — и организовали на хуторе Кукуевка сельскохозяйственную коммуну, в состав которой вошли они сами с семьями и все их работники, изъявившие желание.

Передо мной лежит документ — копия «Удостоверения», выданного тов. Лисичкину Александру Адриановичу Успенско-Луначарским волостным исполнительным комитетом 27 мая 1920 года. В нём сказано, что «председатель 3-й сельскохозяйственной коммуны Успенско-Луначарской волости А. А. Лисичкин с 1917 года в контрреволюционных выступлениях замечен не был и, состоя в должности председателя С. Х. К., волисполком должен отметить, что тов. Лисичкин стоит на высоте своего положения в Р.С.Ф.С.Р., что удостоверяется…»

По воспоминаниям старожила села Успенского М. М. Климова, коммуна эта успешно существовала почти 10 лет. Сами братья работали наравне со своими бывшими батраками (которые, кстати, жили вместе с ними в их доме). Продукты труда делились поровну, даже питались коммунары летом за одним общим столом.

Когда в 1927 году отмечалось 10-летие Советской власти и созданная в Покровской волости комиссия Октябрьских торжеств отмечала заслуги наиболее отличившихся, Александр Адрианович Лисичкин получил от этой комиссии «Грамоту признательности» за работу по развитию коневодства в 3-й сельскохозяйственной коммуне.

Однако ни упомянутое «Удостоверение», ни эта грамота не спасли А. Лисичкина от начавшихся вскоре репрессий, направленных против «бывших и замаскировавшихся» кулаков. В 1928 году Александра Адриановича арестовали и после суда в селе Покровском сослали в Северный край. Пять лет ссылки провёл Лисичкин на реке Мезень, в Архангельской области, где довелось ему работать со ссыльными же староверами.

Вернувшись в Кукуевку в 1933 году, Александр Адрианович не стал больше искушать судьбу: получив паспорт, он выехал за пределы нашего края. Умер Лисичкин в 1944 году под Москвой, на станции Царицыно, где жил последнее время. Там его и похоронили.

Единственный сын Александра Адриановича, тоже Александр, рано оставшись сиротой, был усыновлен хорошими людьми. Приёмный отец дал ему свою фамилию и отчество. Поэтому теперь родной внук основателя хутора Кукуевка не Лисичкин, а Валицкий Александр Иванович. Именно он и был тем человеком, который захотел узнать историю собственной семьи и связался со мной через Интернет.

Что касается других детей Адриана Евдокимовича Лисичкина, то они выехали из Кукуевки в середине 20-х годов, не дожидаясь арестов, судов и высылок. Дети старшего сына, Ивана, который умер во время ленинградской блокады, сумели достичь высоких должностей. Работа одного из сыновей была связана с авиацией, и, трудясь на Новосибирском авиазаводе, он дослужился до звания инженер-полковника. Другой сын, также получивший инженерное образование, занимал ответственные посты в Гипроугле. Он изобрёл и внедрил «ШНЛ» — шахтный насос Лисичкина, широко применявшийся на шахтах страны в послевоенное время.

Одна из младших дочерей А. Е. Лисичкина, Ольга (в романе «Двадцатые годы» она выведена под именем Киры Филипповны Андриевской, учительницы пения в Успенской школе) и её муж — Сергей Михайловский (в романе он — адвокат Андриевский) жили в Ленинграде. Детей у них не было. Сергей Андреевич умер в блокаду. Ольга Адриановна, продолжавшая служить искусству (она работала в Доме культуры одного из промышленных предприятий), умерла в середине 50-х годов прошлого века.

Потомки Лисичкиных живут в настоящее время в Москве, Санкт-Петербурге, в Крыму и в городе Боровичи (Белоруссия). Вот так в жизни сложилась судьба литературных прообразов известного в своё время на Орловщине романа.

Что касается дома Лисичкиных, то от него давным-давно ничего не осталось (после ликвидации коммуны его разобрали окрестные жители для своих хозяйственных нужд). Хутор Кукуевка ещё в начале 20-х годов был переименован в посёлок Светлая Заря, но все в округе называли его только Коммуной. Под этим неофициальным именем посёлок просуществовал 60 лет. Последние жители Коммуны покинули её в середине 80-х годов 20-го века. От всей усадьбы Лисичкиных, да и от посёлка, остались лишь красивый пруд и огромный серебристый тополь, который когда-то был посажен основателем Кукуевки Адрианом Евдокимовичем Лисичкиным.

Александр Полынкин.

Посмотри на фото, читатель, сделанное в Кукуевке примерно в 1904 или 1905 году местным фотографом-любителем В. З. Троицким. На нём — большая семья Лисичкиных и их гости во время помолвки Ольги Адриановны Лисичкиной и Сергея Андреевича Михайловского (они на фото — крайние слева).

самые читаемые за месяц