Возвращение Покровской церкви

В православном календаре русского народа перечислено много разных праздников, но среди них, конечно же, есть наиболее значимые и любимые простыми людьми. Покров Пресвятой Богородицы — один из таких. Именно поэтому храмов, посвящённых празднику Покрова, всегда было на Руси великое множество. Часть из них сохранилась до настоящего времени. Кто из россиян не слышал, к примеру, о церкви Покрова-на-Нерли или соборе Василия Блаженного? Да практически в каждом большом и даже малом русском городе, начиная с XII века, имелась Покровская церковь.

Не стали исключением из правил в этом смысле и наш губернский город Орёл и Орловская губерния в целом. Уже во второй половине XVII века на правом берегу Оки, приблизительно на месте современного Центрального универмага, появилась деревянная церковь Покрова Богородицы, которая в 1749 году была перестроена в каменную. Церковь благополучно действовала до 30-х годов XX века.

Наряду с этим храмом большой популярностью в Орле пользовалась Покровская (Черниговского полка) военная церковь, построенная в 1899 году для расквартированного в Орле 51-го Черниговского драгунского полка и пользовавшаяся покровительством великого князя Сергея Александровича и его жены, великой княгини Елизаветы Фёдоровны. Оба храма были уничтожены при советской власти, так что в настоящее время в Орле нет ни одной Покровской церкви. Такая же участь постигла и многие сельские храмы Орловщины, носившие имя Покрова Пресвятой Богородицы. Правда, некоторые церкви всё же уцелели.

В книге «Архитектурные древности Орловщины», выпущенной издательством «Вешние воды» в 1998 году, её авторы В. М. Ромашов и В. М. Неделин перечислили более десятка сохранившихся (в разной степени) в нашей области Покровских церквей. Одна из них, находящаяся в селе Клейменово (Орловского района), хорошо известна многим орловчанам потому, что в усыпальнице под этим храмом похоронены были замечательный русский поэт Афанасий Афанасьевич Фет и его жена Мария Петровна.

На территории современного Покровского района к 1 января 1917 года существовало 22 церкви, 19 из которых за первые три десятилетия советской власти были разрушены полностью (в том числе и два Покровских храма — в селе Топки и в теперешнем райцентре). Изучая почти 30 лет историю родного края, я пытался все эти годы выяснить у старожилов, сохранилась ли у кого-либо из них фотография уничтоженной в селе Покровское церкви? Многие из покровчан рассказывали подробности о внешнем облике храма Покрова, описывали его величественный, по их словам, облик, но целостной картины не получалось.

Закончился век двадцатый, шёл вовсю уже двадцать первый, а фотография так и не находилась. Я, честно говоря, совсем перестал надеяться на удачу, потому что ни один из старожилов не смог хотя бы даже вспомнить о тех, кто занимался фотографией в селе Покровском или окрестностях. Но, как часто бывает в жизни, на помощь мне пришёл его величество случай.

Зимой этого года я гостил в Москве у ветерана МВД подполковника запаса А. И. Валицкого, отец которого — уроженец села Успенского Покровского района. Александр Иванович рассказал мне, что он давно дружит с Ольгой Леонидовной Столяровой, замечательной женщиной, тоже родившейся в Покровском районе. К сожалению, время моего пребывания в Москве было ограниченно, и я не смог тогда встретиться и побеседовать с нею лично. Но телефонный разговор у нас состоялся, и закончился он неожиданным известием для меня: «А знаете, Александр Михайлович, у меня имеется фотография церкви села Покровского». Ольга Леонидовна сообщила это буднично, а я чуть не подпрыгнул от радости: неужели, неужели?

Уехал я домой и с нетерпением ждал несколько долгих недель, когда, наконец-то, от О. Л. Столяровой пришли фотокопии, сделанные ею со старого альбома, и подробное письмо, дополнившее изобразительный ряд живым описанием того, что имелось на фотографиях. Фотографий было четыре, и среди них — та, которую я так долго искал (всмотрись, читатель, в этот пахнущий столетней историей снимок).

А теперь — рассказ о том, как это фото оказалось у моей новой знакомой. История, я думаю, достойна того, чтобы читатель познакомился с ней подробно.

Итак, в самом начале XX века жили-были в волостном селе Покровском (Малоархангельского уезда Орловской губернии) две семьи — Столяровых и Троицких. Дом зажиточных крестьян Столяровых находился на взгорке, при самом въезде в село Покровское со стороны Змиёвки. Занимались они выращиванием зерна, капусты и гусей — на продажу. Основатель династии, Егор Осипович, содержал также небольшой трактир и постоялый двор. Один из его сыновей на пологом склоне, спускавшемся к реке Липовец, разбил замечательный сад, яблоки и вишни из которого возил на ярмарки в Малоархангельск и Орёл. Неподалёку от усадьбы Столяровых, в овражке, начинался ручей, воду которого можно было использовать как для питья, так и в хозяйственных целях. И сам этот тягучий подъём, и место вскоре стали назваться — «у Столяровых» или «Столярова гора». Когда семья заметно увеличилась численно, один из братьев переселился в ближнюю деревеньку — Разуваевку, построив в ней дом тоже на окраине, смежной по отношению к селу Покровскому. (В Разуваевке-то и родилась в 1923 году Ольга Столярова).

В семье Егора Столярова было пятеро детей — сыновья Александр, Владимир, Константин, Леонид и дочь Евгения. По словам Ольги Леонидовны, дед Егор отличался крутым нравом и за какую-то провинность старшего сына Александра выгнал из дома, лишив доли наследства. Александр Егорович обосновался потом где-то в Подмосковье. Владимир Егорович Столяров погиб в Первую мировую войну. Константин Егорович и Евгения Егоровна после Октябрьской революции уехали в Ленинград, где и умерли от голода в блокаду. Что касается судьбы младшего из сыновей, Леонида Егоровича, отца Ольги Леонидовны Столяровой, то, прежде чем перейти к рассказу о нём, скажу несколько слов о Троицких, землевладельцах из Покровского.

На ещё более крутом взгорке, но уже на правом берегу реки Липовец, располагалась в начале XX века усадьба, в центре которой находился небольшой, аккуратный, красного кирпича, дом. В нём жила семья местного помещика В. З. Троицкого, которому принадлежало около 60 десятин земли в окрестностях Покровского. Старшие Столяровы и Троицкие дружили (семьями, как сказали бы сейчас). Глава семейства Троицких, Василий Зиновьевич, кроме обычных помещичьих занятий, увлекался и таким сравнительно новым в те годы видом деятельности, как фотография. Он запечатлел на фотобумагу своё семейство, усадьбу, семьи знакомых (к числу которых относились, конечно же, Столяровы) и — виды нашей местности. За годы увлечения фотографией у В. З. Троицкого накопился целый альбом снимков, бережно хранившийся и передававшийся по наследству (пока было кому передавать).

А теперь вернёмся к Леониду Егоровичу Столярову, отцу Ольги Леонидовны. Закончив в Покровском церковно-приходскую школу и поработав некоторое время в отцовском хозяйстве, обучался он потом в Орловской духовной семинарии, из которой его исключили за недисциплинированность. И тогда Леонид Столяров круто поменял свою судьбу, поступив в Никулино-Городищенскую (за точное название школы не ручаюсь, потому что проверить это с помощью других источников мне не удалось) спиртовую школу, только-только открывшуюся в Орле. Вышел он из неё с удостоверением механика по налаживанию и ремонту оборудования на винокуренных заводах (так довольно долго назывались предприятия, которые сейчас известны как спиртовые или ликёро-водочные). Работал Столяров первое время на винокуренном заводе в Карачеве, а затем переехал поближе к семье, в деревню Разуваевку, потом — в поселок Моховое Малоархангельского уезда, где с 1906 года начал действовать местный спиртзавод помещика Кистенёва.

В родные места Леонид Столяров приехал с женой, которую нашёл себе, работая в городе Карачеве. У Леонида Егоровича и уроженки Брянска Марии Ивановны Климовой родилось трое детей — сын Сергей и дочери Елена и Ольга. Семейство Л. Е. и М. И. Столяровых покинуло наши края в 1927 году — и сделало это вовремя, потому что другие их родственники были репрессированы как «враги народа».

Поселились Столяровы в посёлке Петровском Ивановской области, где на местном спиртзаводе выпускался спирт высочайшего качества, который использовался в авиационной промышленности. Леонид Егорович начал работать здесь в качестве технолога и за короткое время сумел завоевать высокий авторитет как профессионал высочайшего уровня. Умер он в 1967 году, в возрасте 85 лет. Похоронили его там же, в посёлке Петровском.

В живых из семейства Л. Е. Столярова к настоящему времени осталась лишь Ольга Леонидовна. Она участвовала в Великой Отечественной войне, воевала как зенитчица, защищая Москву от налётов немецких самолётов. Сейчас ей самой уже 85, и живёт Ольга Леонидовна одиноко в столице, общаясь лишь с несколькими преданными друзьями, тоже родовыми корнями связанными с Орловщиной.

Судьба однажды свела её в Москве с сыном Василия Зиновьевича Троицкого, Леонидом, который от отца позаимствовал любовь к технике (правда, не к фотографии, а к радио). Отслужив и отвоевав в качестве радиста несколько лет, он работал во всесоюзном журнале «Радио». Леонид Троицкий рассказал землячке, что сразу после революции и разгрома их скромного имения местными крестьянами вся семья, спасая свои жизни, уехала подальше от тех мест, где их знали. Обосновались в Подмосковье, где в 1939 году и умер Василий Зиновьевич Троицкий. Вспомнив былое, встречались потом земляки не раз за общим столом, вели долгие неспешные беседы.

Когда в 1966 году Леонид Васильевич Троицкий умер, а наследников у него не осталось, достался Ольге Леонидовне Столяровой семейный альбом семьи Троицких.

Так получилось, что мои долголетние и наконец увенчавшиеся успехом поиски фотографии с видом Покровской церкви завершились ровно через 100 лет после того, как фотограф-любитель Василий Троицкий сделал несколько снимков с видами села Покровского прямо от ступенек своего дома, расположенного на крутом обрывистом берегу реки Липовец.

Однокупольная, с отдельной колокольней, Покровская церковь действительно выглядела солидно. Вокруг неё была красивая решётка — кованая, вмонтированная в красивые кирпичные столбики. В левом углу, внутри церковной ограды (если смотреть из-за реки Липовец), находился красивый, тоже металлический, склеп, спускаться в который приходилось по ступенькам. В своё время в подобный склеп спускались многие из старожилов, с кем я разговаривал.

С левой стороны от церкви, но уже за пределами церковной ограды, располагалась церковно-приходская школа, которая при советской власти действовала как начальная (школа I ступени).

Закрытая в начале 30-х годов XX века, Покровская церковь недолгое время, до Великой Отечественной войны, использовалась как учреждение культуры: в помещении колокольни находился кинозал, в зале было фойе, в алтарной части — библиотека. Устраивались в церкви танцы под баян и просмотры кинофильмов. Один из главных входов вёл точно на кладбище. Внутри церкви икон и какой-либо утвари не осталось, но фрески на стенах и куполе сохранялись.

При отступлении в конце ноября 1941 года советских войск с территории Покровского района специально созданная команда взорвала здания всех районных учреждений и организаций, чтобы ими не смогли воспользоваться немцы. Были уничтожены Дом Советов, военкомат, дома руководителей района. Тогда же была взорвана и Покровская церковь, битый кирпич от которой уже после освобождения понемногу разобрали на свои нужды местные жители.

70 с лишним лет верующие покровчане для совершения всех православных обрядов вынуждены были ездить в храмы соседних районов. В октябре 2005 года, после шестилетнего строительства, усилиями местных властей, многих простых граждан и меценатов возродилась, воскресла церковь Покрова Пресвятой Богородицы.

Когда же в 2008 году мне удалось обнаружить фотографию старого Покровского храма, выяснилась интересная особенность: проектанты нового здания не знали, не видели этого снимка, но удивительным образом воссоздали новую церковь очень похожей на ту, старинную.

Божий промысел, наверное, — так же, как и возвращение облика прежней Покровской церкви из небытия ровно 100 лет спустя.

Александр Полынкин.

самые читаемые за месяц