Разорить и засадить

Заявления и решения президента Медведева о поддержке предпринимательства восприняты в бизнес-сообществе с воодушевлением. Однако для многих малых и средних предприятий новые инициативы руководства страны оказались запоздалыми. Они, эти предприятия, приказали долго жить, не дождавшись «светлого будущего».

В Орловской области, как говорят сведущие люди, вольготно живется только тем бизнесменам, которые имеют «доступ к телу». Остальным же приходится бороться за выживание, буквально отбиваясь руками и ногами от административно-чиновничьего произвола.

Сегодня мы начинаем цикл публикаций о судьбе малых и средних предприятий, игравших значительную роль в экономике области. Наша цель — показать реалии орловского «экономического чуда».

Фирма «Чистый воздух» еще несколько лет назад была широко известна не только в Орле, но и по всей стране. Публикации в газетах о самом предприятии, о его продукции не сходили с полос больших газет. Фирма получала знаки отличия в конкурсах «100 лучших малых предприятий России», «100 лучших товаров», «1000 лучших организаций России», участвовала в областных ярмарках инвестиций, то есть была не только на плаву, но и на виду. Размах ее деятельности поражал воображение предпринимателей мелкой и средней руки — одних только производственных площадей у нее насчитывалось (в собственности!) около 4 тысяч квадратных метров. Все помещения были обеспечены тройной системой отопления (от города, от автономной котельной, от электричества), в окнах сверкали стеклопакеты (еще когда по городу только внедрялось это новшество). А ведь эти помещения достались от прежних хозяев в разгромленном виде, и на евроремонт пришлось тратить собственные деньги, почти 12 млн. рублей.

Фирму ставили в пример остальным и по другой причине — более 50 процентов работающих там составляли инвалиды, причем не «подснежники» и не подсобники, а полноправные работники, получавшие зарплату наравне со здоровыми.

Руководитель, он же один из учредителей ООО «Чистый воздух», Геннадий Котляр был известен как человек разносторонний. Закончив институт по одной специальности, он пошел работать по другой, а кандидатскую диссертацию защитил по третьей теме. Попутно обнаружил в себе задатки изобретателя, рационализатора и организатора производства. Самородок, одно слово.

Именно это сочетание внутренних качеств подтолкнуло нашего героя к самовыражению, к бурной деятельности, которая привела к созданию невиданного доселе аппарата и его массовому производству. Это был аппарат очистки воздуха в помещениях, над первоначальной разработкой которого думали еще в советские времена в недрах военной промышленности, точнее — в научном подразделении по обеспечению безопасности атомных подводных лодок. Котляр договорился о дальнейшей разработке и добавил свои идеи. А именно: прибор должен не просто освежать воздух, как делает это кухонная вытяжка, а дезинфицировать помещение, очищать его не только от пыли и гари, но и от бактерий, пыльцы растений, табачного дыма (как известно, пассивное поглощение оного опасно не менее самого курения).

В результате получился такой аппарат, на который был выдан государственный патент. А чтобы проверить его в действии и подтвердить санитарно-профилактические свойства, Геннадий Михайлович предложил нескольким лечебным и научным учреждениям в разных концах страны испытать опытные образцы и дать заключения о полезности.

Заключения посыпались как из рога изобилия. Директор института пульмонологии, председатель государственной программы «Здоровье населения России» академик А. Г. Чучалин еще в 1993 году пришел к однозначному выводу, что прибор, предложенный Котляром, имеет непревзойденное профилактическое воздействие. Член-корреспондент Российской академии архитектуры и строительства, руководитель научно-исследовательского направления по проблемам градостроительной экологии В. Н. Белоусов в 1994 году отозвался о представленном воздухоочистителе в превосходных степенях. Прислал свое заключение Пермский областной госпиталь для ветеранов войн. Дала отзыв Орловская городская больница им. Семашко. Высказал свое мнение и доктор медицинских наук, профессор кафедры фтизиопульмонологии Самарского медицинского университета, президент регионального центра респираторной медицины Б. А. Медников. Также были получены заключения Московской туберкулезной больницы № 7 и главврача федерального центра госсанэпиднадзора Минздрава РФ. Все они в один голос возносили хвалу воздухоочистителю, произведенному в Орле.

В общем-то, Геннадий Котляр и не рассчитывал на противоположную реакцию, ибо заранее знал, что очистка воздуха станет в будущем одной из главных проблем, которые придется решать всему человечеству. А он предложил одно из решений данной проблемы.

На волне этих научных заключений ООО «Чистый воздух» настолько раскрутил свои производственные мощности, что в казну государства, бюджеты области и города потекли многомиллионные налоги. На прибыль, на собственность (и так далее) фирма исправно отчисляла шестизначные суммы. И жила бы себе припеваючи, так как заказы на воздухоочистители сыпались отовсюду (только одна московская больница, убедившись в полезности прибора, заказала 3 тысячи аппаратов). Но вот честному предпринимателю Геннадию Котляру вдруг захотелось узнать: а нужно ли еще платить и налог на добавленную стоимость (НДС). Случилось это в 2001 году, когда вступила в действие Вторая часть Налогового кодекса.

Глава 21 данной части НК расписывает, кто и за что должен взимать с покупателей НДС в размере 20 процентов сверх цены товара. Тут нужно заметить, что ни один производитель товаров и услуг не желает начислять на свою продукцию еще 20 процентов, поскольку такое удорожание отпугивает покупателей. Да и налог не остается в руках предпринимателя — его надо вовремя перечислить в бюджет. Короче, одна головная боль.

Но в данном случае на запрос, посланный в областную налоговую инспекцию, пришел ободряющий ответ: воздухоочистители фирмы Котляра, согласно такой-то статье НК и такому-то постановлению правительства, НДСом не облагаются. И Геннадий Михайлович вздохнул облегченно.

Однако через два года, в апреле 2003-го, вопрос об НДС снова стал тревожить душу Котляра. В том году аудиторы, проводившие проверку фирмы, рассказали, что (якобы) началась охота на те предприятия, которые пользуются налоговыми льготами. Посоветовали вновь заручиться письменным подтверждением права на льготу по НДС. И Котляр снова послал запрос в областную налоговую инспекцию. Тот же заместитель руководителя управления, как и в первый раз, ответил, процитировав те же самые законы, что воздухоочистители не облагаются НДС. Однако добавил, что конкретно по продукции «Чистого воздуха» ясности нет и поэтому само управление послало запрос в свое министерство.

Почему на этот раз налоговая инспекция засомневалась в правильности неуплаты НДС? Потому что более «внимательно», чем в первый раз, прочитала Налоговый кодекс и постановление правительства? Или «жаба задавила» при виде процветающего предприятия?

Здесь придется все же пояснить, что далеко не всякий воздухоочиститель, согласно федеральным правовым актам, освобождается от НДС. Под льготу подпадают только те технические изделия, которые предназначены либо для реабилитации инвалидов, либо для профилактики инвалидности. Собственно, этот пункт и стал камнем преткновения, на который потребовалось разъяснение министерства. Ибо аппараты «Чистого воздуха» поступали не только в больницы, но и в розничную продажу.

Действительно, при первом прочтении фразы про инвалидов сразу возникает вопрос: а сколько аппаратов вы продали инвалидам? Ну-ка, отчитайтесь. За них вы можете не платить НДС. А за остальные — раскошеливайтесь.

Но в том-то и дело, что подсчитать такое соотношение невозможно. Пример: приходит молодой здоровый мужчина и покупает прибор для своей матери — астматика. Как зафиксировать данный факт? Тем более что часть фразы о «профилактике инвалидности» всё ставит на свои места: чтобы не стать инвалидами от заболеваний типа астмы или рака легких, воздухоочистителями должны пользоваться ЗДОРОВЫЕ люди. «Дети и взрослые», — уточнил в резюме директор Института иммунологии, где исследовались новые модификации орловского воздухоочистителя.

Однако в Министерстве по налогам и сборам возобладала первичная реакция на инвалидов. И заместитель министра выслал в адрес орловской областной инспекции свое разъяснение: мы-де полагаем, что фирма «Чистый воздух» должна доказывать продажу своих приборов инвалидам, и именно на эту партию товара НДС не распространяется.

И далее начались мытарства предприятия. Мытари пришли с проверкой и выявили факт не-уплаты НДС за 2001—2003 годы. Потребовали уплатить. При этом ссылались на мнение (иначе не назовешь) заместителя министра, которое не является нормативным актом. (Данную ненормативность позднее подтвердило Министерство юстиции в официальном ответе на запрос Котляра).

«Чистый воздух» обратился в областной арбитражный суд, и тот признал правоту предприятия. Налоговая инспекция не успокоилась и подала апелляционную жалобу в окружной арбитражный суд. Там тоже признали действия «Чистого воздуха» правомерными. Несмотря на эти решения, налоговая инспекция продолжала свои домогательства и даже арестовала счет предприятия. В связи с этим учредители приняли решение прекратить деятельность ООО «Чистый воздух» и организовать другую фирму, а на учет встать не в Советском, а в Орловском районе. Так в 2004 году появилось предприятие под названием «Чистый воздух от Геннадия Котляра».

Но и здесь удалось продержаться всего полтора года. Налоговая инспекция, как говорится, не дремала. По тем же претензиям (НДС) предприятию был выставлен счет на огромную сумму, а самого руководителя потащили сразу в несколько судов — арбитражный областной и два районных.

Советский районный суд первоначально признал Котляра невиновным, но после кассационной жалобы налоговиков и отмены решения в областной инстанции «припаял» Геннадию Михайловичу уголовную статью и штраф в 400 тысяч — за неуплату 2,5 млн. рублей. Интересный нюанс: еще до суда, в процессе банкротства предприятия, выяснилось, что по другим видам налогов (в частности, по налогу на прибыль) предприятие переплатило лишних 3 млн. рублей. Но эта сумма не была признана как погашение недоимки. Тогда Котляр лично от имени соучредителей перечислил на счет областного УМНС 2,5 миллиона. Эти деньги тоже там не признали, но и назад не отдали (хотя есть решение областного суда о том, что данную сумму надо вернуть).

Дальше — больше. Для обанкрочивания первого предприятия арбитражный суд назначил конкурсного управляющего, найдя его где-то в Подмосковье, хотя своих управляющих в Орле достаточно. Тот господин не дал никаких предложений по исправлению ситуации, а просто пришел в суд и сказал, что признает долг по НДС. Обрадованный судья это дело затвердил. Конкурсный управляющий, недолго думая, продал все помещения «Чистого воздуха» (напоминаем, около 4 тысяч кв. метров) всего за 5,5 млн. По оценкам самого Котляра, такая площадь в центре города (бывший часовой завод) стоит не менее 20 млн. Узнав о сумме сделки, Геннадий Михайлович еще больше утвердился в мысли, что его преследовали именно из-за удобных, обжитых производственных помещений.

Что касается второго предприятия, то здесь ситуация вообще не укладывается в голове с точки зрения гуманизма. Дело в том, что в ходе «боев» за сохранение первого «Чистого воздуха» Котляр перенес третий инфаркт, был признан инвалидом и нетрудоспособным. Функции руководителя с самого начала исполнял нанятый по контракту работник, который вместе с главбухом и отвечал за финансовое состояние фирмы, уплату налогов и т.д. За то и получал зарплату руководителя в полном объеме. Котляр значился лишь в составе соучредителей и в фирменном брэнде. Однако именно против него возбудили уголовное дело и в Орловском районе. Районный суд тоже признал его виновным в неуплате НДС и присудил штраф в размере 250 тысяч. А также обязал выплатить государству «ущерб» в сумме 12 млн. 27 тысяч 745 рублей.

Всякие попытки осужденного добиться справедливости в областном суде не увенчались успехом: по всем кассационным и надзорным жалобам он получил отказ. Это произошло уже в 2008 году.

Что же имеем в итоге? 160 человек, из них более половины — инвалиды, лишились работы. Государство, область и город потеряли постоянный (с 1994 года) источник доходов. Население лишилось возможности приобретать полезный прибор. Научные разработки похерены. Изобретателя и предпринимателя довели до инвалидности, но присудили выплачивать из пенсии такие суммы, что ему нужно жить еще лет 400. Почему же все это получилось именно так? Неужели только потому, что иным чиновникам, живущим, кстати, за счет налогоплательщиков, захотелось показать свое служебное рвение? Или здесь прослеживается целенаправленная ведомственная политика по удушению успешных предприятий?

Александр Сухнев.

самые читаемые за месяц