«Дед русского спецназа»

Есть люди, жизнь которых так спаяна с судьбой страны, так насыщена драматическими событиями, овеяна такой романтикой и отвагой, что порой трудно отделить их биографии от легенды. Такой личностью был Илья Григорьевич Старинов — человек из породы русских патриотов, чьим беззаветным трудом и ратными подвигами веками держались честь, слава и независимость России.

В отличие от героев Маркеса ему не грозили «сто лет одиночества» — его век был до предела наполнен творчеством, поиском, опасностями и встречами с множеством людей, вошедших в историю. Он всегда был в центре жизни народа и государства, оставаясь верным однажды избранной профессии — защищать Родину.

Выдающийся деятель отечественных спецслужб, участник Гражданской и Великой Отечественной войн, признанный авторитет минно-взрывного дела, изобретатель уникальных поездной и автомобильной мин, организатор центров подготовки разведывательно-диверсионных и партизанских формирований, воин и ученый — таков портрет нашего знаменитого земляка.

Он родился 2 августа 1900 г. в селе Воиново Болховского уезда в семье железнодорожного служащего. В рабоче-крестьянской Красной Армии — с 1918 года. Участвовал в боях с белогвардейцами. Оказавшись в плену, едва избежал расправы и сумел уйти. Был тяжело ранен. После госпиталя добился перевода в саперную роту. С этого и началось его страстное увлечение минно-взрывным искусством. «Служба в инженерных войсках, — вспоминал он, — определила всю мою дальнейшую жизнь».

После окончания школы военно-железнодорожных техников, а затем — Военно-транспортной академии Старинов оказался в распоряжении 4-го управления Генштаба (военной разведки). Его деятельности посвящен большой раздел в «Энциклопедии секретных служб России» (М., 2004).

С середины 20-х до 1936 г. он плодотворно занимался разработкой и внедрением новых видов мин, методов ведения минной войны с использованием тактики диверсионно-партизанских формирований. Преподавал на военных курсах при исполкоме Коминтерна. В числе его курсантов были Александр Завадский, Вильгельм Пик, Пальмиро Тольятти, Андре Марти и другие лидеры зарубежных компартий.

В 1936 г. был направлен в Испанию для оказания помощи республиканскому правительству в качестве военного советника и инструктора минно-подрывного дела. Под именем «Рудольфо» ходил в тыл франкистов, выполнял важные задания командования, став образцом отваги, мужества и смекалки. Именно здесь, в боях с мятежниками и итало-германскими интервентами, вырабатывалась окончательная концепция диверсионно-партизанской войны. Он был непосредственным организатором и участником многих боевых операций. Его усилиями разрозненные диверсионные отряды были преобразованы в 14-й партизанский корпус, который наводил страх на противника. К числу наиболее дерзких операций его диверсионных групп относятся уничтожение штаба итальянской авиадивизии и взрыв стратегически важного моста. В июне 1937 года диверсанты Старинова в ходе боевых действий республиканской армии отрезали вражеские войска Южного фронта от войск Мадридского. «Мы, — вспоминал Илья Григорьевич, — совершили около 200 диверсий и засад, ориентировочные потери противника составили более 2 тыс. человек». Франкисты лишились 22 эшелонов с техникой и живой силой.

Диверсионно-партизанская тактика, отработанная во время Гражданской войны в Испании, была взята на вооружение и использовалась в годы Великой Отечественной войны. На родину он возвратился в ноябре 1937 г., в самый разгар репрессий. Уцелел от облыжного обвинения благодаря заступничеству наркома обороны К. Е. Ворошилова.

За выполнение боевых заданий в Испании Старинов был награжден орденами Красного Знамени и Ленина.

Возглавив затем Центральный научно-испытательный железнодорожный полигон, с марта 1938 по июль 1940 гг. упорно работал над вопросами минирования путей сообщения и разработкой новых конструкций мин. Подготовил диссертацию «Минирование железных дорог».

Во время войны с Финляндией руководил инженерной группой по разминированию. Снова был тяжело ранен. По заключению врачей подлежал увольнению, но настоял на оставлении его в армии, без которой жизнь для него утрачивала смысл. Понимая неизбежность войны с фашистской Германией, самоотверженно трудился на «минном поприще». Не раз сталкивался с недооценкой этого вида вооружения и последствиями затягивания массового снабжения армии минами. С горечью вспоминал споры с ретроградами вроде Мехлиса и маршала Кулика: «К 1 января 1941 года Красная Армия имела всего около 1 млн. противотанковых мин, а мин замедленного действия и мин-сюрпризов не получила вообще. К началу войны не было запасено и половины минимального количества инженерных мин, необходимых войскам даже при успешном развитии военных действий…» Все это пришлось исправлять уже в ходе войны.

Старинов был назначен начальником отдела заграждения и минирования Главного военно-инженерного управления армии, а затем — начальником оперативно-инженерной группы Западного и Южного фронтов. Цель группы — минирование заграждений и подрыв важных объектов при отступлении.

Однако его опыт и знания вскоре понадобились при создании оперативного учебного центра Западного фронта. По заданию Генштаба он руководил операцией по выводу из строя и минированию важных объектов в Харькове с помощью радио-управляемых мин. 14 ноября 1941 года одной из них был уничтожен штаб 68-й пехотной дивизии гитлеровцев вместе с ее командиром — генерал-лейтенантом Георгом фон Брауном. Таким видом мин немцы не располагали и буквально охотились за Стариновым.

В августе 1941 года в связи с передислокацией оперативно-учебного центра он прибыл в Орел с целью подготовки на Орловщине разведывательно-диверсионных партизанских подразделений. Школа находилась в окрестностях города. Для конспирации ее называли «школой пожарников».

Из докладной записки УНКВД по Орловской области (IX—1941 г.): «Для подготовки кадров диверсантов УНКВД вместе с областным комитетом партии организовали спецшколу, в которой в данное время обучено около 500 человек и созданы кадры преподавательского состава. В школе подготовили инструкторов для Курского УНКВД. Проходит курс подготовки группа из Москвы, Тулы, Смоленска. Школа готовит кадры для партизанских отрядов, диверсионных групп и диверсантов-одиночек. Обучает спецтехнике диверсионного дела, технике действий в тылу противника».

Из воспоминаний орловского чекиста Д. И. Беляка: «Готовились квалифицированные кадры разведчиков, диверсантов, подрывников… Гранаты и мины в значительной степени изготовлялись собственными руками. Правда, уже в самом начале дело упиралось во взрывчатку. Мало ее было. Но тут нас выручил Илья Григорьевич Старинов, человек энциклопедических знаний в этой области. Я убежден, что если бы нужно было произвести взрыв, а под рукой у Ильи Григорьевича была одна деревянная табуретка, так он бы умудрился и с ее помощью взорвать то, что нужно. Из обычного удобрения для колхозных полей, целые горы которого лежали на железнодорожных станциях, он научил нас делать первоклассную взрывчатку…»

Сам Илья Григорьевич вспоминал: «В «школе пожарников» готовились будущие прославленные партизанские командиры Д. М. Кравцов, М. П. Ромашин, А. Д. Бондаренко, Герой Советского Союза генерал М. И. Дука».

В письме к орловскому краеведу М. М. Мартынову в марте 1966 он пояснял: «По состоянию на 1 марта 1942 г. Брянская и Орловская школы выпустили по 5 тыс. диверсионных и разведывательных кадров… Только 4-й отдел УНКВД Орловской области к тому времени создал до 70 партизанских отрядов и свыше 500 диверсионных групп… с привлечением кадров, подготовленных в основном в орловской «школе пожарников».

Из справки Центрального архива ФСБ: «Школа сыграла большую роль в развитии партизанского движения и немало способствовала эффективности боевых действий партизан…» Это и был настоящий «второй фронт».

В сентябре 1943 г. Старинов снова побывал в Орле. Беседуя с жителями, узнал, что «после захвата города фашистские офицеры, расположившиеся в гостинице «Коммуналь», взлетели на воздух от взрыва какой-то большой мины… Склады и гаражи оккупантов постоянно горели, эшелоны подрывались, патрули погибали от выстрелов неизвестных лиц, на стенах то и дело появлялись листовки, призывавшие уничтожать захватчиков и предателей. По почерку диверсантов я узнал «орловских пожарников» — подпольщиков и партизан, подготовленных летом и осенью 1941 г.»

В годы войны наиболее ярко раскрылся организаторский и военно-технический талант Старинова: он был командиром 51-й инженерной бригады специального назначения, помощником начальника Центрального штаба партизанского движения (ШПД), начальником ШПД на Южном фронте, начальником Украинского ШПД, зам. начальника Польского ШПД, начальником штаба советской военной миссии в Югославии. Трижды забрасывался в немецкий тыл, а сконструированные им мины по эффективности не знали равных.

Неимоверно трудные дороги войны прошел отважный орловец со спецотрядами и партизанами. Под его началом уничтожено 256 стратегически важных мостов, сотни фашистских эшелонов с живой силой и техникой. Это о нем и его боевых товарищах с раздражением докладывал командующий группой армий «Центр» фон Клюге: «Все яснее становится тенденция к созданию прочных соединений партизан, которые под энергичным командованием русских офицеров пытаются проводить операции более крупного значения».

От «звонка до звонка» прошел Илья Григорьевич четыре войны. Награжден двумя орденами Ленина, пятью орденами Красного Знамени, орденами Октябрьской революции, Отечественной войны 2-й степени, Дружбы народов, «За заслуги перед Отечеством» 4-й степени, многими медалями.

Накопленный бесценный опыт он в послевоенные годы с успехом передавал курсантам и офицерам КГБ и МВД. Возглавлял кафедру тыла Военного института МВД (1946—1956). Трудился в должности научного сотрудника отдела истории Великой Отечественной войны Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС (1956—1962). Снова преподавал в учебных заведениях КГБ (1963—1973). С 1984 г. — профессор спецдисциплин Военного института МВД. Кандидат технических наук, автор более 40 научных работ, учебников и монографий, а также историко-документальных книг.

В 1967 г. Илья Григорьевич побывал в Югославии, где когда-то встречался с Тито. Местные журналисты восторженно называли его «богом диверсий» и «дважды Героем Советского Союза». Им и в голову не приходило, что это не так, хотя по совокупности ущерба, нанесенного Стариновым фашизму, он вполне отвечал этому званию. К сожалению, этого не хотели понимать в высоких инстанциях. Трижды его представляли к званию Героя, пять раз — к генеральскому званию. И каждый раз представления ложились под сукно. Чересчур прямым и неудобным был этот полковник в суждениях и взглядах на тактику и стратегию партизанской войны. Как и подобает русскому офицеру, называл вещи своими именами, когда речь шла о некомпетентности и идеологической зашоренности.

Слова Н. С. Лескова о другом великом орловце — генерале Ермолове можно безошибочно отнести и к Старинову: «…Поистине характернейший представитель весьма замечательного и не скудно распространенного у нас типа умных, сильных, даровитых и ревностных, но по некоторым чертам неудобных русских людей…»

Скончался он 18 ноября 2000 года в возрасте более ста лет. С воинскими почестями похоронен на Троекуровском кладбище. Еще при его жизни ветераны «Альфы» обращались к Ельцину с просьбой о присвоении Старинову звания Героя России. Разрушитель великой державы не ответил. Безответной осталась и просьба восстановить справедливость в канун столетия «деда русского спецназа».

Сегодня ветераны боевых действий вновь обращаются к руководству государства с предложением присвоить звание Героя России И. Г. Старинову посмертно. Этот акт власти имел бы исключительно важное значение для патриотического воспитания поколения, которому предстоит защищать Отечество.

Ветераны-чекисты выразили пожелание увековечить память выдающегося сына Орловщины к 65-летию освобождения Орла от немецко-фашистских захватчиков, присвоив его имя учебному заведению, улице областного центра или установив памятную доску на одном из зданий.

Юрий Балакин, полковник в отставке, историк, член общества РУСО.

самые читаемые за месяц