Красная строка № 4 (270) от 7 февраля 2014 года

Бескорыстная любовь к нетрудовым доходам

В последнее время из уст некоторых наших руководителей мы узнаем, что на перспективу 2030 года они готовы поработать над тем, чтобы темпы развития российской экономики были на уровне 2,5%, или почти в 2 раза ниже прогнозируемых в Турции и в 3 раза ниже, чем в Китае.

В чем дело? Может быть, в сравнении с этими соседями, мы беднее золотом, алмазами, железной рудой, нефтью и газом, лесом и землями, пригодными для сельскохозяйственного пользования? Может быть, у нас больше, чем у них, загружены мощности металлургических и машиностроительных заводов? Может быть, уровень образования населения у нас ниже? А если всё не так, то откуда это пессимистическое отношение к российским перспективам?

В отличие от тех участников пятого Гайдаровского форума, которые считают, что наши экономические трудности — это результат недавно достигнутых успехов (Д. Медведев) или некий феномен среднего уровня развития (И. Шувалов), хотелось бы обратить внимание на две принципиально иные причины проектируемого отставания в развития нашего народного хозяйства.

Во-первых, это такое уже доказавшее свою ущербность идеологическое обеспечение управления на высшем уровне (алчный либерализм), которое рождает способность только ползать, но не летать.

Вторая причина — воспитанная на основе этой идеологии неплохо оплачиваемая деликатность в отношениях со «стратегическими частными собственниками».

Чтобы не быть голословными, напомним: с позиций современной науки, управлять темпами экономического роста можно по трём направлениям. Во-первых, с помощью добавочных вложений в процесс воспроизводства (не совсем точно их называют инвестициями). Во-вторых, с помощью технико-технологического прогресса (в частности, на основе модернизации, с использованием инноваций). В-третьих, совершенствованием системы отношений собственности, организации производства, обмена, распределения и потребления.

О первых двух направлениях правительство знает, о них говорят и пишут много. О третьем направлении речь идёт с предупреждением: будем всё улучшать, ничего всерьёз не меняя и обязательно постепенно сокращая роль государства в экономике (А. Силуянов).

Но даже в том, что касается роста инвестиций и инноваций, практическая реализация благих намерений правительства сдерживается либеральной догмой о всесилии «невидимой руки рынка». Поэтому министрам приходится объяснять скромные результаты своей управленческой деятельности неизменными ссылками на «неблагоприятный инвестиционный климат», вызывающий устойчивый отток отечественного капитала за рубеж и определяющий пассивность внешних инвесторов.

А что предлагается, чтобы переломить такую ситуацию? Оказывается, намечается воспитывать в людях доверие к будущим доходам от инвестиций в экономику РФ (А. Улюкаев). И, видимо, соответственно с ожидаемым уровнем надежды в действенность такого воспитания, «Стратегия-2030» предполагает сохранить на многие годы наше отставание в темпах роста производства.

А почему же наши восточные и южные соседи настроены оптимистичней? Не потому ли, что по опыту убедились — рыночную погоду знать и предвидеть, конечно, нужно, однако при этом особенно важно научиться использовать её колебания — в своих интересах. Чтобы не только хорошо зарабатывать в фазе экономического подъёма, но еще и выигрывать в фазе кризиса.

Это и есть эффект профессионализма, позволившего Китаю в последние 5 лет увеличить ВВП почти в 1,5 раза, тогда как наш ВВП остаётся на уровне 2008 года. Тем более, что в части реальной экономики, как известно, РФ пока топчется на уровне 80% от объёмов догайдаровского периода.

На Гайдаровском форуме наш министр экономического развития А. Улюкаев частично признал одну из причин, позволяющих Китаю иметь высокие темпы роста экономики: у них норма накоплений (дополнительных затрат в развитие производства) превышает треть ВВП, у нас не достигает и 20%. А почему у нас так малы накопления?

Министр назвал одну, самую «безобидную» причину — нашему правительству не удаётся убедить собственников денежных ресурсов, что некрасиво уводить эти ресурсы от налогообложения «в тень», прятать в «оффшорах», расходовать за рубежом на недвижимость и т. п. А дальше, похоже, не видно отступлений от либерального принципа (по И. А. Крылову) — пусть «Васька слушает, да ест». Всё говорит за то, что разработчики «Стратегии-2030» не горят желанием вспомнить совет великого баснописца: «На стенке зарубить: чтоб там речей не тратить по-пустому, где нужно власть употребить».

Но почему не горит зелёный свет следовать этому совету? Думаем, что главный тормоз — характерное для алчного либерализма табу на контроль соотношений между мерой труда и потребления, как только речь заходит о толстых кошельках. Несколько примеров.

В 2011 году все сотрудники компании «Норникель» получили вполне достойную зарплату, за вычетом 13% подоходного налога. После этого между уважаемыми акционерами компании её руководство распределило дивиденды в сумме 42 млрд. рублей. Но поскольку дивиденды рассматривались налоговиками не как оплата за добросовестный труд, то с этой суммы был удержан налог в размере не 13, а 9%.

В печати не сообщалось, какая часть дивидендов «Норникеля» была потрачена на корпоративах. Но предположим, что не все получатели этой манны небесной последовали примеру М. Прохорова, щедро расплачивавшегося за утехи в Куршавеле. Возможно, кто-то кое-что израсходовал на развитие северного земледелия или на именные стипендии студентам. Это похвально, и обычно о таких добрых делах хорошо пишут и рассказывают.

Но вот еще один пример. Являющаяся нашим общим достоянием компания «Газпром» в 2011 году добыла газа примерно на 15% меньше, чем российские газовики в 1989 году. Примечательно не то, что за последние 22 года несмотря на снижение производительности заметно увеличился отрыв среднемесячных заработков управленцев в газовой отрасли от среднего уровня оплаты основных работников. Примечательно другое — «Газпром» выдал группе своих акционеров дивиденды в сумме, которая во много раз превысила их официальную, и без того, казалось бы, приличную, заработную плату. Как после этого не задать вопрос: кого полезней стимулировать — инженера и рабочего или акционера, если мы хотим иметь высокие темпы экономического роста?

А ведь в 2011 году выплачено свыше 1 триллиона рублей дивидендов — сумма, позволявшая примерно в полтора раза увеличить все расходы бюджета на развитие экономики. И это не считая почти 1 триллиона рублей «откатов» с госзаказов, о которых докладывал Генеральный прокурор. И без учета тех почти 6 трлн. руб. официального избытка экспорта над импортом, которые признаются нормальными в условиях давления либерально-олигархического курса социально-экономической политики.

И как в этой связи не вспомнить о догадке столетней давности в то время юного поэта — «если звёзды зажигают, значит, это кому-то нужно»? И почему бы в этой связи нашим государственно озабоченным руководителям и гражданам не присмотреться к сообщениям СМИ о случаях, когда, как минимум, на использовании доверительной информации высших чиновников их родственники могут зарабатывать на акциях до 80-100 млн. долларов?

Не будем эти суммы персонифицировать, но обратим внимание на официальную декларацию О. Шуваловой, доходы которой (в основном от портфельных инвестиций) именно в период кризиса 2009 года составили 642 млн. руб., а затем, по мере стабилизации экономики, начали снижаться. В 2012 году они сократились настолько, что всего в 8 раз превысили размер Нобелевской премии.

Лауреаты этой премии могли бы подумать, что О. Шувалова — либо ученый-многостаночник, либо тот стахановец и ударник капиталистического труда, который одновременно трудится в «Газпроме», «Норникеле» и еще в 20 компаниях, выплачивающих большие зарплаты. Но они, естественно, ошибутся: О. Шувалова — домохозяйка. Правда, ведёт она хозяйство при супруге, который считает нормальным оценивать свой труд в должности первого вице-премьера РФ по экономике далеко не заслуживающим оплаты на уровне домохозяйки.

Такой вот личный пример уважительного отношения к нетрудовым доходам. В данном случае — в форме дивидендов и портфельных инвестиций по наводке. А кроме того, разве мало тех, кого кормят еще и «откаты», и паразитарное посредничество, земельная, административная и другие виды рентных доходов, монопольная прибыль, прочие разновидности зря-платы?

А ведь национальный продукт — наше общее достояние, распределять можно то, что создано. И если путем ловкачества или какими-то другими способами он присваивается одними, страдают другие и вся страна, поскольку лишается источников развития. Не пора ли посмотреть в суть проблемы и начать выстраивать механизм использования национального достояния в интересах всего общества? Такой подход может создать надежную основу для выполнения майских указов Президента В. Путина, которые народ воспринял с доверием и надеждой.

И. Загайтов,
доктор экономических наук,
Н. Турищев,
кандидат экономических наук.

самые читаемые за месяц