Красная строка № 36 (302) от 28 ноября 2014 года

Что сказал бы либералам в правительстве И. А. Крылов?

Много чего мог бы он сказать в образах героев своих басен. Вспомнил бы тех, кто сегодня тянет воз экономики и социальной сферы в разные стороны; сказал бы правду о стратегических собственниках, которые «под дубом вековым, наевшись желудей досыта, до отвала…»; возможно, даже назвал по имени музыкантов, меняющих руководящие кресла. Но, для понимания беды, которая ныне очень серьёзно поразила наше народное хозяйство, пожалуй, полезно вчитаться и в другие жемчужины его басенного наследия.

Например, вспомним мудрое замечание: «Беда, коль пироги начнет печи сапожник, а сапоги тачать пирожник». И почему беда? Иван Андреевич отвечает: «примечено стократ, что кто за ремесло чужое браться любит, тот завсегда других упрямей и вздорней: он лучше дело все погубит.., чем у честных и знающих людей спросить иль выслушать совета».

Постсоветская Россия давно теряет значительную часть своего ВВП на заниженном курсе рубля. Почему при паритете покупательной способности рубля и доллара в соотношении 18,5 к 1, его рыночная цена в 2012 году составила 32 к 1, а в начале 2014 года докатилась до 36, а на сегодня приблизилась — 50 к 1?

В рамках законов рыночных отношений происходящее легко объяснимо: цена рубля, как и цена любого товара, зависит не только от затрат на производ­ство товаров, которые он представляет, но еще от соотношений между спросом и предложением на различные виды валют. Если рубль падает, значит, к обмену предлагается мало долларов и многовато рублей.

Но почему на валютный рынок поступает мало долларов? Ведь объём нашего экспорта, рассчитываемый в долларах, составляет около 50% ВВП, созданного в отраслях реальной экономики, и значительно превышает доходную часть консолидированного бюджета страны. Чтобы при таком масштабе экспорта испытывать дефицит валюты, нужно очень основательно по­трудиться над уводом выручки из российской системы денежного оборота.

Так вот в этом деле наши экс­портёры серьёзно преуспели. Особенно в последние 5–6 лет. Под разными предлогами они стараются не возвращать в страну свыше третьей части экспорт­ной выручки — ежегодно около 200 млрд. долларов, создавая тем самым дефицит валюты в РФ, а потому и низкий курс рубля.

Влияют и некоторые другие обстоятельства. Например, как быть получателям больших дивидендов и прибылей, если они предпочитают (а правительство им это позволяет) использовать свои сверхдоходы не на инвестиционные цели в России, а на приобретение имущества за рубежом? А ведь точно так же озабочены сбережением своих доходов крупные мошенники и коррупционеры, которые понимают, что «лихие» доходы нужно лихо упрятать за рубежом.

Всем этим счастливым участникам рыночных отношений очень нужна валюта — вместо рублей, которые они, в насмешку над нашими зарплатами и пенсиями, обзывают «деревянными». Статистика бесстрастно сообщает, что в последние годы у этих счаст­ливчиков, благодаря либерализации валютного контроля, зарубежные ресурсы существенно выросли. Им есть, кого за это благодарить и в правительстве, и в Думе, и в СМИ.

Важно, чтобы остальные граждане не заблуждались в отношении творцов и менеджеров удушающего российскую экономику курса на заботливое отношение не к трудящемуся люду, а к уютно устроившимся за его хребтом. Чтобы относились с пониманием к обещаниям «стабилизации» рубля и «модернизации» экономики, если одновременно провозглашается опора на «патриотические» чувства тех, кого заботит внешний, а не внутренний рынок.

Экономисты, которых в правительстве не хотят слушать, давно настаивают, что «патриотическим» чувствам наших олигархов нужны не вкрадчивые увещевания, а конкретные регламентирующие и обязывающие действия.

Давайте и мы подумаем, что мешает господствующим в экономическом блоке правитель­ства либералам восстановить систему нормального контроля за возвратом в страну экспортной выручки? В том числе с применением к нарушителям мощных штрафных санкций и угрозы лишения лицензий на выполнение экспортных операций.

Похоже, мешает только желание не обижать ближнего. В уверенности, что руководство будет журить, иногда даже поругивать, но всё равно не воспользуется советом И. А. Крылова — «чтоб там речей не тратить по-пустому, где нужно власть употребить». Но такой вариант сохранения валютных ресурсов для стабилизации и модернизации экономики остаётся неиспользованным. В итоге парадокс — своё вывозим и оставляем на Западе. И одновременно взываем к созданию привлекательного климата для притока зарубежных инвестиций.

Вот последняя инициатива — готовится закон, который должен открыть дорогу к притоку в страну ранее криминально вывезенного капитала. Путём его амнистии за минимальную ставку налогообложения. Не правда ли, это подсказка к следующему этапу криминального вывоза валюты, с надеждой на возможный в перспективе новый раунд амнистии — как только удастся вновь осложнить финансовое положение России?

Не хотелось бы думать, что такая идея родилась задолго до того, как стало возможным представить её в качестве способа локализации нынешнего финансового кризиса, и что поэтому её можно рассматривать как давно готовившуюся, а ныне расчетливо реализуемую политическую акцию.

Беды народного хозяйства России связаны не только с безответственной валютной политикой. Требует радикального пересмотра общий курс социально-экономической политики. В том числе и внешнеторговой.

С каким опозданием и лишь под давлением санкций в высших эшелонах власти начало приходить осознание необходимости импортозамещения! Время идёт, а где же конкретная правительственная программа материально обеспеченных действий по его реализации? Снова надежды на «невидимую руку рынка», который сам решит — что, где и когда производить; кто, в какие сроки и на каких условиях изыщет на это необходимые средства.

В этой связи обратимся к данным Госкомстата в части, касающейся структуры нашего импорта (таблица 1).

Как видим, основными направлениями импортозамещения в России должны стать машиностроение, химия и АПК, для развития которых в бюджете на ближайшие годы сколько-нибудь существенных средств не предусматривается. А предусматриваются — обращения к частному бизнесу с просьбами об участии в решении данной проблемы. И повторение выступлений на тему: «Это нужно, это очень важно, над этим трудимся, как рабы на галерах».

Не будем вспоминать, как быстро и эффективно решались даже более сложные задачи в советские годы благодаря использованию преимуществ государ­ственной собственности на основные средства производства при плановой системе ведения хозяйства. Усилиями антисоветских реформаторов эти преимущества потеряны, и обстановка сегодня другая.

Тем не менее, возможности такой перестройки структуры производства, которая позволит защитить российскую экономику от любых грядущих санкций, еще сохраняются даже в условиях капиталистических отношений. Правда, это потребует взять из советского опыта хотя бы то, что с успехом используют Япония, США, ряд стран западной Европы.

А они, как известно, не только отказались от принципа: «что выгодно придворным олигархам, то выгодно стране». Они пошли дальше — серьёзно регулируют хозяйственную деятельность с учетом интересов среднего, а частично и малого бизнеса, в известной мере с учетом нужд наёмного труда.

Поэтому они регулируют вывоз капитала и импорт, не пускают на самотёк проблему ставок процентов за кредит, ин­фляции, занятости населения, регулируют динамику показателей дифференциации доходов своих граждан. Уже это позволяет им иметь, по сравнению с РФ, значительно более ёмкий и более устойчивый внутренний рынок — как по предметам по­требления, так и по средствам производства.

В условиях современных реалий западные способы регулирования хозяйственной деятельности не обязательно копировать в деталях. Главное, что необходимо перенять — политическую волю к тому, чтобы упо­требить власть для ограничения неуёмных аппетитов нашего олигархата, паразитирующего на национальном достоянии.

Повторим пример, который неоднократно приводился в наших публикациях. Стратегические частные собственники металлургических компаний (А. Мордашов, В. Лисин, И. Зюзин, О. Дерипаска, А. Усманов, и др.) в последние 6 лет испытывают серьёзные трудности в получении высоких прибылей на внешних рынках. Естественно, они постарались компенсировать это повышением цен на металл внутри страны, что основательно усилило кризис российского машиностроения. Отсюда, с одной стороны, рост зависимости страны от импорта, а с другой, дальнейшее сужение внутреннего рынка спроса на металл. Так, в погоне за максимальной прибылью металлургические компании подпиливали сук, на котором можно было неплохо сидеть. А теперь просят о бюджетной поддержке.

Помогать им придётся, но для этого вовсе не обязательно изымать средства из инвестиционных, а тем более — социальных программ. Достаточно предоставить им целевой кредит на приобретение акций пока что дышащих на ладан предприятий сельмаша, текмаша, дормаша, химмаша, строймаша, авиапрома и др. Но при этом обусловить обеспечение этого кредита акциями металлургических компаний. Предусмотреть льготирование налогов для тех из них, кто за счет сокращения непроизводительных издержек понизит цены на металл и в качестве со-соб­ственников-акционеров позволит ускорить восстановление отечественного машиностроения.

В интересах подъёма машиностроения может быть задей­ствован льготный целевой кредит предприятиям АПК и легпрома — под заказы на приобретение необходимой им техники и оборудования.

Когда среднесрочный и долгосрочный кредит для большей части юридических лиц станет государственно регулируемым целевым, тогда кредит, цена которого сегодня душит процесс даже простого воспроизводства, превратится в инструмент развития внутреннего рынка и стимулирования экономического прогресса.

Когда будет установлен не либеральный, а государственно регулируемый контроль за внешнеэкономической деятельностью и эффективностью использования собственности в базовых отраслях народного хозяй­ства, тогда, вместо топтания вокруг близкой к нулю цифры роста ВВП, появится возможность двигаться вперёд если не советскими, то хотя бы досоветскими шагами.

Правда, чтобы отказаться от либерально-олигархического кур­­са социально-экономической политики, нужно вспомнить еще один завет И. А. Крылова — «важнейшая наука для царей: знать свойство своего народа и выгоды земли своей».

И. Загайтов,
доктор экономических наук,
Н. Турищев,
кандидат экономических наук.

самые читаемые за месяц