Если бы к этому праймеризу ещё консенсус с майонезом!

Наконец-то стартовал наш долгожданный народный праймериз! Поскольку дело это новое и не до конца многим до сих пор понятное, даже слегка пугающее своей неизвестностью, в Лесковском зале мегакомплекса ГРИНН ответственные за эти самые народные праймериз — депутат Государственной Думы Роман Антонов, председатель Орловского городского Совета Леонид Музалевский и его коллега и. о. председателя областного Совета Александр Алексеевич Лабейкин собрали журналистов, чтобы объяснить, что к чему, и объявить о старте. Был за столом президиума и председатель областного общества инвалидов Н. Н. Столяров, но он за праймериз не отвечает, Николай Николаевич представлял собой народ.

Вел пресс-конференцию Леонид Семенович Музалевский. Он сразу убил интригу, представив Романа Валерьевича Антонова, про которого, когда его видишь на разнообразных орловских политико-экономических тусовках, где Роман Валерьевич поучает местных, как надо жить, всегда хочется спросить: а кто это такой и что он здесь делает. «Известный уже вам депутат Антонов Роман Валерьевич», — представил его Музалевский. А раз «известный уже», то и неловко было спрашивать: «А кто это такой, что он здесь делает?»

Л. С. Музалевский рассказал про наш долгожданный народный праймериз, что он впервые проходит совместно с Народным фронтом, в котором представлены широкие слои населения. Именно поэтому обычная политическая штука — праймериз — предварительные голосования по определению достойных кандидатов куда бы то ни было — стали именно народными и такими долгожданными.

Чего раньше народ на долгожданные праймериз не звали, непонятно. Звали бы раньше, так и праздник не нужно было бы растолковывать — почему он праздник, почему народный и такой долгожданный.

— Подбор кандидатов шел максимально прозрачно, — рассказал Л. С. Музалевский.

В результате такого прозрачного шествия «зарегистрировалось 49 участников», сообщил Леонид Семенович. И добавил, что 49 зарегистрировавшихся потенциальных кандидатов — «это люди, которые состоялись, имеют богатый опыт, знают проблемы нашего населения и, самое главное, пути их решения».

Где держали такое сокровище раньше, ведущий не пояснил. Леонид Семенович вообще сдержан на слова и предпочитает действие. Поэтому он предоставил возможность сказать спич и. о. председателя облсовета А. А. Лабейкину. Александр Алексеевич — человек старой закалки, побывавший не в одной партии и не на таких праздниках бывавший, начал не торопясь, как бы вразвалочку, показывая, что торопиться на торжествах не надо, дабы смак от каждого слова, каждого жеста и факта не пропал, а ощущался бы как можно дольше.

Кстати сказать — любопытно же смотреть на «известного вам уже депутата Антонова Романа Валерьевича» — такая манера партийного строительства и вообще поведения на Народном фронте, явно пришлась ему не по душе. Романа Валерьевича будто корчило, он никак не мог усидеть на месте — крутился, поворачивался туда и сюда, ерзал на стуле. Это конфликт поколений — старого, умудренного жизненным опытом, выбирающего из всех благ золотую середину, и молодого — хотя Роман в этом смысле достиг уже критического возраста, — ищущего, даже метущегося в поисках, словом, креативного и непоседливого.

А Александр Алексеевич тем временем говорил, что Народному фронту чуть более двух месяцев, а младенец, дескать, ого-го уже молодец какой! В спиче Александра Алексеевича преобладали слова с корнем «народ». Опытный политик сразу уловил, на какую кнопку давить, чтобы добиться заложенного во «фронт» политтехнологами нужного эффекта.

«Общенародный праймериз», «формирование общенародной программы» — через Народный фронт, разумеется, «федеральная народная программа», которая получится, когда куча народных программ аккумулируется народной федеральной властью, ну и т. д. Александр Алексеевич как бы даже удивлялся той широте возможностей, глубине народных перспектив, открывшихся благодаря общероссийскому Народному фронту. Он так и говорил: «Совершенно новые подходы, новые взгляды. Мы предложения записываем».

Что за новые подходы? Расстрелять всех жуликов, что ли? Что в этом предложении нового? Давно уже в народе предлагают это средство борьбы с тотальным разложением государства. Может, предлагают не стрелять, а топить? Тогда другое дело, надо записать.

«Я скажу, такой поток предложений! Мы не ожидали даже», — рассказывал А. А. Лабейкин, продолжая удивляться. Он будто предлагал залу заразиться его энтузиазмом, тем более удивительным, что в него не очень верилось тем, кто Александра Алексеевича хорошо знает. В этом смысле и. о. председателя облсовета слегка напоминает мастодонта, колосса российской политики Е. С. Строева, который кажется еще более мощным и внушительным на фоне пришедших ему на смену говорливых пигмеев.

Егор Семенович не раз заявлял, что, пока народ не подожжешь энтузиазмом, ничего путного не сделаешь. А как поджег — сколько раз лично наблюдал, — можно уже и не делать ничего, народ горит и радуется, думает: шашлыки жарят, скоро принесут. И так — от поджога до поджога, от «шашлыка» до «шашлыка», от одной ярмарки инвестиций — до другой, и не важно, политическая это клоунада или экономическая. Главное, чтобы мясом пахло и энтузиазм на лицах присутствовал. Пока расчухают, новый проект подвезем, такой же дразняще-пахучий.

Разочарование, конечно, наступает, но запах все равно манит: а вдруг на этот раз шашлык настоящий? Глупо было бы пропустить. Поэтому народ на пресс-конференции сидел, настроившись скептически, но ноздрями все равно водил. Делиться — даже тех, кого хронически давит жаба, — жизнь обязательно заставляет. Может, это тот самый политический момент? Олигархи сколачивают Народный фронт, чтобы под дымовой завесой добежать до следующего окопа. Пока обстрел, то да се, можно будет по карманам у них пошарить. Разжиться чем-нибудь, как минимум. Или рану какому-нибудь увечному уроду перевязать, отметят за это после «войны». Или даже «ура» поорать. Получится громко и креативно — деньжат подкинут за усердие. Это было не настроение, а такие размышления, витающие в воздухе, вызванные попыткой понять, чего устроителям пресс-конференции надо. Им, устроителям, явно хотелось любви.

На что, в самом деле, могут рассчитывать «забронзовевшие», по выражению «всем уже известного депутата Р. Антонова», чиновники, комично примеряющие на себя шинели народных фронтовиков? Кто в эту туфту поверит? Откуда вдруг такая тяга к братанию, к хождению в народ? Председатель партии приказал? Как приказал, так и еще раз прикажет — поплететесь в другую сторону, срывая погоны. Демократия — это вам, дескать, не вседозволенность. Всяк сверчок, понимаешь, знай свой шесток. За все в стране отвечает партия «Единая Россия», как уже говаривалось до кризиса.

Еще вчера «вертикаль» укрепляли, а сегодня стыдливо засовывают ее под пол? Сомнительная смена вех. Дела плохи — так и скажите. А про народность своих телодвижений уже лучше бы помолчали, а то слушать как-то неудобно.

Впрочем, мы отвлеклись. Александр Алексеевич объяснял, чем хорош Народный фронт нашего премьер-министра. Ну в самом деле, где, как не на фронте, которому всего-то чуть больше двух месяцев от роду, можно было узнать от орловских медиков, что государство дает крохи на лечение тяжелых больных, по какой причине для спасения людей в буквальном смысле слова деньги собирают по всему миру, как некогда во время засухи или наводнений, мора какого-нибудь. Нигде, кроме как на фронте, созданном с заботой о народе, такого, понятное дело, не услышишь.

«Мы сказали, что это недопустимо», — делился негодованием и. о. председателя облсовета, которому двухмесячный Народный фронт, надо думать, открыл глаза на действительность, прежде по непонятным причинам от Александра Алексеевича скрытую. Теперь — другое дело: информация, добытая в Орловской области о жутком положении тяжелобольных, — при бесплатной-то медицине — пойдет наверх, там изумятся, удивятся, покачают головами, и денег на лечение несчастных сразу станет больше. Государство вынет их из кармана самых знатных народных фронтовиков, распоряжающихся природными богатствами страны. Ударит им по рукам, скажет ай-я-яй! Те, натурально, потупятся и начнут делиться. Им просто было невдомек, что в стране есть бедные, нищие, больные. Теперь, благодаря Народному фронту, конечно, у них глаза открылись — прямо как у Александра Алексеевича Лабейкина. Жизнь начнется… Просто-таки развитой социализм! Но для этого необходимо проголосовать за разбавленную Народным фронтом «Единую Россию».

Координатор этого процесса на благословенной орловской земле — все тот же А. А. Лабейкин. Что он координирует — бог знает. Правильность течения потоков народного волеизъявления в долгожданном всенародном праймериз, надо полагать, чтобы все ручейки втекли в заранее подготовленное русло.

Другой координатор, более того, куратор (!) — уже названный депутат Госдумы от Нижегородской области Р. Антонов. Пусть он, если верить немногословному Л. Музалевскому, «уже вам известный», но спросить все равно подмывает. Роман, что вы делаете в Орловской области? Кто вас сюда звал? Избран в Нижнем, а курировать и координировать явился в Орел. Что за чудеса? Что за странная вертикаль-горизонталь? Что за невероятное представление об ответственности перед избирателями? То есть положил Роман на родную Нижегородчину с прибором, поскольку поперли его оттуда, и пустился во все тяжкие, чтобы вновь просочиться в Госдуму от неведомой Орловщины. Кто такой? Но ведет себя как хозяин. Музалевский глаза опускает, Лабейкин помалкивает. Фронтовики народные, одним словом.

Антонова слушать было интересно. Ему в Орле или, скажем, в Орловском, Новодеревеньковском районе не жить, поэтому можно проявлять сугубую креативность. Пахнуло свежим ветром перемен, когда Роман перестал ерзать на стуле и заговорил.

Лишь изредка, когда надоедало слушать, возникали вопросы к сказанному, но креативность увлекала, и критический настрой блекнул — Роман зажигал. Как хочет человек в Госдуму, господи, как он туда хочет… Целеустремленность, достойная уважения. К станку бы его. Был бы передовиком, если б не уволили.

— Уважаемые коллеги! (Кого они без конца называют коллегами? Ни одного депутата на несколько километров вокруг, окромя тех, что уселись напротив за столом. Как заклинание: полюбите нас, полюбите, вы — такие же, как мы, мы — такие же, как вы. Ни фига подобного, коллеги! Оттого, что в одном помещении собрались, коллегами мы еще не стали).

— Сегодня действительно стартует народный праймериз! (Ё…-мобиль!). Сразу скажу, — продолжал Антонов, — что мне, как человеку, который приехал и все наблюдает здесь со стороны, многие вещи не то что непонятны, они кажутся странными, дикими! (Солидарны, хотя и живем здесь очень давно. В чем дикость-то?).

— Моя задача как куратора и координатора — сделать так, чтобы процедура выдвижения была прозрачной. (Ё…-мобиль! Опять праймериз…).

Антонов заговорил, что при прежнем руководстве регионального отделения партии едросов «мышь бы не проскочила» в списки, никто «случайный» в эти списки при всем желании не попал бы, будь он хоть семи пядей во лбу и герой Отечества. Зато теперь… Все простится Роману за такую постановку вопроса, за такую усердную демократизацию. Он приехал по своему почину, не испугавшись критики и откровенной хулы, чтобы расчистить авгиевы конюшни забронзовевших орловских чиновников и проложить дорогу во власть действительно достойным. Ай да Роман! А мы думали — циничный карьерист и озабоченный личными проблемами политический делец. Нет, он другой!

— Забронзовели! — гремел из-за стола Роман. Зал безмолвствовал. Народу было немного. Бронзовые соседи по информационному застолью — Музалевский и Лабейкин, потупившись, не вступая в пререкания, молчали. Да, дескать, забронзовели, исправимся.

Но Роман крыл бронзовую орловскую элиту, говоря о том, что эту бронзовость нужно разбивать. От его соседей слова отскакивали как от стенки горох. Среди бронзовых, видимо, есть бронзовые и бронзовые. Это нужно понимать. Одних бронзовых нужно крушить, других бронзовых бить пока не надо, они бронзовые, конечно, но по-другому, по-хорошему. Похожи на бронзовых, а так — ничего себе ребята.

— Моя задача — чтобы в Государственную Думу и в областной Совет пришли действительно яркие, молодые и, самое главное, новые люди! — громким голосом рассказывал Р. Антонов.

Некоторые дрожащими руками стали вытирать со щек слезы, закапавшие, полившиеся ручьями сами собой, непроизвольно. Дождались… А мы уж и не чаяли… Пришел освободитель, явился государственный муж, реальный патриот, депутат–реформатор! Дохнул ветер перемен. Не ветер — ураган!

— В списках Народного фронта — обычные люди, которые имеют свои взгляды, не всегда удобные власть держащим! — расшатывал основы государственности Роман. — Они могут быть неудобны и нам как членам партии! Но это люди знаковые, яркие, главное — они пользуются поддержкой у вас, у населения!

Свершилось! Демократизм, гласность, перестройка! Романа — в депутаты! Хотя не такой он уже молодой, и к Орловской области отношения никакого не имеет, и поднялся на деньгах от водочного производства, и чего делает у нас — не совсем понятно. Но говорит хорошо. Скорее бы всенародный праздник — праймериз! Так хочется увидеть новых, ярких, а не этих, от которых уже глаза устали.

— А бронзовость эту нужно разбивать, — пришпоривал любимого коня Роман. — Молодежь нельзя задвигать, это наша смена. — Тут Роман перешел на личности, не щадя никого за столом, в том числе и самого себя: — Александр Алексеевич (Лабейкин) в возрасте, и Леонид Семенович (Музалевский) тоже, и я не совсем молодой. Нам нужно кому-то передавать… (Что передавать — Роман не уточнил, но подразумевалась, видимо, власть). — Уважаемые коллеги (Ё…-мобиль!), прошу всех: приходите на праймериз, участвуйте, не стесняйтесь! Я понимаю, стереотип такой: в Орловской области все по графику, все по росчерку, все должно быть согласовано сверху. Нет! — рубанул ладонью воздух Роман так, что бронзовые фигуры за столом чуть не рассыпались. — Поменялась ситуация!

Затем он рассказал, как она поменялась.

— Те, кто этим (выборами) занимался в марте, где они теперь?

Народ осмотрелся. Все на месте и, похоже, неплохо себя чувствуют: и Роман, проваливший выборы в Орловский горсовет в марте, и Музалевский, и Лабейкин — тоже не последние люди из числа едросов. И страдалец Мосякин, судя по его поведению, не в обиде на товарищей по партии, ходит на заседания правительства, советует что-то Козлову-губернатору.

Но вопрос хороший. Заставляет задуматься.

— Почистили всех сверху! — сказал что-то совсем непонятное Антонов.

Может, накануне пресс-конференции почистили? Ах, скорей бы праймериз — посмотреть на молодых, ярких, новых, пробившихся наверх в результате принципиальной чистки. Какие это наверняка новые, яркие, симпатичные люди!

— Всех зовем! — продолжал Антонов процесс демократизации.

Журналисты уныло молчали. Так, задали несколько наводящих вопросов, которые совсем уж мучили своей парадоксальностью.

— А зачем «Единой России» люди, которые имеют неудобное для «Единой России» мнение?

Р. Антонов ответил предельно просто — чтобы пар выпускать. Развернутый ответ сводился к тому, что молодых, активных, креативных оппозиционеров обязательно нужно привлекать на свою сторону, чтобы, будучи привлеченными, встроенными в систему, они «выпускали пар» на межфракционных встречах и собраниях, а не шли на улицу, что чревато хорошо предсказуемыми последствиями. Последствия эти таковы, по Антонову:

— Система не должна быть полностью закрытой.

Если, иначе говоря, не выпускать из запертого сосуда пар, он взорвется от внутреннего давления.

Ну, так теперь нам понятно, для чего нужен Народный фронт! Паровоз все тот же — дряхлый и убогий, едет он все туда же, в тупик, но свисток на заглушку поставлен новый, чтобы, участвуя в выпуске пара, народ радовался наступившим переменам. Это понятная, умная и чрезвычайно нужная для нашей страны стратегия. Всякий гражданин должен поучаствовать в выпуске пара. Это называется модернизацией.

— Может, мой взгляд и разнится со взглядами коллег, — посмотрел в сторону бронзовых Музалевского и Лабейкина их куратор Р. Антонов, продвигая в массы мысль о полезности не вполне закрытого сосуда, но коллеги отрицательно и, как показалось, даже слегка испуганно замотали головами: согласные, дескать, мы, какие могут быть разногласия на фронте. Шлепнут еще…

— А оппозицию в Орловской области чего чморят? — спросили у Романа журналисты, вдохновленные его речью про не вполне закрытый сосуд.

Роман заставил устыдиться вопрошавших, сказав, что лет семь провел уже на разных выборах в пяти субъектах Российской Федерации и должен заметить, что такой демократии, как в Орловской области, нигде нет.

Журналисты застыдились — счастье оказалось больше, чем можно было вынести.

— Я был в Новосибирской области, — продолжал делиться удивительными открытиями Р. Антонов. — Там бюджет — за сто миллиардов и оппозиционных СМИ вообще нет!

Роман рассказал это не потому, что существует прямая связь между размерами бюджета и оппозиции, а для подтверждения своей теории своевременного выпускания пара. Дескать, закрыли в Новосибирске оппозиционные СМИ и чего добились? Набрали на выборах всего 42 процента голосов! То есть партия власти в результате так сильно опустилась. А почему? Потому что отвыкла от критики.

Тут представители оппозиционных СМИ принялись чесать репу: а не содействуем ли мы фактом своего существования процветанию нынешней власти на Орловщине, по нашему мнению, власти крайне непрофессиональной и непопулярной? Закаляем её, выходит, критикуя, укрепляем её здоровье?

Но Роман пробудил от грез:

— Ни в коем случае нельзя чморить оппозиционные СМИ! Слава богу, что в Орловской области этого нет. И я могу сказать, что буду первый противник того, чтобы вводить какую-то цензуру!

Слезы умиления мигом высохли. А что — и предложения, надо думать, уже поступили? Интересно — от кого? Или это коллективные наработки предвыборного штаба Народного фронта?

Положение бронзовых фигур спас мудрый, хоть и бронзовый, А. А. Лабейкин, заметивший как бы вскользь в продолжение тезиса о недопустимости цензуры: «Да и закон запрещает это делать…».

Смелое заявление. Вдруг депутат Госдумы от Нижегородской области Р. Антонов, семь лет проведший на выборах в пяти субъектах Российской Федерации (когда он хоть депутатской деятельностью занимается?) этого не знал? Вот был бы номер, если бы Роман по-простому так заметил на реплику Лабейкина: «Да? Не может быть». Но Роман промолчал. Так делают корифеи, когда их перебивают.

Ох, скорей бы праймериз! Этот наш народный холидей! Так хочется новых лиц — умных, честных, из не вполне закрытого сосуда!

В заключение дали слово председателю Орловского отделения Всероссийского общества инвалидов Н. Н. Столярову. Николай Николаевич среди прочего рассказал любопытную историю. В конце восьмидесятых, на закате Советской власти, ему посчастливилось три месяца пожить в Европе. То, что было четверть века назад в Европе, — это ориентир для сегодняшней России, сообщил рассказчик. И сколько брести еще стране до этого ориентира, бог ведает.

Триумвират за столом не стал углубляться в тему. Скоро четверть века, как гордо и счастливо явила миру свой новый облик демократическая, свободная от тоталитарного прошлого Россия. А народ почему-то от этого облика воротит все больше и больше. Обстановка просто фронтовая.

Сергей ЗАРУДНЕВ.

самые читаемые за месяц