Главный «недостаток» Николая Баркова

Николай Дмитриевич Барков после увольнения из милиции в качестве пенсионера продержался дома всего пять дней. На шестой пришел в отдельный батальон охранно-конвойной службы и объяснил командиру: «Согласен на любую работу: дворником, каким-нибудь техническим работником, кем угодно». Не ради денег — просто службе в органах он отдал 32 года и уже не мыслил своего существования вне этой среды.

— И вот с того момента еще более 20 лет продолжал ходить на работу, как на службу, — рассказывает ветеран. — Я вновь ощутил причастным себя к ней: построения, разводы, строевые смотры, ориентировки, выезды на маршруты патрулирования милицейских нарядов… Радовался успехам молодых, переживал неудачи, с нетерпением ждал возвращения тех, кто уезжал в командировки в Чечню. Так что, считай, полвека в милиции. Последние полтора года не работаю. Здоровье уже не то. Мне же этим летом 77 стукнет. Но связи с подразделением не теряю.

…Его детство пришлось на годы Великой Отечественной. Вместе с родителями пережил оккупацию. Потом помогал взрослым поднимать колхоз. С 10 лет парнишке приходилось и косить, и пахать, и успевать учиться.

В 1954 году Николая Баркова призвали в армию. Его расчет был одним из лучших в ракетном дивизионе. Во время полевых учений гвардейцы быстрее всех обнаружили цель и первым запуском ракеты поразили её. За это сержант Барков получил благодарность и был удостоен рукопожатия присутствовавшего на учениях маршала Г. К. Жукова — то была большая честь!

В январе 1958 года он сменил солдатскую шинель на милицейскую. В райкоме комсомола, куда Николай пришел становиться на учет, рассудили так: милиции сейчас нужны парни с армейской закалкой.

Рота милиции по охране общественного порядка патрулировала тогда на 15 мотоциклах все три района Орла. Первые милицейские автопатрули появились значительно позже. И вот с вечера до глубокой ночи, в ясный день и в непогоду Барков со своим постоянным и надежным напарником Иваном Прокопенко объезжал на мотоцикле улицы Завокзального поселка, кварталы вокруг мясокомбината, нес службу в центре города.

Как-то поздно вечером они дежурили в районе сквера Танкистов. Из глубины сквера раздались крики о помощи. Подбежав, милиционеры обнаружили лежавшую на земле плачущую девушку. Ее вид, порванная одежда красноречиво говорили о том, что здесь произошло. Потерпевшая подтвердила: на нее напал неизвестный. Угрожая ножом, пытался изнасиловать.

На улице Пушкина Барков и Прокопенко увидели высокого мужчину, который быстро удалялся в сторону двора, что за магазином «Россия». Барков поспешил за ним, а его напарник на мотоцикле блокировал другой въезд во двор. Николай догнал верзилу, схватил его за руку. В слабо освещенном дворе тускло блеснуло лезвие ножа. Старший сержант не дрогнул, вступил с бандитом в схватку. С подоспевшим на помощь Прокопенко они скрутили его и на мотоцикле доставили в Железнодорожный РОВД.

В другой раз уже старшине батальона ППСМ Баркову пришлось подменять находившегося в отпуске командира отделения. Их патрульная машина двигалась по Московскому шоссе в сторону центра.

— То ли пьяный, то ли впервые за руль сел… Смотри, что вытворяет, — сказал Николай Дмитриевич милиционеру-водителю Николаю Ромашову, когда их обогнал УАЗ-452, который выделывал такие зигзаги, что раз за разом создавал на шоссе аварийные ситуации. — Давай-ка, тезка, прижимайся к нему поближе.

Нарушителю посигналили, но он только увеличил скорость. Щелкнула рация: «Внимание! Всем постам и нарядам милиции, — сообщал оперативный дежурный УВД. — Угнана машина УАЗ-452. Госномер…»

— Так это же наш «лихач», товарищ старшина, — водитель прибавил газу. УАЗ резко свернул на улицу Михалицына и стал уходить в сторону завода силикатного кирпича. Но, не проехав и ста метров, машина застряла на раскисшей от тающего снега грунтовой дороге.

Пока Ромашов «паковал» одного из угонщиков, Барков устремился за вторым, который выскочил из кабины и рванул в сторону кустарника. Бежать по рыхлому мартовскому снегу было тяжело.

— «Стыдно будет перед ребятами, если его упущу», — мелькнуло тогда у меня в голове, — вспоминает ветеран. — Эх, пяток годков бы сбросить, мы бы посоревновались. А сам себя подгоняю: «Ну, Коля, еще немного, еще чуть-чуть. Не дай уйти негодяю!».

Старшина милиции Барков все же выиграл тот «забег». Сбил парня с ног и надел на него наручники. Как потом выяснилось, на счету этого «криминального дуэта» кроме угонов автотранспорта были и другие преступления.

Это только два эпизода из многолетней службы Н. Д. Баркова. Хулиганы, семейные дебоширы, воры, грабители и насильники… Сложно даже подсчитать, сколько раз старшина милиции отводил беду от людей, вставая на пути преступников.

За безупречную службу его неоднократно поощряли начальник УВД и министр внутренних дел. Имеет государственные награды, среди них — орден «Знак Почета».

Менялся состав подразделения и его наименования (мотомехдивизион, ОБППС, ОБОКСМ), сменялись поколения, сослуживцев выдвигали на другие должности. Предлагали и Николаю Дмитриевичу должность повыше и поспокойнее.

— Каждый должен быть на своем месте и добротно выполнять именно то дело, которое он хорошо знает, — твердо уверен Барков. — А я должностью и характером не вышел, чтобы большие звезды получать. Просто любил свою работу. Это и есть, наверное, мой главный «недостаток».

Он всегда много внимания уделял молодым сотрудникам, был для них и командиром, и наставником. В течение многих лет выполнял обязанности председателя товарищеского суда рядового и младшего начальствующего состава. «Наказать человека никогда не поздно, — говорил, бывало, Барков старшим командирам. — Гораздо важнее найти индивидуальный подход к человеку, воспитать у него чувство ответственности». И молодые милиционеры тянулись к Дмитричу, как они уважительно называли его между собой. Ценили своего старшину за профессиональный и жизненный опыт, рассудительность, принципиальность, умение выслушать и дать совет.

— Я говорил и сейчас говорю молодежи: «Умейте слушать и слышать других. Старайтесь видеть в гражданине прежде всего человека, какое бы правонарушение он ни совершил. Только суд определит степень его вины. А вы — представители государства, наделенные большими полномочиями. Вот и применяйте их в своей службе так, чтобы невинные не пострадали. Требовательное, но доброжелательное отношение должно быть основой ваших взаимоотношений с людьми», — учит ветеран милиции Николай Дмитриевич Барков.

Вот бы и сегодня люди в погонах руководствовались именно такими принципами…

Виталий НИКОЛАЕВ.

Лента новостей

самые читаемые за месяц