Господа! Тих и печален ручей у янтарной сосны!

Неделю назад орловский народный фронт встречался с одним из сегментов этого народа — инвалидами. Народу было много. Головку фронтовиков представляли известные люди — гиперактивный зам. Козлова Игорь Гармаш и странная личность, которая упорно не хочет покидать пределы Орловской области, — депутат Госдумы от Нижегородской области Роман Антонов (не путать с Антоном Романовым). Сбоку от вождей, чтобы не заслонять лидеров, скромно пристроилась городская власть — представители её ветвей.

Солировал на встрече Роман. Однако далась ему эта роль нелегко. Инвалиды, по всей видимости, не испытывая никаких иллюзий относительно результатов общения, делали заявления совершенно не в духе добрососедства, дружбы и развитого парламентаризма. Прерывая друг друга и даже переходя на повышенные тона, люди с ограниченными возможностями бросали в лицо власти обвинения, что чиновники вспоминают об инвалидах только накануне выборов.

Петь о чистоте своих намерений при таком могучем и слаженном хоре — дело чрезвычайно затруднительное, требующее от политика мобилизации всех его сил. Роман Антонов вместе с подпевкой попытались сгладить неприятное впечатление, которое произвел на аудиторию их выход. Роман призвал к конструктивности.

Отлично! Итак… В Орле проживает без малого 34 тысячи инвалидов, что составляет почти 11 процентов населения областного центра. Обдумайте эти цифры в свете предстоящих выборов в Орловский областной Совет народных депутатов и Государственную Думу Российской Федерации. Процессы связаны очень тесно, особенно для потерявшегося в нашей области Романа. Ему, чтобы не слететь окончательно с думского олимпа, кровь из носу, нужно обеспечить на Орловщине хороший процент голосов, отданных за партию власти.

Что там у Антона Романова не срослось в Нижегородчине — бог ведает, однако там он уже кандидат, по всей видимости, непроходной. Креативному Роману дали последний шанс — милую нашу Орловщину. Рома трудится не покладая рук.

Разумеется, об инвалидах можно было вспомнить и раньше. Но тогда было недосуг: Роман Антонов — большой любитель гамбургеров и чизбургеров — грудью ложился на телеоператоров, обеспечивая прохождение большого губернаторского проекта — строительства крайне необходимого орловцам торгово-развлекательного центра на месте какого-то сарая под названием «кинотеатр «Родина».

Банда недорезанных интеллигентов из Академии архитектуры, покрутившись у этого возмутительного строения, которому не место в цивилизованном обществе, чтущем кока-колу и кола-лолу, причислила киношку к памятникам архитектуры, чем основательно подгадила как губернатору, так и Роме, впустую убившему кучу времени на пропаганду биг-маков и культурного образа жизни. А ведь уже тогда, рассказывая, под каким соусом лучше сносить «Родину» и обеспечивать дружественных турков работой, Рома крепко думал, как помочь орловским инвалидам.

Наконец выкроил минутку. Но будем конструктивны, давайте соответствовать духу созидания, следует источать позитив.

Тридцать тысяч избирателей, объединенных в общество инвалидов. Тридцать тысяч голосов! Мамочки мои… Эту массу нужно позитивно окучивать, обещать как можно больше, может быть, даже что-то сделать.

Из «программы наказов», составленной на встрече: найти 36 тыс. рублей для содержания руководителя художественной самодеятельности общества инвалидов. (Не проблема, из кармана у Романа достать можно. Думаю, что он не заметит такой «большой» для него пропажи).

Проблема с получением зар­платы на заводе им. Медведева. (Тяжелее. Зарплата работягам — это не то, ради чего банкротятся заводы).

Бесплатные телефоны для инвалидов первой группы. (Посчитать и сделать. Можно за бюджетные деньги, если не очень дорого выйдет. Узнать, сколько в Орле инвалидов первой группы. Если мало, какой смысл возиться? Всякое вложение должно иметь ощутимую отдачу в виде значительного прироста голосов на выборах).

Ремонт крыш, строительство пандусов. (Загрузить ЖРЭУ, наехать на мэрию, пусть возятся). Сделать сетку ограждения вдоль дороги, чтобы дети не выбегали. (Длинна ли дорога? Можно и сетку, если недлинна). Ремонт реабилитационного центра, поиск помещения для центра досуга, индивидуальная программа реабилитации — трости, палки, магниты. (Блин, много выходит…). Получение специальности глухими выпускниками школ. (Да что они, не знают, в каком обществе живут?! Какие глухие выпускники школы? Здоровым попробуй работу в Орле найди! Но обещать надо, надо…).

Ну и так далее. Опустилась наша гламурная и сладко говорящая власть на самое дно жизни, туда, где плохо и трудно. Ну и что, внезапно глаза открылись? Батюшки, в Орле, оказывается, есть инвалиды… Как это мы недоглядели? У инвалидов, оказывается, есть проблемы. А давайте-ка мы их сейчас, накануне выборов, быстренько-быстренько все решим. Ну, не все, конечно, изобразим хотя бы рвение, уж очень много в Орле этих самых инвалидов. Электорат — любой, а тем более столь многочисленный и организованный, — требует к себе внимания. Власть демонстрировала внимание.

Чего раньше не демонстрировала-то? То есть не от выборов к выборам — о такой демонстрации сами инвалиды на встрече говорили, показывая, что философия «от паршивой овцы — хоть шерсти клок» им понятна. Кусок от паршивой овцы они, как и все другие избиратели, получить готовы, тем более что и сами «паршивые овцы» своей шерстью — не всей, конечно, — готовы поделиться.

Речь идет о реальной заботе, то есть о работе с инвалидами, за которую огромное количество чиновников получает зарплату — ту самую, о которой инвалиды могут только мечтать.

Что мешает областному управлению соцзащиты постоянно — изо дня в день — проявлять заботу о своих подопечных? Не подарки грошовые собирать, а работать так, чтобы в городе, и не только в Орле, возникала среда, удобная для проживания инвалидов. Иначе говоря, чтобы люди с ограниченными возможностями, как их называют, не чувствовали себя людьми второго сорта.

Трудно? Понятое дело — труднее, чем прийти и потрепаться, демонстрируя заботу. Начнем с простейшего — с пандусов. Еще в 1996 году Правительство Российской Федерации издало постановление № 1449 «О мерах по обеспечению беспрепятственного доступа инвалидов к информации и объектам социальной инфраструктуры». Пункт 8 этого постановления рекомендует органам исполнительной власти субъектов «разработать и ввести в действие до 1 июля 1997 года региональные целевые программы по обеспечению беспрепятственного доступа инвалидов к информации и объектам социальной инфраструктуры». Про пандусы я упомянул потому, что их отсутствие — это самое простое механическое препятствие на пути инвалида к «объектам социальной инфраструктуры».

Пятнадцать лет назад в области должна была быть разработана целевая программа, решающая эту проблему. Ну и где эта программа? Если есть, почему не работает? Есть нет, почему не разработана? Если есть и работает, зачем десант высаживать в расположение орловских инвалидов и с круглыми глазами записывать с голоса, чего и сколько нужно сделать? Выходит, что нет никакой программы. Ну и кого вы, господа, тогда хотите обмануть?

Может, для ежедневного, а не аврального приложения сил в борьбе за голоса инвалидов не хватает законодательной базы, и поэтому выбрана форма «общения»? Нет, база вполне достаточная. Федеральный закон «О социальной защите инвалидов» даже содержит пункт 9.13, предусматривающий административное взыскание за «уклонение от исполнения требований доступности для инвалидов объектов инженерной, транспортной и социальной инфраструктур».

На должностных лиц за это дело накладывают штраф в размере от двух до трех тысяч рублей, а на юридические лица — от двадцати до тридцати тысяч. Чем не рычаг, приводящий в действие вербальную заботу «о доступе инвалидов к объектам» и превращающий эту заботу в реальные дела? Много раз департамент здравоохранения и социального развития области административно указал собственникам и балансодержателям зданий, как должны быть оборудованы въезды для инвалидов, коль мы начали говорить о простейшем? Что-то такие случаи не припоминаются.

Происходит в основном показуха. Оборудовали пандусом здание Железнодорожной администрации — и что? Много инвалидов по этому пандусу поднялось? Говорят, что ни одного. А почему? А потому что «заботиться» нужно комплексно. Как инвалид выедет из квартиры, как будет передвигаться по подъезду, как будет ехать по городу — в каком транспорте, как он туда сядет? И только после всего этого в поле зрения инвалида возникнет отдельно стоящее здание — с пандусом или без.

Но поскольку Р. Антонов призвал к конструктиву, будем конструктивны. Вот что субъекту, озаботившемуся судьбой инвалидов, можно сделать уже сегодня. Не так давно город взял на себя добровольное бремя оплачивать за инвалидов, живущих в приватизированных квартирах, половину стоимости их жилых помещений. Почему бы этот замечательный опыт не перенести на всю область? Чем инвалид, живущий в Мценске, Ливнах или Болхове, хуже инвалида, зарегистрированного в Орле?

Там их не так много, овчинка выделки не стоит? То есть забота не даст достаточно большого прироста голосов за нужную партию на ближайших выборах? Ну так бы и сказали, инвалиды вас поймут.

Кстати, конструктив так конструктив до конца. Мы ж не враги созиданию. Орловцы, утомленные реальностью, — страстные туристы. Куда они только не готовы навострить лыжи, лишь бы отдохнуть от приевшегося политического и экономического пейзажа. Если с туристами грамотно провести работу… Компас там пообещать, палатки. Не всем, конечно, а самым нуждающимся, итог на выборах может быть ошеломляющим. Туристам партии по фигу, был бы креатив да новые впечатления.

Всей головкой областного народного фронта махнуть куда-нибудь под сосны, а, Роман? Машины на шоссе бросить, милиция присмотрит. Примоститься так у костра: «Милая моя, солнышко лесное…».

А бродяги–туристы хором: «Всем нашим встречам разлуки, увы, суждены! Тих и печален ручей у янтарной сосны!».

Хорошо… Пиар не пиар, но ведь душевно. Подходы нужно новые искать, Роман! Орловцы хитры, но на ласку, душевность — отзывчивы.

А там, глядишь, местные следопыты и к Нижнему вас выведут.

Сергей ЗАРУДНЕВ.

самые читаемые за месяц