Красная строка № 2 (308) от 23 января 2015 года

Марвин Химейер — последний герой Америки

Город Грэнби, хотя и называется крупнейшим в округе Гранд (штат Колорадо), по сути является унылой дырой с населением менее двух тысяч человек. Жизнь здесь долгие годы текла по накатанной. Ровно до тех пор, пока руководство местного цементного завода не приняло решение о том, что пора расширять производство. Правда, к территории предприятия примыкали дома нескольких десятков горожан, но разве это проблема? Одни согласились переехать, получив компенсацию, другие (работники завода) — под угрозой увольнения. И только Марвин Химейер категорически отказался покидать свои владения.

— Мы живем в свободной стране, — заявил он представителям завода, когда они в очередной раз попытались уговорить его переехать. — Я взял кредит, чтобы начать свой бизнес. Я вложился в дом, магазин и мастерскую. Дело не в деньгах, а в принципе. Я никуда отсюда не уеду.

— Окей, — ответили бизнесмены, и объявили Марвину войну. Земля вокруг дома Химейера уже принадлежала фабрикантам, поэтому они без зазрения совести перекрыли единственную дорогу, ведущую к нему. Марвин подал на них в суд, но проиграл. Упрямец готов был за свой счет проложить новую дорогу и даже приобрел для этого мощный карьерный бульдозер «Комацу». Но городские власти разрешения не дали — земля принадлежит заводу! И точка. Так Марвин лишился бизнеса — клиенты уже не могли добраться до автомастерской.

Затем фабриканты отрезали оппоненту канализацию и водоснабжение — ведь трубы тоже проходили по их земле. Так Марвин лишился элементарных удобств. Но и этим дело не ограничилось. В местном банке (где цементный завод был самым крупным клиентом) заявили, что у упрямца неправильно оформлен кредит, и пригрозили отобрать дом. На местной заправке под надуманным предлогом отказались заправлять ему баллоны, и Марвину пришлось ездить за газом в другой город. Кроме того, упрямцу досаждали различными проверками. Особенно обидно было Марвину получить штраф на 2,5 тысячи долларов от санэпидемнадзора. За то, что на его земле «находится сточный резервуар, который не соответствует санитарным нормам». Это при том, что Марвин не мог подключиться к канализации по милости своих оппонентов! Но он все-таки оплатил штраф, приложив к нему записку: «Вы — трусы».

31 марта 2004 года у Химейера скончался отец. Когда Марвин вернулся с похорон, выяснилось, что его окончательно блокировали, отключив воду и свет. Тогда Химейер отправился в город (выезжать по причине отсутствия дороги приходилось на мощном джипе по грязи), запасся продуктами и топливом для генератора. После этого Марвин заперся в мастерской, и несколько месяцев его никто не видел. Когда представители завода пытались связаться с ним, он отвечал кратко: «Позже. Скоро все будет». Больше никто не мог добиться от него ни слова. При этом, судя по звукам, доносившимся из мастер­ской, там кипела работа.

Град обреченный

На протяжении нескольких месяцев Марвин превращал так и не пригодившийся ему карьерный бульдозер в орудие мести. Он соорудил броневой короб из 12-миллиметровых стальных листов, проложенных сантиметровым слоем цемента, оставив лишь небольшие амбразуры для стрельбы. Оборудовал «Комацу» видеокамерами с мониторами наблюдения внутри кабины. Запасся водой и продовольствием. До отказа заправился горючкой. Взял две винтовки, револьвер и противогаз. После этого, усевшись в кабину, при помощи подъемного крана с дистанционным управлением опустил на бульдозер бронированный короб, замуровав себя внутри. Марвин понимал, что обречен, поэтому выход из «Комацу» не был предусмотрен. В пятницу, 4 июня 2004 года, в 14:30 Химейер нажал на газ.

Марвин не был ополоумевшим человеконенавистником. Он четко знал, кто его враг: фабриканты и городской совет. Первым настало время цементного завода. Марвин сровнял с землей не только административное здание, но и цеха. Правда, убивать людей он не хотел, поэтому около 10 минут стоял и страшно рычал двигателем, давая время испуганному персоналу сбежать. Убедившись, что здания опустели, приступил к делу.

Тем временем телефоны мест­ной полиции буквально раскалились от тревожных звонков. К заводу прибыл шериф с помощниками. Они попытались было вступить в переговоры с Марвином, но тот не шел на контакт, а двинулся в город. Тогда копы открыли огонь. Но пули револьверов и винтовок для бронированного бульдозера были, что слону дробина. Шериф по тревоге поднял отряд полицейского спецназа SWAT. Но и спецназовцы не сумели остановить Химейера. Марвин продолжал двигаться к цели, не обращая на полицей­ских внимания.

Одиночка чего-то стоит

Целью мстителя были все, кто пытался выжить его из дома. Четко по списку, позже найденному в кабине бульдозера. Сначала он снес здание банка (того, что угрожал отобрать у него дом). Потом — офис газовой компании (той самой, что отказалась снабжать его газом). Затем — здания мэрии и городского совета. Марвин сровнял с землей редакцию местной газеты (а зачем, спрашивается, журналисты, высмеивали Химейера в явно заказных публикациях? Зачем помещали карикатуры на него?). Потом под нож бульдозера пошли публичная библиотека, пожарная часть, жилые здания, принадлежавшие сыну мэра, дома самого мэра и членов городского совета. Марвин прекрасно знал, где что находится и что кому принадлежит — Грэнби, как уже было сказано, очень маленький городишко.

При этом, необходимо отметить, Марвин старался не причинять вреда людям. Он уничтожил все, что имело отношение к обидчикам, но не снес ни одного дома не причастных к его травле горожан. Не нанес он вреда и полицейским. Периодически Химейер открывал огонь из винтовки через амбразуру, но лишь для острастки — стрелял в небо.

Конечно, спецназ не оставлял попыток остановить бульдозер. Позже эксперты насчитали на броне более 200 отметин от пуль и гранат (их применял спецназ). Полицейские пытались остановить бульдозер с помощью огромной землеройной машины, но из схватки двух гигантов победителем вышел «Комацу», впечатавший противника в стену. Один ушлый спецназовец умудрился бросить гранату в выхлопную трубу. Взрыв снес ее напрочь, но движению бульдозера это повреждение не мешало. Одна из пуль пробила радиатор, и дальше «Комацу» передвигался окутанный клубами пара.

Наконец, во время сноса универмага (он принадлежал одному из членов городского совета) бульдозер заглох. Полицейские сумели проникнуть в кабину лишь через несколько часов, пробив броню автогеном. Но Марвин не собирался сдаваться: к тому времени он пустил пулю из револьвера себе в рот.

Передвижения бульдозера снимал с борта вертолета оператор местной компании. Поначалу простые американцы приняли Марвина за взбесившегося психа. Позже, когда они узнали мотивы поступка, отношение к нему кардинально изменилось. Конечно, для властей он остался преступником, но среди обывателей к Химейеру прочно приклеилось определение «последний герой Америки». Не каждый рискнет вступить в бой с системой и ценой своей жизни доказать, что одиночка тоже чего-то стоит, а его месть может быть страшна. Тем более ни один человек в этой маленькой войне не погиб, пострадало лишь имущест­во обидчиков.

К слову, Марвин достиг своей цели. Владельцы завода, которым был нанесен ущерб на 2 миллиона долларов (!), не сумели оправиться от удара и продали землю вместе с развалинами предприятия. Другие обидчики Марвина потеряли в общей сложности 5 миллионов долларов. Имущество у большинства из них не было застраховано. Так что последний герой Америки пустил нескольких уважаемых граждан по миру. Но они хотя бы остались в живых. В отличие от Марвина Химейера. На могиле которого, кстати, постоянно появляются свежие цветы.

Евгений МАМИН.

«Тайны XX века».

Лента новостей

самые читаемые за месяц