Меньше памятников — больше успех?

Усадьба великого русского писателя И. С. Тургенева, знаменитое Спасское-Лутовиново, больше не памятник природы Орловской области. Так распорядилась коллегия Орловской области — орган областной исполнительной власти. Под этим решением стоит подпись губернатора Строева.

Заповедное, известное всему миру Спасское значится под номером 69 — почти в самом конце списка — в числе 78 других менее известных, но таких же старинных усадеб и парков, а также урочищ и лесов, более ста лет худо-бедно, но все еще существующих на территории Орловской области и все еще украшающих собой нашу землю. Эти островки рукотворной и нерукотворной красоты в разное время охранялись разными решениями местных и областных властей. Многие из них были взяты под охрану в далеком 1977 году решением Орловского облисполкома. С марта 1996 постановлением главы администрации Орловской области Е. С. Строева 130 островков, расположенных на территории области и в городе Орле, стали памятниками природы регионального значения. Это понятие — «памятник природы» было прописано годом раньше в специальном Законе Российской Федерации «Об особо охраняемых природных территориях». После многочисленных последующих исправлений и изменений, вносимых в текст закона вплоть до 2007 года, формулировка эта осталась неизменной: «Памятники природы — это уникальные, невосполнимые, ценные в экологическом, научном, культурном, эстетическом отношении природные комплексы, а также объекты искусственного и естественного происхождения». Введением этой категории памятников, видимо, предпринималась попытка сохранить уникальные в своем роде уголки дикой и рукотворной природы, которые не вписывались в рамки традиционных заповедников, национальных парков, статус которых, кстати, тоже был прописан в новом законе 1995 года.

Одним словом, Орловская область в 1996 г. воспользовалась данным ей правом и взяла под охрану все, что ей было дорого. Но прошло двенадцать лет, и исполнительная власть области решает, что в общем-то и не так ценно то, что она считала ценным ранее. В кадастр особо охраняемых природных территорий регионального значения решено было внести всего 13 уголков орловской природы. Это несколько урочищ, участки дубрав и луговых степей, исток реки Оки, одно озеро, одна балка и кое-что еще. Статус 22 объектов (все — из лесного фонда) решено повысить и создать особо охраняемые природные территории федерального значения. 18 бывших памятников природы, в том числе и парк им. Строева в Покровском районе, решили передать под опеку городских и районных властей как особо охраняемые природные территории, но местного значения. А вот 78 остальных уголков из прежнего списка были просто лишены статуса памятников природы. Они просто перестали быть особо охраняемыми природными территориями. Как было сказано выше, это в основном бывшие дворянские усадьбы, а также парки, заложенные в уездных городках губернии в позапрошлом столетии, балки, урочища, аллеи деревьев-долгожителей. Кто же их теперь будет охранять? Или дальнейшая судьба их уже никого не волнует?

В областной службе по экологическому контролю и природопользованию, которая и была разработчиком постановления коллегии «Об инвентаризации памятников природы на территории Орловской области», на этот вопрос отвечают примерно так: а почему за все должны отвечать экологи? Пусть что-то останется на долю хранителей историко-культурного наследия Орловской области и местных муниципальных властей, у которых тоже есть свои права. Экологи имеют в виду то обстоятельство, что более 40 объектов из 78, лишенных статуса памятников природы, имеют статус памятников истории и культуры. Экологи подошли к решению проблемы со своей, сугубо экологической, точки зрения. 130 памятников природы невозможно было охранять на те деньги, которые выделялись на эти цели областными властями. Кроме того, у экологов есть свое понимание статьи № 27 Закона «Об особо охраняемых природных территориях», которая гласит, что на территории природного памятника запрещена всякая деятельность, «влекущая за собой нарушение сохранности памятника природы». В какой-нибудь дубраве, говорят экологи, можно обеспечить такой режим охраны. А как быть, например, в парке или бывшей дворянской усадьбе, куда приезжают отдыхать люди да где по решению местных властей то и дело появляются какие-нибудь арендаторы с торговыми павильонами? Вот экологи и рассудили, что лучше сосредоточить деньги и усилия на нескольких естественных невосполнимых уголках природы, объявив их памятниками особой категории и передав остальное заботам муниципалитетов либо федеральным службам, охраняющим наши леса. Да, но как тогда быть с формулировкой закона о том, что в качестве памятников природы могут рассматриваться и объекты искусственного происхождения? Эта оговорка в тексте закона явно неслучайна. Она дает возможность взять под охрану рукотворные парки и скверы, которые также могут быть невосполнимыми в научном и уж тем более в культурном и эстетическом отношении. Взять хотя бы парк в Спасском-Лутовинове. Или усадьбы Дьякова и Мамонтовых (Мценский район) с их каскадными прудами. А парк-усадьба В. Н. Хитрово в Знаменском районе? Или парк Голицына с его вековыми вязами и дубами в Новосильском районе? Если там и нет ничего интересного для ученого-эколога, то уж точно есть многое для школьного учителя, например, который приведет туда на экскурсию своих воспитанников, и для простого горожанина, уставшего от урбанизации и безвкусицы современного городского ландшафта.

Доверить всю эту красоту областным хранителям историко-культурного наследия? Но ведь далеко не все старинные парки и зеленые зоны выпавшие из категории памятников природы, значатся в областном реестре памятников истории и культуры. И далеко не во всех усадьбах, обозначенных в нем, подлежит охране вся территория, прилегающая к бывшему барскому дому. Есть и разница в степени ответственности. За спиленное дерево на территории природного памятника можно и уголовное дело схлопотать, а если врубишься в старый парк при каком-нибудь архитектурном памятнике, то, глядишь, и штрафом отделаешься.

Можно понять экологов, заботящихся об уникальных уголках природы на территории Орловщины в условиях, когда власть не слишком щедро финансирует охрану природы. Но трудно понять власть, которая однажды взявшись за гуж, теперь идет на попятную, прикрываясь мнением экологов, ею же приученных к мысли, что денег на природные объекты в нужном объеме нет и не будет.

Сегодня на эти деньги спрос велик, как никогда ранее. Обновленное законодательство РФ требует все учесть, надлежащим образом оформить, инвентаризировать, обозначить границы, присвоить кадастровые номера, определить собственника и ответственных за порядок. 130 красивейших уголков Орловщины, естественных и рукотворных, 12 лет оставались по сути неопределенными объектами, но с высоким статусом памятников природы. Не отсюда ли и запустение, и произвол арендаторов, и протесты прокуратуры по поводу неисполнения природоохранного и земельного законодательства, на которые теперь ссылаются авторы постановления «Об инвентаризации памятников природы…»? Теперь, когда список памятников регионального значения сократился до 13 объектов, цена вопроса оформления и закрепления их определяется вполне посильной цифрой в 3—3,5 миллиона рублей. И все счастливы. «Лучше меньше, да лучше» — золотой принцип, особенно если кто-то не прочь поживиться за счет «списанного в утиль».

В который раз возникает ощущение «дежа вю», когда кажется, что нечто подобное уже было на нашей орловской земле, и примерно в схожих обстоятельствах. Когда-то вот так же оказалась в полном запустении и без должного пригляда часть территории одной из школ г. Орла. И под этим предлогом было произведено отчуждение школьной земли, которая потом была застроена частными гаражами. И это только один из примеров. С усадьбами, охраняемыми в г. Орле как памятники истории и культуры, помнится, у нас тоже не очень-то церемонились. Взять хотя бы не такую уж давнюю историю с разрушением и продажей частной фирме дома и прилегающей территории, некогда принадлежавших философу Бахтину, в самом центре г. Орла. А здание так называемого депо готового платья до сих пор числится в списке орловских городских памятников истории и культуры, но только как утраченный объект. Снесли. И закона об охране памятников не побоялись.

Так что здравая, в общем-то, идея разделения ответственности между экологами и хранителями историко-культурного наследия на нашей современной орловской почве, увы, может оказаться просто преступной: чтобы что-то сохранить у нас для потомков и уберечь от хищных рук новоявленных хозяев, требуется самая что ни на есть окончательная бумажка, броня, чтобы, как писал М. Булгаков, никакой Швондер или Шариков, облеченные властью, близко не могли подступиться к охраняемому объекту.

Казалось бы, из текста Закона Орловской области «О системе органов исполнительной государственной власти» (от 30.11.2001 г.) следует, что вопрос о памятниках природы можно пересмотреть только с согласия депутатов областного Совета. Но, увы, коллегия Орловской области почему-то сочла возможным обойтись без них. И теперь остается только ждать, кто и как распорядится незащищенной территорией бывших дворянских усадеб, старых парков, садов и урочищ, кто построит среди вековых лип и вязов современные коттеджи. А может быть, и просто вырубит старые аллеи и начнет возводить торгово-развлекательные комплексы.

Конечно, еще теплится надежда на то, что за одной рухнувшей в одночасье стеной встанет другая и статуса объектов историко-культурного значения хватит, чтобы выдержать всевозможные хищнические притязания богатых «варягов» и земляков. Большая надежда и на муниципалитеты. От них теперь будет зависеть многое. Ведь подобрать и защитить выброшенные памятники природы, оформив их по всем правилам как рекреационные зоны, например, в которые по закону тоже нет доступа хищным, жадным до земли застройщикам, — это вполне по силам местным властям, было бы желание. Город Орел, например, уже предпринимает решительные шаги в этом направлении. В областном центре по воле областной коллегии перестали быть памятниками природы парк «Ботаника», городской парк культуры и отдыха, сквер «Дворянское гнездо», Семинарский парк, сквер Комсомольский (возле ОГУ), сквер им. Тургенева (возле коммерческого института), аллея деревьев-долгожителей (на углу Октябрьской улицы и бульвара Победы), знаменитый дуб-долгожитель на бульваре Победы. Но уже 10 июля в администрации города состоятся публичные слушания, на которых будет представлен на суд общественности новый законодательный документ «Правила землепользования и застройки муниципального образования «Город Орел», где, в частности, четко зафиксированы в своих границах и отмечены кадастровыми номерами и парк «Ботаника», и парк культуры и отдыха, и сквер «Дворянское гнездо» — как памятники истории и культуры; Семинарский парк — как часть заповедной зоны № 3.2; сквер Комсомольский, сквер им. Тургенева, аллея деревьев- долгожителей и старинный дуб — как рекреационные зоны. К сожалению, это еще не броня. Заповедные зоны города Орла утверждены постановлением областного Совета, а значит, могут быть и пересмотрены им же. Решением большинства городских депутатов при определенных условиях та или иная зеленая зона города может быть лишена статуса рекреационной и отдана под застройку. Впрочем, новые правила землепользования и застройки предусматривают публичные слушания, то есть выяснение общественного мнения всякий раз, когда будет вставать вопрос о строительстве на той или иной городской территории. Так что если новый документ и не броня, то уж во всяком случае «фактическая бумажка», как выражался булгаковский профессор Преображенский. И вес ей могут значительно прибавить ответственность городских депутатов перед своими избирателями (а не перед командирами из областной администрации) и наша с вами осмотрительность, уважаемые горожане, когда в следующий раз нам придется выбирать городской Совет.

Может статься так, что сомнительное по своей законности и целесообразности постановление коллегии Орловской области «Об инвентаризации памятников природы…» может стать экзаменом на гражданскую зрелость — и тех, кто отвечает за сохранение историко-культурного наследия, и муниципальных властей, и нас с вами, кто может подать свой голос в защиту национального достояния, которое расположено не где-то там, в столицах или на Дальнем Востоке, а буквально по соседству.

Андрей Грядунов.

самые читаемые за месяц