Красная строка № 12 (318) от 3 апреля 2015 года

Миссия невыполнима

Наш губернатор В. В. Потомский как человек, безусловно, замечателен во всех отношениях. Во всяком случае, не хуже многих. Но Вадим Владимирович — явно не Бисмарк, и привередливые орловцы, видимо, вообразившие, что наша область обладает каким-то особым статусом, строят догадки, почему губернатором у нас оказалась фигура не эпохального масштаба? А поскольку это не та фигура, какую заслуживает славная Орловщина, то какая преследовалась цель назначением на этот пост Вадима Владимировича? Им, видите ли, вынь да положь кого-либо из звезд первой величины. Но где они, эти звёзды-то? Если внимательно и беспристрастно посмотреть на наш государственный и политический Олимп, то ничего не остаётся, как с сожалением произнести: увы и ах, ах и увы!

В ноябре прошлого года в передаче «Военная тайна» телеканала Рен-ТВ прозвучал такой вопрос: «Почему политики всё чаще похожи на героев из комиксов?». Это в высшей степени интересный вопрос, и мы с удовольствием поделились бы своим мнением по этому поводу, но место не позволяет. Если представится такая возможность, то поговорим об этом в следующий раз. А сейчас продолжим наш разговор. Как видим, В. В. Путин, оказавший столь высокое доверие В. В. Потомскому, при всём своём желании не смог бы потрафить привередливым орловцам. Впрочем, они слишком уж привередливы: Вадим Владимирович не обсевок в поле, он как-никак не рядовой представитель КПРФ, а член её ЦК. Кстати, весьма характерно, что никто из живо обсуждающих «феномен» Потомского не задаётся вопросом: почему представителю партии, называющей себя коммунистической, лидер буржуазного государства доверил пост губернатора? Коммунисты никак не могут быть друзьями-приятелями буржуазии, и поэтому вполне естественно, что никогда и нигде буржуазия их к власти не подпускала и не может подпускать. Тогда в чём же тут дело? Очевидно, только в том, что новоиспечённая российская буржуазия в этой партии видит не угрозу существующему строю, а одну из его опор.

Орловцы, однако, стучатся в открытую дверь, ломая голову над вопросом, с какой целью назначен губернатором В. В. Потомский: он сам тут всё прояснил. В одном из своих предвыборных выступлений Потомский, например: сказал: «Перед нашим регионом стоит непростая задача. Необходимо на практике доказать, что взаимодействие разных политических сил может и должно быть конструктивным». Если всё это перевести на более понятный язык, то это означает, что Вадим Владимирович «заброшен к нам по воле рока» для того, чтобы на практике доказать возможность «социального консенсуса», т. е. возможность такого порядка, когда и «работодатели» преуспевают, и трудовой люд, за счёт которого они существуют, не ропщет. Одним словом, Вадиму Владимировичу поручено установить невиданную до сих пор в природе «социальную гармонию», когда и волки сыты, и овцы целы.

Подобные намерения не представляют чего-либо нового. Например, В. И. Ленин в своё время отмечал, что «везде буржуазия старается так или иначе развратить рабочих и сделать их довольными рабами, отказывающимися от мысли об уничтожении рабства». Капитализм — это наёмное рабство, ибо судьба каждого неимущего всецело зависит от «работодателя»: купит он рабочую силу — человек будет с куском хлеба, нет — пусть помирает с голоду. Многие «россияне» пока не считают себя рабами, и это потому, что сейчас заглавная фигура нашего общества — обыватель. В силу своей природы он, как одно известное животное, не способен оторвать взора от своего корыта. Исключительно заботясь о его содержимом, он стремится приспособиться к существующим порядкам, и потому у него не может появиться желания осмыслить их.

К примеру, он, восторгаясь «продуктовым изобилием» в супермаркетах, умозаключает, что сейчас жизнь не в пример лучше, чем при «тоталитаризме»: тогда за колбасой из провинции в столицу ездили, а сейчас тут от её всяких сортов в глазах рябит. При этом он не задумывается, чем объясняется это «изобилие»: то ли тем, что народ не успевает поедать производимые продукты, то ли тем, что он не в состоянии их покупать. Здесь нельзя не вспомнить данную Лениным характеристику различного отношения людей к своему рабскому положению. «Раб, сознающий своё рабское положение и борющийся против него, есть революционер, — писал он. — Раб, не сознающий своего рабства и прозябающий в молчаливой, бессознательной и бессловесной рабской жизни, есть просто раб. Раб, у которого слюнки текут, когда он самодовольно описывает прелести рабской жизни и восторгается добрым и хорошим господином, есть холоп, хам». Вот миссия Вадима Владимировича и заключается в том, чтобы превратить обитателей нашего региона в самодовольных рабов. По замыслу устроителей этого «эксперимента», если он удастся, то орловский «опыт» применят повсеместно в «демократической» РФ.

Над решением этой «проблемы», конечно же, с момента своего создания хлопотала «Единая Россия», но нужного «эффекта» не получила. По мнению идеологов российской буржуазии, это объясняется тем, что «Единая Россия» — партия власти, а к власти многие «россияне», хотя и не проникнутые радикальным настроением, всё-таки не проявляют должного пиетета. Иное дело — «оппозиция». Она, заявляя, что борется за социализм, в действительности играет роль горьковского Луки из пьесы «На дне» — этого, по выражению В. В. Воровского, «шарлатана гуманности», представляющего собой «бессмертный тип лживого успокоителя страдающих, жаждущих забвения во лжи». Как и Лука «обездоленным и отверженным», так и наша «оппозиция» несёт массам «призрачную правду фантазии», «евангелие миражей», обещая им, что в случае избрания «коммунистического» президента тут же будет восстановлен социализм. И массы верят, правда, эта вера стала убывать, но всё-таки ещё верят.

А самым подходящим для выполнения этой миссии среди всех партийных функционеров член ЦК КПРФ В. В. Потомский оказался потому, что он не дилетант в бизнесе. Насколько нам известно, он свои годовые доходы продекларировал примерно в пять миллионов. У него, одним словом, все данные «менеджера» по организации «социального консенсуса»: и «нужды» «работодателей» он знает не понаслышке, и числится заступником «работополучателей».

Вадим Владимирович гордится своей «состоятельностью»: раньше было принято считать, заявил он однажды, что коммунист не может быть состоятельным, а я вот доказал, что может. Он, разумеется, имеет полное право гордиться чем угодно, но сообщим ему прописную истину, являющуюся, однако, для него и некоторых его однопартийцев тайной: миллионер коммунист — это такая же невозможность, как верующий атеист.

Какую бы ретивость ни проявил Потомский, стремясь «на практике доказать, что взаимодействие разных политических сил может и должно быть конструктивным», возложенная на него миссия невыполнима. Если это его огорчит, в утешение ему скажем вот что: с этой миссией не справилась бы и тысяча не то что Бисмарков, но и Наполеонов. В «цивилизованных» государствах «работодатели» давно доверяют «рулить» социал-демократичес­ким партиям. В период временной послевоенной стабилизации империализма им в какой-то мере удавалось налаживать «социальный консенсус». Но мировой финансово-экономический кризис положил конец этой стабилизации. «Имидж» этих партий среди трудящихся масс тает на глазах, и теперь люди в сытой, культурной, благоустроенной Европе — этой колыбели капитализма — выходят на митинги с лозунгом: «Долой капитализм!». Жизнь всесильна и берёт своё. Она даже обывателей заставляет прозреть.

Иван Комаров.

самые читаемые за месяц