Народ на площади образно сформулировал проблему

Колонны пенсионеров разделились надвое: одна — поменьше — двинулась к мэрии, другая — побольше — к подножию памятника В. И. Ленину напротив входа в здание правительства Орловской области. Подножие обладает спасительной силой — недалеко от входа во власть, но и не внутри, не в коридорах. И власть в безопасности, и народ на виду. Возможен взаимовыгодный диалог, поскольку толпа, хоть и у подножия, слегка нервирует. Лучше — для спокойствия собственных нервов — поговорить. Разговор получится — народ успокоится. Не удастся договориться — до коридоров бежать недалеко. Подножие памятника В. И. Ленину — отличная переговорная площадка.

Инициативная группа числом поменьше скрылась в недрах мэрии, благо милиции на входе там нет. Основные силы окружили начальника областного департамента А. С. Бойко, отвечающего за транспорт, строительство и коммунальные дела.

Тут мы подходим к деликатной части нашего повествования, поскольку разгоряченные собравшиеся, излагая суть своих требований, часто и довольно громко в вербальной форме нарушали то или иное сексуальное табу, воспроизведение чего на газетной странице попросту недопустимо по цензурным и всем иным соображениям. Нет, нет и еще раз нет, любители драматичных репортажей! Мы не пойдем на столь смелые цитирования.

В пересказе, разумеется, многое теряется, однако нравственности ради мы ограничимся замечанием, что орловские пенсионеры были недовольны.

Чем же были недовольны орловские пенсионеры?

Мэрия, несмотря на то, что размерами поменьше осажденного дома правительства, выслала начальнику департамента А. С. Бойко подмогу в лице заместителя мэра по социальным вопросам Е. В. Данилевскую, которую тут же поглотили массы.

Городская власть пообщалась на площади с областной, после чего Екатерина Владимировна, добившись относительной тишины, сообщила громким голосом, обращаясь к людям пенсионного возраста:

— Это не ваши проблемы! Это неразбериха между разными уровнями бюджета!

— Когда разберетесь с неразберихой?! — подтолкнули городскую власть к действию самые нетерпеливые.

— За пару дней разберемся! — не подумав о последствиях, честно ответила посланная на подмогу А. С. Бойко Екатерина Владимировна.

— А-а-а!!! — закричала толпа нецензурно, ругая свою несчастливую судьбу. — На дачу сегодня надо!

Вот теперь мы подошли к сути претензий, предъявленных инициативными группами орловских пенсионеров областной и городской власти.

В конце апреля неожиданно начался дачный сезон. Бабушки и дедушки, все почтенные горожане, заслужившие право на отдых и радующиеся, что удовольствие копаться на грядках и вдыхать чистый воздух у них пока еще не отняли, ринулись на остановки пригородного транспорта.

Большинство пенсионеров — народ, мягко говоря, небогатый, поэтому истинным спасением для этой категории является единый социальный проездной. Его счастливые обладатели попытались войти, как прежде, в автобусы, предъявляя ЕСПБ, но были остановлены. Водитель и кондуктор, в некоторых случаях усиленные решительными представителями технических служб ПАТП-1 — перевозчика, стояли стеной и пускали только тех, кто давал живую денежку или предъявлял отдельный дачный проездной.

— Недействительный! — говорили все трое разом или по отдельности, когда им пытались «всучить» единый социальный, и отпихивали с подножки автобуса наглецов.

Сцена, как мутузят пенсионеров — в некоторых случаях дело доходило до рукопашной, — вряд ли вас заинтересует, силы были неравны, а исход предопределен.

— Почему недействителен? — интересовались ЕСПБэшники, в подтверждение обоснованности своего вопроса пытаясь показать заслону разнообразные газеты, где черным по белому было написано, что по единым проездным и в этом сезоне на дачу возят.

— Ничего не знаем! — объясняли представители ПАТП-1 — перевозчика, добавляя, что денег за дачные маршруты им не перечислили, а задарма, себе в убыток, они никого возить не станут. Начальство-де распорядилось стоять насмерть.

И те, кто покупал единый социальный проездной в надежде ездить по нему на дачу, лезли в кошельки за живыми дополнительными деньгами. В один конец (округленно) — двадцать рублей. В день — сорок. А многие мечтали копаться на своих грядках ежедневно. Считайте размер незапланированных, а для очень многих — еще и совершенно непосильных расходов.

— Собаки! — деликатно формулировал свою обиду какой-то загорелый дачник. — Без конца нас кусаете! То одно, то другое!

— Ой! — вскричала по-сосед­ству женщина с интонацией, которая совершенно не сочеталась с общей атмосферой мероприятия, и кокетливо назвала фамилию одного известного орловского чиновника, обитающего в доме за подножием памятника Ленину. При этом она с улыбкой смотрела куда-то почти что в небо.

Я проследил за ее взглядом. Жалюзи в окне на одном из этажей вздрогнули…

— Я его люблю! — мечтательно произнесла соседка-пенсио­нерка, еще раз назвав известного областного чиновника по имени-отчеству.

— За что? — поразился я, прекрасно зная этого чудака.

— Он такой красивый, — произнесла дама с такой интонацией, что я не знал, радоваться за знакомого или опасаться.

— Почему я купила единый социальный за триста, а теперь еще должна покупать дачный за двести?!! — кричала не переставая, совершенно справедливо обозначая проблему, другая дачница, которая глазами по окнам не стреляла, а в упор глядела на скучковавшихся представителей двух ветвей власти.

— Губернатор дал поручение мэру, чтобы на дачи, как раньше, возили по единому социальному проездному! — пыталась перекричать толпу присланная на усиление спокойного, как Махатма Ганди, А.С. Бойко начальница управления социальной защиты населения Т.А.Воробьева.

— Когда? — кричали ей в ответ, пытаясь выяснить точные сроки исполнения поручения, данного губернатором.

— Завтра! — успокаивала, рискуя, Татьяна Анатольевна.

— А-а-а!!! — неистовствовала толпа, объевшаяся словом «завтра». — Почему не сегодня?!!

А в самом деле?

Между тем вернулся малый отряд, исчезнувший незадолго до того в недрах расположенной неподалеку мэрии.

— Как дела? — спросили парламентеров. — С кем встречались?

— С Бочаровым, — махнули те рукой, — замом мэра.

— Ну и чё?

— Ничё, — ответили те. — Про бюджеты говорил, про то, что в ПАТП-1 третий месяц зарплату не платят.

Стала понятна железная стойкость, с которой работники предбанкротного предприятия отбивали атаки обладателей единых социальных проездных, однако четкого ответа на главный вопрос — когда воцарятся порядок и ясность — парламентеры, по всей видимости, в кабинете зама мэра не добились. Они без задержки примкнули к основному отряду у подножия памятника — в непосредственной близости от ворот областного правительства.

Милиция, как бы не интересуясь происходящим, стояла в некотором отдалении — как хорошо воспитанные люди в очереди у банкомата.

Городская власть — нужно отдать ей должное — поработала над картами и произвела перегруппировку сил. Парламентеры, побывавшие в недрах, вновь были позваны внутрь вместе со всем народом. Это был поступок.

В большом зале — самом большом зале здания на Пролетарской горе — недовольных встречали сам мэр, глава Совета народных депутатов Л. С. Музалевский, его зам М. В. Вдовин, не считая других достойных, но менее значимых в должностном смысле лиц.

Был там и руководитель ПАТП-1 М. А. Межнев. Специалист по газу на автохозяйстве — тема интересная сама по себе, но безотносительно к нашему драматичному репортажу.

Удар на себя принял В. В. Сафьянов. Он сообщил, что со среды, то есть на следующий день после боевых действий и собрания, народ на дачу будут возить по единым социальным проездным, у кого они есть. Порядка двухсот дачных проездных — у тех, кто захочет их вернуть в кассу — будут выкуплены за те же деньги, за которые они были народу проданы.

Все, конфликт «исперчен»? Можно сказать и так. Вопрос — почему этот бардак вообще возник? Почему, если за единые проездные на дачу ездить можно — по ним не возили? Если нельзя — почему не предупредили? Если сначала нельзя, а потом будет можно, почему не сказали, когда перестает действовать одно правило и начинает действовать другое? Что трудного в том, чтобы просто проинформировать граждан, как, на каких условиях они будут ездить к себе на дачу? Мистика…

Однако один безусловно положительный момент в этой истории отметить можно. Понятно, что неровные места во взаимоотношениях бюджетов двух уровней существуют, как без этого… Очевидно также, что чиновники — ни сном ни духом частенько об этих местах или попросту сидят и не телятся, пока жареный петух не клюнет. Однако, как показали события, с этой бедой можно справиться.

Как? Достаточно инициативной группе, четко осознающей цели и чувствующей правоту, выйти на площадь в непосредственной близости от органов власти, как органы начинают проявлять повышенную активность. Только беготня чиновников из двух зданий, стоящих по разные стороны одной площади, — для «вхождения в курс дела» — чего стоит! И ведь решили проблему!

Ни переписка не нужна, ни многочисленные согласования. Более того, документы не потеряются и не лягут под сукно, никто не сможет сослаться на недопонимание или отсутствие нужного человека.

В прежние времена пользовались популярностью, а кое-где и ныне пользуются — выездные заседания правительств. Представляете: выносят столы из областного правительства, из мэрии, усаживаются друг перед другом, а вокруг народ стоит и орет — сообщает о наболевшем. Вопросы решаются мгновенно!

Почему не взять на вооружение? Погода хорошая, все на виду. Экономно, демократично, эффективно, я бы даже сказал, транспарентно.

Вот это было бы зрелище! Ну а что делать, если по-другому не получается? Стыдно будет первые полчаса, потом привыкнете. А народ у нас — до чего же образно, скажу я вам, формулирует проблемы! Заслушаешься.

Сергей ЗАРУДНЕВ.

самые читаемые за месяц