Не караул устал — устали режиссеры этого спектакля…

Очередная сокрушительная победа на выборах партии власти — хороший повод для того, чтобы задуматься о будущем — не «слуг народа», выпивающих из страны последние соки и целенаправленно уменьшающих численность этого самого народа, но — всех нас, всей несчастной измученной Родины.

Если у большевиков, помнится, устал караул, то у сегодняшних властей, похоже, устал сам режиссер. Оно и понятно: не каждый пойдет в услужение к ЭТИМ, вон сам Павловский, и тот сломался, а Сурков не может лично за всем уследить. Короля играет свита; и не столько сама теряющая всякую адекватность «власть», сколько чересчур услужливая обслуга из числа чиновников «ниже среднего звена» и ретивых «правоохранителей» дискредитирует наше малахольное государство почище любых грантоедских твиттерных и прочих цветных революционеров. Престарелой актрисе Римме Марковой, которая в свои 86 лет вынуждена подрабатывать творческими вечерами (такова в нашей стране актерская пенсия), срывают этот самый вечер в Екатеринбурге, опасаясь, что она приехала, чтобы агитировать против «медведей». Когда энтузиасты из числа почитателей таланта врываются в кабинет к молоденькой директрисе ДК, что вырубила свет в здании и спрятала ключи от электрощитка, несчастная девчонка рыдает, говоря, что ее заставили. Подобные истории можно рассказывать целыми сериалами… Есть и менее смешные истории. В советские времена поддатые менты (теперь «полицейские») не палили по гражданам в гастрономе из табельного оружия, мотивируя столь неадекватное поведение неприятностями в личной жизни, а диссидентов винтили грамотно, не избивая случайных прохожих резиновыми дубинками, называя их при этом «хорьками». Комсомольцы-активисты изображали обычных граждан правильно, не воспринимая мероприятие по поддержке полит­режима как халявную поездку в столицу. То есть, конечно, воспринимали, но уже после мероприятия, и пиво пили не на «работе», а тогда, когда «работа» заканчивалась.

Надо обладать всей недалекостью, примитивным сознанием, профессиональным неумением и пофигизмом обитателей барсучьей норы, чтобы с такой обреченностью, с упорством, достойным лучшего применения, лепить политического страдальца из прожженного оппозиционного блоггера Навального, вся ангажированность и непрозрачность коего буквально написана у него на лице. История с советскими диссидентами, которых прессовали до полной оппозиционности, как говорится, высочайшего качества, повторяется уже как фарс.

Не забывает «власть» прессовать и патриотов. Не только же либералы должны быть обижены! И вот уже не первый месяц длится абсолютно идиотский, позорный судебный процесс против легенды русского сопротивления — Владимира Николаевича Осипова, посмевшего в своей книге заговорить о том, что русские тоже имеют право любить свой народ, свою веру и свою Родину. И вот уже возбуждаются уголовные дела при малейшем намеке на «русское»… Придворные политологи не устают пугать граждан национал-оранжистским союзом радикальной оппозиции. Но для формирования такого союза окончательно обезумевшая «власть» делает буквально всё, что в ее силах. Усталая и не склонная к политической активности страна… обреченно вползает в новую смуту.

Государство существует для того, чтобы защищать своих граждан. Ради этого, ради безопасности и уверенности в завтрашнем дне государство имеет моральное право требовать от граждан жертвы — уплачивать ему, государству, то, что называют «налогом на безопасность». Можем ли мы, «россияне», в контексте нынешней международной ситуации чувствовать себя спокойно и уверенно? Способствует ли такой уверенности то бряцание остатками военной мощи СССР, которому вдруг предалось «высшее политическое руководство страны» накануне выборов? Сдав сербов, Ливию, не умея даже грамотно поставить своих людей в столь любящей Россию и тяготеющей к ней Южной Осетии, стратегически проиграв все, что можно, нынешние «россиянские» вожди в последний момент решили поспорить с ведущими мировыми игроками за Сирию — наш последний оплот на Ближнем Востоке. И «авианосная группировка», состоящая, впрочем, всего из нескольких кораблей, двинулась к берегам союзного государства, в самый кипящий центр ближневосточного котла. Группировка эта двинулась аж из мест базирования Северного флота, по дороге подобрав несколько еще сохранивших боеспособность кораблей флота Балтийского. Никто не спросит с недоумением: «Но Черноморский флот вроде как ближе?» Потому что все знают: там с боеспособностью куда как хуже. И нужно же было распиливать на металлолом подводные лодки и крейсеры, продавать все, что еще можно было продать из запасов вооружений и военного имущества, строя себе дворцы за границей и перегоняя деньги на оффшорные счета, чтобы напоследок воспылать такой воинской доблестью! Зато армию переодели в форму от Юдашкина…

Оловянные солдатики нынешней «Россиянии», плохого наследника когда-то могучей державы, не пугают уверенных в себе хозяев нынешнего «многополярного мира». Со столь свойственной англосаксам неумолимой безжалостностью, следуя своей железной политической логике общемировой экспансии, с тупой последовательностью применяя достаточно простые и уже во многих местах оправдавшие себя технологии, они сжимают вокруг нас свое исламистско-террористическое кольцо «управляемого хаоса», загоняют еще не вполне готовых китайцев в русло глобального вооруженного конфликта, заставляя все больше людей в Евразии воевать, готовятся осваивать российские ресурсы на все более выгодных для себя условиях.

…Когда «счета там», чего стоят все рассуждения властных мужей «новой» России о «врагах, которые подбивают народ к протестам по сигналу из Госдепа»? Казалось бы, несложная реальность двусмысленно двоится, парализуя волю народа, лишая его главного — простоты и незыблемости той Великой Идеи, за которую ему, народу, возможно, скоро придется умирать. Народ и рад бы простоте, да ее нет. Кто больший враг или предатель: член правительства, что держит свои «кровные» в оффшорах, недвижимость и семью — в Европе и имеет запасной вертолет для быстрого «свала», но учит нас патриотизму, или молоденький блоггер, нежданно-негаданно, с подачи какого-нибудь дяди вдруг подсевший на невеликий грантик, предоставляемый западной НПО? Кто больший насильник и убийца: студенческая молодежь и интеллигентно-культурного вида офисные менеджеры, вышедшие протестовать против фальсификаций на выборах, или тот, кто, не доверяя уже русским омоновцам, готовится использовать против мирных демонстрантов, против собственного народа чеченский спецназ? Кто тот художник, что рисует столь странные узоры на стекле нашей реальности? Двусмысленность, замысловатая сложность, двоящаяся и неоднозначная реальность… Может ли тупой опер адекватно действовать в этом царстве постмодерна?

Россия снова, уже в третий раз после февраля 17-го и августа 91-го, похоже, не умеет совладать с этой сложностью, адекватно выбрать свой «царский путь», проваливаясь между двух стульев в пропасть политического хаоса. И главный, так сказать, «субъект» этого провала — это наши «патриоты», что снова оказываются в охвостье политического процесса. У них нет программы и независимости, нет альтернативы множащемуся и многозначному «беззаконию». С одной стороны — давно оседлавшая «державную» риторику партия власти, «партия жуликов и воров», имеющая свой вполне понятный прагматический интерес. С другой стороны — «системная оппозиция», поругивая «власть», не забывающая регулярно бегать за инструкциями на Старую площадь. С третьей — пестрая несистемная оппозиция, нашпигованная провокаторами спецслужб, российских государственных, частных и зарубежных. Но есть же, наконец, и ширящийся, вполне искренний и обоснованный протест самого народа! Что напишут придворные политологи, если на улицы выйдут уже сотни тысяч? Что все они «проплаченные» и «манипулируемые»?

«Патриоты», причем именно православные, оказываются ни­где со своим государственническим инстинктом. С одной стороны, очень не хочется окончательно «рушить государство», способствуя развалу страны. С другой же стороны: а кто ныне представляет это самое государство, кто и, главное, «в какую сторону» осуществляет его функции? Если всякий настоящий патриот не может не любить Родину, не может желать ее развала и приближать революцию и катастрофу, значит ли это, что он, этот самый несчастный патриот, должен поддерживать развал армии, науки, культуры, образования, должен одобрять спонсирование англо-американских банков и американской же ипотеки за счет наших нефтегазовых денег, осуществляемое «государством»? Значит ли это, наконец, что пресловутый патриот обязан одобрять людоедский закон «Об охране здоровья граждан», недавно принятый и одобренный всеми инстанциями нашей нынешней политической власти, и признавать право ювенальных органов (внедряемых в Россию при полном попустительстве «государства») отбирать у нас наших детей, а также грядущее электронное рабство? Государство, ау! Ты хочешь, чтобы мы тебя поддержали? А, кстати, кто это заведомо решил, что ОНО хочет?

Не добавляет уверенности «патриотам» и любимая РПЦ в лице своих высших иерархов. Те простые люди, что миллионным потоком шли к Поясу Божией Матери, уж от Церкви-то во всяком случае ждут духовного подвига, молитвенного заступничества за простой народ, твердого предстояния за него перед так называемой «элитой». Но и здесь они видят все то же: социальное расслоение, разобщенность «верхов» и «низов» институции, надменность и своеволие церковной бюрократии, попытки вписать Церковь Божию в апостасийный «мiр». У слишком многих почва уплывает из-под ног, рождая ощущение усталости, растерянности и безнадеги.

Между тем именно «патриоты» вполне могли бы (и обязаны!) не поддакивать «власти», не думать о том, как бы в нее «вписаться», но формировать свое, альтернативное гражданское общество, по крайней мере, пытаясь поворачивать «элиту» в сторону служения. (Зачаток такого гражданского общества есть — это наше родительское движение, сплотившееся в борьбе за детей на антиювенальном фронте). Наше гражданское общество может и обязано ставить насущные вопросы выживания нации, неотделимые от вопросов ее духовного возрастания, проявляя свойственную христианам самоотверженность. Мы — народ-суверен, и мы должны, в полной мере сохраняя духовную трезвость, разговаривать с нашими дурными слугами — нашим «государством» как власть имеющие. Мы должны осознать, что власть — это мы, а не добрый властитель, изжить рабское авторитарное сознание, парализующее волю народа почище любых «воронков» и резиновых «демократизаторов». Вернуть чувство собственного достоинства, достоинства народа-держателя, создавшего великую страну с ее великой историей, а не ждать милости от кого-то, на кого мы все еще жаждем переложить историческую ответственность. Ощутить ее за собой — это и значит в высшем смысле осознать самих себя субъектом власти — и субъектом служения. И только это, только немыслимый груз власти и исторической ответственности, что добровольно взвален на собственные плечи, — поможет разглядеть едва различимый, далекий свет будущего сквозь грозно окутавший страну оранжевый туман.

Владимир Семенко.
«Русская народная линия».
(Печатается в сокращении)

самые читаемые за месяц