Нынешние чудаки Орловской губернии

— К Патриарху на службу ехать, дарить что-то надо.

— Зачем?

— Принято.

— А что дарить будем?

— Вот и думаю: что дарить будем?

— Может, спросить у кого?

— У кого?

— У Козлова.

— У губернатора, что ли?

— Ну да.

— Он болен или у Будагова завис.

— Не едет, что ли?

— Нет.

— Тогда у Коновалова нужно спрашивать, первого зама.

— А кто такой Коновалов?

— Первый зам…

— Какой первый зам?

— Коновалов.

— Ладно, проехали. У кого бы еще спросить?

— Может, у Пантелеимона?

— У архиепископа?

— Ну да.

— Спрашивали, он икону дарит.

— Может, и мы подарим?

— Две иконы? Дурак, что ли?

— А что?

— Ничего. Зачем Патриарху две иконы? Скажет: «Зачем вы мне две иконы подарили»?

— Да…

— Нужно что-нибудь светское. Пантелеимон — по своей части, а мы — по своей.

— А что у нас есть светского?

— У нас всё светское.

— Светское, но не советское.

— Ха-ха-ха!

— Гы-гы-гы!

— Ладно, дело серьезное. Может, у Ивашиной спросить? Она советница.

— Ивашинская газета Патриарху Алексию в фотошопе голову отрезала, а на ее место лицо Иконникова прилепила.

— Коммуниста, что ли?

— Ну да.

— А зачем?

— Черт ее разберет. Любит.

— Что любит?

— Отрезать.

— Не, не надо у Ивашиной спрашивать… Это они коллаж делали, что ли?

— Да, коллаж.

— Хороший получился?

— Так себе. А ты зачем спрашиваешь? О деле думай.

— Думаю. Может… А это что за портрет?

— Ермолов.

— Это который…

— Ну да.

— Давай его подарим?

— Давай, обоснуй только.

— Орловщина — край героев, мы их чтим.

— Неплохо. В следующем году — 200 лет Бородинской битве, Ермолов — герой Бородина, мне казаки рассказывали.

— И памятник ставим!

— Точно!

— Патриоты — патриоту!

— Именно! Патриарх — тоже патриот, значит, и портрет ему подойдет. Орловская делегация дарит портрет своего знаменитого земляка его Святейшеству накануне празднования двухсот­летия Бородинской битвы.

— А мы там победили?

— Вроде того. Покрыли себя славой.

— Снимай!

Такой диалог мог состояться, а мог и не состояться. Если б состоялся, я бы, честно говоря, не удивился. Портрет Ермолова светская власть Орловской области Патриарху в день совместного служения в Успенском соборе Кремля подарила? Подарила. А почему портрет? И почему именно Ермолова?

Совместное служение с Патриархом — редкая… даже не удача, это привилегия, которая дается властью духовной власти светской для укрепления взаимных связей. Это демонстрация единства чаяний и устремлений, подчеркивание существования в едином культурном и религиозном поле. Это служение, по идее, подчеркивает родство присутствующих — родство духовное, поскольку все мы — дети Адама и Евы — родственники по плоти в той или иной степени.

Совместное служение с Патриархом делегации субъекта Российской Федерации — мероприятие во многом протокольное, требующее соблюдения некоторых обязательных правил. И еще оно требует определенного уровня культуры.

Например, лицу уровня Патриарха не принято дарить что-нибудь — по принципу «на тебе, Боже, что нам негоже». К выбору подарка следует подходить ответственно. Патриарх подарок не положит себе в «карман». Дар важен, прежде всего, для самой делегации. Он — как визитная карточка, которая может рассказать о своём хозяине очень много. Это еще и символический акт.

Символом чего явилось преподнесение его Святейшеству Патриарху Кириллу портрета генерала Ермолова кисти орловской художницы Ольги Сорокиной? К соображениям, изложенным в диалоге (воображаемом, а может быть, и реальном) двух орловских областных чиновников, прибавить что-то трудно. Патриоты — патриоту. Логично и приемлемо, хотя Патриарху все-таки принято дарить нечто из области православия, без светских примесей. Все же это визит к Патриарху, а не к министру обороны.

Но и при этом к подарку не было бы никаких вопросов, будь он уникален. В нашем случае подразумевается его существование в единственном экземпляре, поскольку при всем уважении к даме и художнице, следует сказать, что не всё, выходящее из-под кисти О. Сорокиной, заслуживает немедленного и автоматического дарения Патриарху или какому-нибудь другому высокопоставленному лицу.

Но и это условие не было соблюдено. Сразу скажем, что художница, написавшая портрет Ермолова, тут ни при чем. Она вольна создавать столько копий вышеназванного портрета, сколько ей заблагорассудится, поскольку никакими обязательствами с обладателями прав на указанный образ она не связана.

Портрет Ермолова, подаренный Патриарху Кириллу официальной делегацией правительства Орловской области и ушедший в руки Святейшества из рук заместителя губернатора и руководителя его аппарата Игоря Юрьевича Гармаша, — пятая или шестая копия.

В истории русской живописи известен случай, когда удачный сюжет многократно повторялся. Великий Саврасов, страдавший проблемами медицинского характера, остро нуждался в средствах и копировал собственных «Грачей». Но эти повторы, сделанные вынужденно, ни одна делегация никому в торжественной обстановке не дарила. Это дурной тон и неуважение к одариваемому. Хотя теперь, принимая во внимание имя Саврасова, ситуация бы поменялась. Но и в этом случае преподносили бы авторскую копию ТОЙ САМОЙ картины ТОГО САМОГО Саврасова!

В нашей истории имя Патриарха больше добавляет ценности подарку, нежели подарок что-то говорит Патриарху. Кто такой Ермолов, было известно и без полотна.

Но у него есть одна особенность. В 2007 году председатель Орловского Ермоловского общества В. П. Матвеев издал книгу «А. Ермолов. Д. Давыдов». Автор рассказывает, что, прочитав едва ли не все написанное про знаменитого земляка, героя войны 1812 года, он поразился, насколько расходятся общепринятые представления о Ермолове с реальной личностью генерала. Ермолов, прежде всего, был высокообразованным человеком и в последнюю очередь — «рубакой». Тогда у В. П. Матвеева и родилась идея заказать портрет, какого он нигде не встречал. Ермолов должен быть не в воинском антураже, а среди книг, на фоне части своей гигантской библиотеки.

Идея понравилась орловской художнице О. Сорокиной, и она взялась ее реализовать. Портрет удался. Матвеев, заказывавший его для себя, рассчитался с автором и поставил картину в своем кабинете. Она и сейчас там стоит.

А тема оказалась востребованной. Ольга Сорокина создала несколько копий «непривычного» Ермолова. Одну из них — четвертую, пятую или шестую, приобрели орловские казаки и подарили своему куратору Игорю Юрьевичу Гармашу. Вот этот Ермолов и «ушел» Патриарху.

Он даже не второй. Он даже не третий… Ни казаки, поступившие из лучших побуждений, ни художник, ни краевед В. П. Матвеев ни имеют к этой инициативе никакого отношения. Этот акт — дело рук областной исполнительной власти, её малопросвещенной верхушки.

Дарители даже не поинтересовались происхождением полотна, не потрудились узнать его историю. Сняли со стены — и вперед!

Я спросил у владельца оригинала — В. П. Матвеева, обращался ли кто-нибудь к нему из нашего самого важного серо-желтого дома с просьбой уступить картину — продать или подарить, — чтобы затем подарить ее Патриарху. Собеседник ответил, что никто к нему не обращался. Но в любом случае о продаже не могло идти и речи. Если бы предложение поступило, он охотно подарил бы полотно, поскольку дальнейшее дарение Патриарху от лица Орловской области — честь для него как человека и председателя Ермоловского общества, всячески пропагандирующего имя знаменитого генерала.

Орловское Ермоловское общество даже открытки с этим портретом выпустило — еще тогда, в 2007 году, при презентации книги. Открытки доступны.

Патриарх не копит светские дары. Он их передает музеям, обществам. Уйдет и ермоловский портрет накануне двухсот­летия Отечественной войны 1812 года в какую-нибудь экспозицию. Вот будет номер, если, обрадовавшись подарку Патриарха, озадаченные музейщики обнаружат, что такой у них уже есть! Что они подумают о Патриархе? И что Патриарх подумает про Орловскую область, ее светлых и умных руководителях?

Еще одно. Даже не знаю, как об этом писать. И. Ю. Гармаш, который олицетворял собой выс­шее областное руководство, на патриаршей службе в Успенском соборе Кремля был с четками. Кто не верит — посмотрите фотографии, они выложены на многих сайтах.

Четки — признак или очень глубокой религиозности, или показного благочестия. В описываемом случае, по всей видимости, не верно ни первое, ни второе. Ничего не хочу сказать про глубину веры Игоря Юрьевича, но ни на матче «Русичей», ни на заседании областного правительства с четками он ни разу замечен не был. Хотя именно там — по логике глубоко религиозного человека, — борясь с искушениями земного мира, суетой и окружающими бесами, следовало бы перебирать зерна, отсчитывая молитвы. Что делал Игорь Юрьевич с четками в Успенском соборе Кремля на Патриаршей службе? С какими искушениями боролся? Кто ему мешал молиться там? Неужели Патриарх? В церкви службу нужно слушать, участвовать в ней. Это же СОБОР!

Скорее всего, заместитель губернатора взял с собой четки, отправляясь на службу с Патриархом, как атрибут церковности, на всякий случай. Другого объяснения просто нет. Чего ж удивляться вручению очередной копии картины местного художника предстоятелю Русской православной церкви руководителем аппарата губернатора Орловской области в атмосфере великой торжественности?

Неужели И. Ю. Гармаш и его «коллеги» не понимают, что своими руками, своими поразительно светлыми головушками едва ли не каждый день на ровном месте творят анекдоты? Ладно — мы привыкли, такова, видимо, у Орловской области судьба. Не случайно же одна из самых популярных книг крае­ведческого толка называется не как-нибудь, а «Былые чудаки Орловской губернии». То — былые, а это — нынешние.

Но чтобы в Москве, в Успенском соборе, с Патриархом…
Почему, кстати, не захватили с собой в Кремль проект развлекательного центра, который губернатор всеми силами пытается впихнуть на место «Родины» и бывшей Крестовоздвиженской церкви?

— А это, ваше Святейшество, «Макдональдс»! Портрет Ермолова — такой же, как у вас, мы на первом этаже повесим и подпишем: «На этом месте некогда стояла Крестовоздвиженская церковь, в которой в 1861 году по прибытии из Москвы стоял гроб с телом Алексея Петровича Ермолова, изображенного на картине. В церкви служилась литургия и панихида по генералу. А теперь здесь люди жизни радуются». Здорово, правда?

И сердобольный Патриарх, помня о христианском человеколюбии, грустно покачает головой. И опустится Орловская область еще ниже. Хотя ниже, казалось бы, уже и некуда.

Сергей ЗАРУДНЕВ.

Лента новостей

самые читаемые за месяц