Красная строка № 2 (224) от 25 января 2013 года

О временах и сроках. Разговор с бывшим мэром г. Орла В. Сафьяновым

Ровно год назад, 25 января 2012-го, мэра г. Орла В. Сафьянова почти солидарным голосованием двух фракций горсовета сместили с должности орловского мэра. Прошел целый год. Что за это время изменилось? Чем занимается В. Сафьянов, какие у него планы, что он думает про обновленную, радостную орловскую жизнь? Только мы задались этими вопросами, как навстречу — ба! — сам Виктор Викторович идет, свежим орловским воздухом дышит. Это подозрительно. Мы предположили, что бывший мэр что-то готовит, и пригласили его зайти к нам в редакцию. В. Сафьянов согласился.

Сергей Заруднев: — Виктор Викторович, время — подводить итоги. Год — достаточный срок для того, чтобы осмыслить происшедшее. Могла бы ваша история иметь какой-то другой итог?

Виктор Сафьянов: — Мог бы я, будучи мэром, поступать как-то иначе для того, чтобы сохранить за собой свою должность?

С. З.: — Ну, примерно.

В. С.: — Такие предложения — быть послушным и управляемым, как марионетка, — мне намеками делались, но я эти разговоры пресек, поскольку во всем привык действовать самостоятельно. Тем более я не собирался, став мэром, обслуживать чьи-то интересы. Поэтому… Что произошло, то произошло. Я иначе поступить не мог.

С. З.: — О какой точке невозврата, если иметь в виду ваши поступки, идет речь?

В. С.: — Я не могу назвать какой-то «главный» конфликт, если вы об этом. С губернатором у нас вообще не было открытой кон­фронтации, не говорили даже на эту тему. Когда он признался в «единственной ошибке в жизни» — моем избрании — мне стало интересно, какие у говорящего есть ко мне претензии как к мэру города, поскольку в личных беседах они никогда не высказывались. Были озвучены результаты якобы проверки. Но я прекрасно знаю, как ее организовывали и как проводили. Серьезных претензий я не услышал. Если б они имелись, то были бы предъявлены в том числе и к исполнителям, как минимум, к двум моим замам. Однако один из них становится заместителем председателя областного правительства, а другой, точнее, другая — возглавляет Контрольно-счетную палату области. Спрашивается, где логика? Если говорить о конфликте интересов, то таких случаев было несколько. Например, связанных с распоряжением землей на территории города. Еще в 2010-м после моей просьбы губернатор поручил законодательно этот вопрос рассмотреть, чтобы передать право распоряжаться землей на территории г. Орла муниципальному образованию. И где это поручение? Оно не выполнено.

С. З.: — Губернатор был неискренен или он не управляет?

В. С.: — Говорить на тему неискренности, непоследовательности или некомпетентности губернатора — совершенно избыточное занятие, поскольку в этой теме все давно разобрались. Я присутствовал на многих заседаниях, совещаниях с его участием, когда губернатор говорил одно, а делал затем иное. А думал, возможно, при этом третье. Какая-то двойная мораль присутствовала всегда. «Теплогаз», «Родное село»… Дело ли губернатора заниматься отдельными точками для устройства торговых павильонов? Это при том, что не соблюдаются требования «Роспотребнадзора», захламляется территория и уродуется облик города.

С. З.: — На протяжении многих лет мы пытаемся найти в дей­ствиях областной власти какие-то высокие идеи, некие тонкие духовные устремления. И к своему удивлению (хотя, наверное, пора перестать удивляться), приходим к выводу, что ничего, кроме имущественных интересов, там, похоже, нет. Давайте продолжим тему высоких духовных исканий.

В. С.: — Давайте. Городская земля, «Теплогаз», «Родное село», «Орлэкс», кинотеатр «Родина»… Согласитесь, странно, что через областные государственные средства массовой информации была развернута пропагандистская кампания с участием самого губернатора, целью которой было доказать, что «Родину» необходимо снести, а на ее месте — построить торгово-развлекательный центр. Причем, преподносилось это так, будто ничего важнее для Орла сегодня попросту нет. Операция провалилась, поскольку горожане встретили бизнес-проект в штыки, что еще раз говорит о степени популярности губернатора среди орловцев и уровне понимания им реальных проблем г. Орла. А также свидетельствует об интересах этого человека. Когда же мы приобрели для города действительно нужный объект — ДК «Металлург», какие упреки посыпались в адрес муниципалитета со стороны областной власти! До того я имел опыт работы с тремя губернаторами — Строевым, Яковлевым и Матвиенко. Честно говоря, столь неквалифицированного управления, как при Козлове, я не встречал нигде.

Юрий Лебёдкин: — Поговорим о кадровой политике. Если Сафьянов — «единственная ошибка» губернатора, значит вся остальная кадровая политика губернатора — на высоте. Однако при этом А. Козлов выгнал тучу своих заместителей и начальников департаментов. Сначала — В. Еремина. Первого зама Б. Коновалова «ушли» из-за недостоверной налоговой декларации — еще одна кадровая ошибка, как минимум. Избавились от Д. Орлова, вроде бы выгнали даже за пределы Орловской области. В послушную мэрию сослали А. Бойко и А. Муромского. А. Климов не успел поменять «Водоканал» на областную администрацию, как его тут же выперли из начальников департамента. То есть у губернатора — целая цепь кадровых ошибок, если пользоваться его терминологией. Об иных оставшихся на работе вообще помолчим. То есть был Сафьянов, который мешал созидательной политике губернатора. Год как мэра Сафьянова уже нет. Что изменилось в городе и области?

В. С.: — Судя по той информации, которой располагаю я, к лучшему не изменилось ничего. Улучшилось положение с транспортом? Не думаю. Стало лучше с теплохозяйством? Нет. С уборкой улиц? Вы сами все видите. С подготовкой к 450-летию? Уверяю, что нет, время уже потеряно. Где успехи? Даже телодвижений серьезных не видно. На уровне федеральной власти — я ведь общаюсь с разными людьми — городом Орлом серьезно никто не занимается. Сегодня нет ни в области умелого, опытного руководителя, ни в Орле — предсказуемой власти, с которыми можно иметь дело. Формальных поводов для того, чтобы снимать с должностей, сегодня гораздо больше, чем их было год назад. При сохранении такого положения больших достижений ожидать не приходится. Как человек, долго проработавший в органах власти, скажу, что в городе сегодня я тоже не вижу «единоначальника», способного принимать грамотные решения и отвечать за их результат.

С. З.: — А зачем, скажите, вы согласились с изменениями в Уставе города, в соответствии с которыми вас позже и отстранили от должности? Выходит, что в нынешней ситуации с муниципальным управлением есть доля и вашей вины?

В. С.: — То, в чем вы меня упрекаете, было общей тенденцией, практикой, применяемой во многих регионах страны. Такая система управления была рекомендована администрацией Президента и прошла проверку временем, в том числе и в Санкт-Петербурге, где я работал в должности главы администрации Колпинского района, в котором было шесть муниципальных образований. Эта система работает, но при условии, что глава администрации или сити-менеджер, как его еще называют, занимается тем, что прописано в Уставе муниципального образования, не выходя за рамки своих полномочий. Мэр — управляет городом, не отдавая это на откуп главе. Мэр должен спрашивать и требовать! А сити-менеджер — отвечать. Некоторых вещей я просто не понимаю: глава администрации приходит на совещание к губернатору, а мэра не приглашают… Речь не просто о людях — Берникове и Ступине, а о должностных лицах. Дело сити-менеджера — текущие хозяйственные вопросы. А на совещание к губернатору должен ходить мэр. Когда вернется, он вызовет главу и поставит перед ним задачу. И потребует исполнения. Сейчас в Орле непонятно что творится.

С. З.: — Ваше мнение вновь расходится с мнением губернатора. А. Козлов во всеуслышание заявил, на пресс-конференции сказал, что мэр нужен для того, чтобы грамоты подписывать. А городом управляет глава администрации. С ним и нужно иметь дело.

В. С.: — Оставлю без комментариев. Наверное, это шутка.

С. З.: — Давайте поговорим о культуре, а то тошно. Вам как «человеку с двойным граждан­ством», то есть живущему и в Орле, и в Петербурге, конный памятник Ермолову ничего не напоминает?

В. С.: — Напоминает, конечно. Никто никогда не говорил памятнику Ермолову в Орле «нет». Памятник герою войны 1812 года, знаменитому земляку — это нормально. Вопрос — как он делался и что из этого вышло. Выдающейся эту конную статую назвать, конечно, нельзя. Но полемизировать я не стану. Памятники ведь и нужны для того, чтобы увековечивать великих людей Отечества.

С. З.: — Или тех, кто эти памятники устанавливает…

В. С. : — Простите?

С. З.: — Я говорю, что когда смотришь на памятник Ермолову в Орле, становится жалко лошадку, просто-таки гибнущую под своей непосильной ношей, непропорционально огромным, грузным седоком. Этот памятник похож на памятник самим себе. Ермолов был большим человеком во всех смыслах, да, но и коней тогда тоже подбирать умели. Полководцы не ездили на согбенных осликах. Мы грустим оттого, что памятник земляку оказался не только не самобытным, будучи банально и поверхностно слизанным с «Медного всадника», но во многом еще и комичным. Не думаю, что Ермолов этого заслуживает.

В. С.: — Согласен, что есть вопросы. В Петербурге я внимательно присматривался как минимум… к четырем статуям, думая, каким следует быть Ермолову в Орле: к памятнику Александру Невскому перед Александро-Невской лаврой, памятнику Николаю I, Петру I и, конечно, Александру III у Русского музея. Они все разные. Это искусство, а оно требует кропотливой, серьезной работы. Почему в Орле все делалось как-то исподтишка? Поэтому, видимо, и результат такой.

С. З.: — Позвольте от искусства, которое по определению не может явиться причиной отставки мэра г. Орла, перейти к сокровенному. Чем же вы больше всего насолили областным патрициям? Когда в перечне конфликтов с «Серым домом» называется «Родное село», я недоумеваю. Позиция города в вашу бытность мэром не мешала «Родному селу» удобрять орловские мостовые так и в том объеме, как «Родному селу» хотелось.

В. С.: — Не соглашусь, хотя, конечно, это всего лишь одна из причин. По ряду площадок под павильоны конфликт был прямой на уровне моих замов и замов губернатора. Никто не против помощи «отечественному производителю», но помощь нужно оказывать цивилизованными способами. Если же все сводится к тому, чтобы избавлять конкретную фирму от платы за аренду или участия в торгах, уместнее говорить о лоббировании личных бизнес-интересов.

С. З.: — К вопросу о личном. Вашу позицию по «Теплогазу» многие объясняют тем, что вы пытались завести в город своего инвестора. Отсюда — ваша неуступчивость и нежелание отдавать Орел «Теплогазу».

В. С.: — А что Орел от «Теплогаза» получил? Какое из своих «стратегических» обещаний «Теплогаз» выполнил? В качестве одного из возможных инвесторов рассматривалась структура, которая поставляла тепло «Теплогазу», за которое, в свою очередь, «Теплогаз» даже не способен расплатиться. Речь идет о ТГК-4. Этот потенциальный инвестор — «мой» или он все-таки нужен городу? Почему конкретные люди в областной власти лоббируют интересы слабо сработавшего «Теплогаза», а муниципалитет должен с этим мириться? И в этом случае наши с губернатором позиции разошлись. Но и это — лишь одна из многих причин, приведших к моей отставке. Знаете, мне очень нравятся слова Черчилля, сказавшего, что государственный деятель отличается от политика тем, что думает о будущем страны, в то время как политик думает о будущих выборах. В позиции губернатора ничего государственного я не вижу.

Ю. Лебёдкин: — Мы несколько раз писали о том, как областная администрация упорно «нагибала» городскую власть, чтобы та на десять лет заключила договор именно с «Теплогазом». Вы отказались это делать. Затем сам «Теплогаз» отказался продлевать договор, сославшись на то, что считает предложенные условия невыгодными. И вот областная власть вновь, невзирая ни на «теплогазовские» долги и, мягко говоря, очень странную финансовую и экономическую политику, добивается, чтобы город все-таки отапливал именно «Теплогаз», причем, практически на тех же условиях, за которые сегодня судят Еремина!..

С. З.: — Виктор Викторович, это к тому, что ваша замечательная цитата из Черчилля, к сожалению, не актуальна и не применима к Орловской области. Здесь нет ни политических, ни государственных интересов, здесь во власти присутствует нечто третье… Как бы поделикатнее выразиться…

Ю. Л.: — Здесь, по всей видимости, присутствуют коммерческие интересы.

С. З.: — Да. Поэтому позвольте перейти к теме, которая по заложенному в нее коммерческому потенциалу в краткосрочной перспективе, возможно, окажется интереснее и «Теплогаза», и «Родного села», и многого другого вместе взятого — к подготовке празднования 450-летия Орла. Атмосфера в преддверии 450-летия в откровенных разговорах характеризуется сегодня так: «Ребята, это будет гигантский и циничный распил «бабла»!». Имеется в виду, что после фейерверков город внешне практически не изменится, зато денег в разных глубоких карманах осядет о-очень много.

В. С.: — Знаете, что мне сказали знакомые питерцы после моей отставки? «Наверное, вы пошли против чьих-то интересов в расходовании бюджетных средств, запланированных на подготовку к празднованию 450-летия Орла?». Тема, вы правы, «интересная». Но не факт, что город значительные федеральные суммы вообще получит. Для этого необходимы софинансирование, документация, экспертиза. Необходимо убеждать руководителей федеральных органов в приоритетности тех или иных расходов, поскольку деньги будут выделяться через министерства и ведомства. На один рубль бюджетных денег мы готовы были привлечь в Орел от трех и более рублей внебюджетных средств. Наработки такие имелись, велись переговоры с представителями деловых кругов, испытывавших доверие к городской власти. Серьезная и кропотливая работа по подготовке города к юбилею должна была обеспечить кумулятивный эффект, можно было создать серьезный задел сразу по нескольким направлениям. И работа эта, кстати, велась открыто, гласно, под контролем и с участием общественности. С какими серьезными инвесторами ведет переговоры администрация области сегодня? Про город я не спрашиваю, поскольку мэрия от этого процесса фактически отстранена.

С. З.: — То есть существуют два взаимоисключающих посыла: либо будет гигантский распил «бабла», либо, как вы говорите, нужно еще посмотреть.

В. С.: — Я думаю, что к реальности ближе второй вариант. Если у федерального центра не будет доверия к областной власти, никто Орлу серьезных денег не даст. Система должна быть готова к рациональному расходованию выделяемых средств. Вполне возможно, что скоро поступит команда умерить аппетиты, проблем и задач в городе более чем достаточно и без праздника: нужно расселять население из ветхих и аварийных домов, строить и ремонтировать дороги, мосты, находящиеся сегодня в аварийном состоянии; заниматься комплексным благоустройством, социально-экономическим развитием, транспортной, инженерной инфраструктурой, безопасностью жизни горожан, экологией и др. Власть, одним словом, должна работать, а это сегодня не очень заметно. Я скажу так: наступит момент, когда областной администрации придется ответить за все, что удалось наворотить за эти годы. Да и не только ей придется держать ответ. Возможно, что количество уголовных дел будет не меньше, чем сегодня в Министерстве обороны. И за добро, и за зло всегда наступает расплата. Ну, а если расплата не наступила, значит время еще не пришло.

С. З.: — Согласны. Сроки не подскажете, хотя бы сезонные: зима, лето, весна, осень?

В. С.: — Отвечу так: ждать осталось недолго.

С. З.: — Верите, наверное, в справедливость? Вы, когда начали бороться в суде против своей отставки, какую цель преследовали, на что рассчитывали?

В. С.: — Прежде всего, я хотел доказать, что депутаты горсовета были не правы, поскольку мотивы, по которым меня отстранили от должности, абсолютно надуманы.

С. З.: — И что в итоге?

В. С.: — Свои убеждения и прин­ципы я сохранил. Но главное, что я вынес из общения с судебной системой: доказать свою правоту — очень сложное дело.

С. З.: — Сочувствуем. То есть Верховный Суд решение оставил без изменения?

В. С.: — Заместитель Председателя Верховного Суда РФ не нашел оснований для направления дела в Президиум ВС РФ на рассмотрение.

С. З.: — Честно говоря, никто и не верил, что вас восстановят в должности.

В. С.: — У меня не было задачи вернуться на пост мэра тогда, ни тем более нет такой задачи сегодня. С некоторыми людьми я бы просто не стал работать.

С. З.: — Это хорошо, что вы не принимаете близко к сердцу жизненные перипетии. Давайте поговорим о быте. Где вы сейчас живете, чем занимаетесь?

В. С.: — Как «человек с двойным гражданством» живу и в Орле, и в Петербурге. Проблемы с трудоустройством нет, поверьте, но я не горю желанием занять какую-то должность именно сейчас, хотя сохранившихся деловых и дружеских связей у меня достаточно. В том числе в таких структурах, как «Газпром», «РЖД» или «Роснефть». Но я работал и в федеральных, и в региональных органах власти… Посмотрим. Если будет высказано пожелание, чтобы я вернулся в Орел, не исключаю и этого. Но здесь требуются два условия: решение руководства страны и согласие населения. С губернатором Козловым я работать не буду, это однозначно. Мне неинтересен человек, который, что бы ни случилось, — ни при чем.

С. З.: — Про Орел — это интересно. Виктор Викторович… В местной политической и отчасти бытовой культуре существует определенное недоверие к поведению, не имеющему политической или коммерческой мотивации. Ну, допустим, вышли вы утром погулять, подышать свежим воздухом, а народ думает: «Чего это он здесь ходит? Что задумал?». Вы в Орле-то что делаете? Что задумали?

В. С.: — Что вам ответить… Никогда не говори «никогда», верно? Если скажу, что просто вышел воздухом подышать, ведь не поверите?

С. З.: — Почему же? Мы-то — да…

Вопросы и ответы записывал
Сергей ЗАРУДНЕВ.

самые читаемые за месяц