«Переводчик» Оглы исчез, не оставив визитки…

23 апреля в Орле случилось странное событие. Вот как о нем сухим языком протокола рассказывает специально по этому случаю выпущенный пресс-релиз областного управления наркоконтроля.

«23 апреля текущего года сотрудники Кромского межрайонного отдела Управления ФСКН России по Орловской области старший оперуполномоченный по особо важным делам капитан полиции А. Журов и оперуполномоченный по особо важным делам старший лейтенант полиции И. Прилепский осуществляли конвоирование следственно-арестованного гражданина А. Оглы из помещения следственного отдела Управления в СИЗО-1 УФСИН России по Орловской области.

Несмотря на то что от здания Управления ФСКН до СИЗО не более трёхсот метров, сотрудники полиции на служебном автотранспорте, предназначенном для конвоирования, отвезли арестованного в одно из кафе, расположенное в другом районе города, по ул. 1-я Курская. Как пояснили позже сотрудники полиции, арестованный Оглы, воспользовавшись их невнимательностью, совершил побег из туалета кафе.

…Журов и Прилепский взяты под стражу. Сотрудники Управления ФСКН России по Орловской области совместно с коллегами из Следственного управления уточняют все обстоятельства происшествия.

В ближайшее время все сотрудники Управления ФСКН России по Орловской области пройдут проверку на полиграфе («детекторе лжи»)…».

Последнее предложение дает понять, что дело гораздо серьезнее, чем побег гражданина Оглы из туалета кафе. Почему? А вот в этом и заключается странность данного происшествия.

Большинству взрослых жителей города известна уникальность улицы Красноармейской, на которой последовательно расположены такие учреждения, как областной суд, тюрьма (СИЗО-1 УФСИН России по Орловской области), чуть далее, через неширокую дорогу, — областная же прокуратура и ньюсмейкер в нашем случае — областное управление наркоконтроля (Управление ФСКН). Это очень серьезная улица.

Доставить гражданина А. Оглы к сотрудникам наркоконтроля и вернуть обратно в тюрьму через дорогу есть задача, не требующая очень большой подготовки. Даже если учесть, что гражданина Оглы собирался при конвоировании (см. х/ф «Неуловимые мстители) отбить цыганский табор во главе с медведем, перебежками все равно достичь стен СИЗО не составляет труда. Однако достоверно известно, что табор отбивать Оглы не собирался. На улице, помимо обычных пешеходов, зевак и сотрудников Кромского межрайонного отдела Управления ФСКН России по Орловской области старшего оперуполномоченного по особо важным делам капитана полиции А. Журова, оперуполномоченного по особо важным делам старшего лейтенанта полиции И. Прилепского и гражданина Оглы, — больше никого не было.

Что же случилось? Начнем с физиологии. Если предположить, что Оглы не успел сходить в туалет в управлении наркоконтроля, хотя очень хотел, и конвоиры оказались в затруднительном положении (что делать с мающимся человеком?), совершенно абсурдной представляется мысль, будто единственным выходом из данной ситуации было не бежать к воротам СИЗО, подбадривая арестованного, а ехать в какое-то кафе за несколько кварталов от места, где случились спазмы.

Хотя можно было: а) вернуться в наркоконтроль и пописать там, б) добежать-таки до тюрьмы (и пописать там), в) достичь расположенной по соседству с наркоконтролем областной прокуратуры, если в управление по каким-то причинам второй раз не пускают (и пописать там), г) выбрать еще десяток адресов учреждений и углов зданий (и пописать там). То есть проблема, как мы видим, решается многовариантно.

Однако оперуполномоченный по особо важным делам капитан полиции А. Журов из Кромского межрайонного отдела управления ФСКН и его коллега И. Прилепский с гражданином Оглы решили почему-то ехать в кафе.

Навскидку можно назвать полтора десятка точек общепита, оборудованных туалетом, куда можно было бы опять-таки добежать или даже доехать, если приспичило сделать это именно в кафе, не удаляясь от тюрьмы и управления в район Курских улиц, что через речку…

Можно, кстати, было сделать ЭТО и на берегу, безлюдном пока еще в нестойкие весенние деньки. Но опера (или Оглы?) выбрали кафе «Кают-компания» (см. карту) по адресу: г. Орел, ул. 1-я Курская, д. 83. Любопытно, что сам г-н Оглы живет (согласно регистрации) неподалеку от «Кают-компании», на той же 1-й Курской.

Возможно (меняем, таким образом, версию), Оглы хотел не облегчиться, прошу прощения, а, наоборот, перекусить, то бишь хорошо, сытно покушать? В тюрьме в этом смысле не разгуляешься, хотя передачи разрешены законом, а в наркоконтроле бутерброды для конвоируемых вряд ли предусмотрены. Кафе же (продолжаем версию) Оглы было хорошо известно и соответствовало его изысканному вкусу.

Оперуполномоченные, в свою очередь, решили: «Какая разница, где есть?» — и поехали, куда Оглы сказал. Версия имеет право на существование.

Правда, конвоирам велено было везти А. Оглы в тюрьму…

Вот поэтому история и кажется очень странной. Возможно, в Кромах живут и работают на редкость отзывчивые люди, которые даже под страхом наказания не могут игнорировать просьбы заключенных и подследственных. Возможно также, что орловец Оглы намеренно ввел кромчан Журова и Прилепского в заблуждение, сказав им, что здесь, в городе Первого салюта и Воинской славы, так принято: сначала напои, накорми, а потом уже… Эта версия также имеет право на существование.

Склонные к мистификации уверяют, что в данном случае явно просматривается влияние и последствие гипнотического воздействия — Оглы-де загипнотизировал старшего опер­уполномоченного и просто оперуполномоченного Журова и Прилепского, заставив их везти себя в кафе. И то, что он заставил их везти себя именно в кафе, говорит об особом цинизме Оглы, который, веря в силу своего гипнотического воздействия, измывался над оперуполномоченными из Кром, потому что, если хочешь удрать от конвоя, в кафе не едешь, а посылаешь гипнотические волны и даешь деру.

Говорят, что Оглы тоже был загипнотизирован и в этой истории никто не виноват, потому что — кто так удирает?

Словом, все трое поехали в кафе. Версия, выдвинутая кромчанами-полицейскими, что Оглы улепетывал от них из туалета, воспользовавшись «невнимательностью», правдива только наполовину. Камера наблюдения, действительно, показала, как гражданин Оглы, сидевший тихо-мирно в компании двух оперуполномоченных за столиком кафе «Кают-компания», ул. 1-я Курская, 83, спокойно из-за этого столика встал и ушел. Возможно (не будем говорить того, чего не знаем), что и в туалет. А компания — оперуполномоченные из Кром А. Журов и И. Прилепский, — действительно, внимания на перемещение гражданина А. Оглы не обратила. Таким образом ушедший в неизвестность г-н Оглы, действительно, воспользовался — самым циничным, самым неизвинительным способом — невнимательностью притомившегося конвоя.

Где теперь господин Оглы, только ветер знает да ковыль в степях Забайкалья.

Кстати, о господине Оглы. Точнее, даже не о нем, а о проблемах управления наркоконтроля, куда герой был отконвоирован, после чего исчез. Коротко о господине А. Оглы: 1989 г. рождения, то есть молод, подвижен и предприимчив, но не очень удачлив — обвиняется в двух десятках краж, за что и был закрыт в СИЗО-1 на ул. Красноармейской. В наркоконтроль его вели в качестве… переводчика. То есть господин А. Оглы — с двумя десятками эпизодов хищения чужого имущества — должен был переводить с цыганского на русский и обратно, безотносительно к собственной криминальной истории. Почему на эту ответственную роль наркополицейские, к поимке господина Оглы не имеющие никакого отношения, пригласили именно господина Оглы — очень сложный вопрос. Возможно, в тюрьме не было другого цыгана. Вопрос второй, вытекающий из первого: а почему толмача нужно искать именно в тюрьме? Возможно, оперуполномоченные А. Журов и И. Прилепский тоже удивились этому обстоятельству, да так, заметим, сильно удивились, что кафе для прояснения сознания было крайне, жизненно необходимо.

Третий вопрос, который тоже наверняка задавали себе в «Кают-компании» кромчане: можно ли верить переводу с цыганского на русский и обратно человека, обвиняемого в двух десятках краж? Возможно, даже Оглы вслух задавал этот вопрос, после чего, не получив ответа, ушел.

Словом, без «детектора лжи» в этой истории не разобраться. А Оглы, я думаю, пошел домой. А вот из дома куда — это уже вопрос.

Сергей ЗАРУДНЕВ.

самые читаемые за месяц