Почему показали мумию?

Когда я возвратился из кинотеатра, куда ездил покупать билет на фильм «Высоцкий. Спасибо, что живой», домочадцы спросили меня, большая ли там очередь. Вопрос был вполне резонным: фильм рекламировали как событие эпохи, высочайшую оценку ему дал сам В. В. Путин. Владимира Владимировича более всего восхитило портретное сходство героя с оригиналом. Авторы фильма объясняли ему, что это достигнуто с помощью компьютерных технологий, и обещали по секрету назвать сыгравшего эту роль актёра.

После всего этого, естественно, следовало ожидать, что народ валом повалит в кинотеатры и будет давка за билетами. Но у кассы я оказался один, и на сеансе присутствовало всего два десятка зрителей, т. е. зал был почти пустой. Возможно, это объясняется тем, что сейчас далеко не каждый россиянин может позволить себе «роскошь» сходить в кино. Во всяком случае у всех, кому не довелось посмотреть «эпохальный» фильм, нет никаких оснований расстраиваться и переживать: эта лента представляет собой такую гнусную карикатуру на Высоцкого, какую только можно придумать.

К слову сказать, фильму была посвящена передача «Пусть говорят». Один из её участников, не разделявший восторга бомонда по поводу этого «события» в киноискусстве, заметил, что нам показали не живого поэта, а мумию. И это действительно так: внешнее-то сходство есть, а взгляд у актёра пустой, отсутствующий; перед нами не действующее лицо, а фактически статист. Само собой разумеется, что эта мумия не даст зрителю никакого представления о творчестве Высоцкого, не объяснит, почему он стал поистине народным поэтом, а его песни мгновенным эхом в магнитофонных записях разлетались по всей стране.

Отнюдь не случайно Высоцкий именно в таком издевательском, непотребном образе предстал на экране. Чтобы написать портрет поэта, нужно знать психологию эпохи, в которой он жил и творил. А это не дано нынешним служителям искусства, ибо они глядят на ту эпоху через призму «демократического гуманизма», и потому она видится им жестоким тоталитарным режимом, с помощью своего основного орудия — КГБ — беспощадно расправлявшимся со всеми инакомыслящими. Вследствие этого в карикатурном виде изображены все герои фильма, в том числе и сотрудники КГБ.

Обычно «демократические» гуманисты представляют КГБ всемогущим монстром, от которого нет спасения ни в каком уголке планеты. Например, они рассказывают историю о том, будто «органы» отправили на тот свет Троцкого в Мексике. В фильме же сотрудники КГБ выглядят ближайшими родственниками небезызвестного Митрофанушки.

Высоцкий прилетает на гастроли в Узбекистан, и сотрудники КГБ республики начинают ломать голову, как «нейтрализовать» Высоцкого. Разрабатывается такой вариант: склоняется к сотрудничеству отвечающий за организацию концертов работник культуры, который должен уведомить кагэбистов, когда будут уничтожать корешки от проданных на концерт билетов. Дело в том, что путём такой операции вырученные от продажи билетов деньги якобы присваивались Высоцким и всеми, кто был причастен к организации его концертов. Но, во-первых, совершенно непонятным остаётся, почему КГБ должен был «нейтрализовать» Высоцкого, ибо никакой угрозы обществу он своим поведением не создаёт; во-вторых, если Высоцкий и устроители его концертов и впрямь умыкали деньги, то что мешало всемогущему КГБ раньше пресечь это жульничество?

Вся эта бросающаяся в глаза несуразица объясняется тем, что авторы фильма положили в его основу ложную идею: Высоцкий был якобы борцом с «тоталитаризмом», потому его, дескать, и норовил КГБ прижать к ногтю. На самом же деле у КГБ не было и не могло быть причин преследовать Высоцкого, так как он не был антисоветчиком. «Демократические» служители муз перепутали божий дар с яичницей. Правда состоит в том, что ведшая народ «ленинским курсом» КПСС считала Высоцкого опасным возмутителем спокойствия: он открыто, во весь голос бичевал пороки общества и тем самым, по мнению боровшихся с «культом личности» И. В. Сталина «верных ленинцев», портил имидж общества «развитого социализма». Но в этом не было никакого антисоветизма, наоборот, Высоцкий обрушивался всей мощью своего таланта на всё, что мешало обществу легко и свободно дышать, только потому, что был гражданином, пламенным патриотом социалистического Отечества. Он выступал не против Советской власти, а против того, что могло вредить этой власти. Он видел, что у нас не всё было, «как надо», и потому не мог молчать. Но «верные ленинцы», повторяем, видели в этом подрыв авторитета «развитого социализма» и потому делали всё возможное для ограничения влияния его творчества на сознание народа. Например, его стихи не издавались, песни, за редким исключением, не записывались на грампластинки и т. д. Никаким же преследованиям Высоцкий не подвергался. И никаких проблем у него не возникало со всевозможными заграничными поездками.

Сам Высоцкий не понимал причину опалы. Немилость «начальства» вызывала у него недоумение, о чём он говорил в своих письмах партийному руководству. В письме секретарю ЦК КПСС П. Н. Демичеву он, в частности, писал: «Я хочу поставить свой талант на службу пропаганде идей нашего общества, имея такую популярность. Странно, что об этом забочусь один я. Это не простая проблема, но верно ли решать её, пытаясь заткнуть мне рот или придумывая для меня публичные унижения?

Я хочу только одного — быть поэтом и артистом для народа, который я люблю, для людей, чью боль и радость я, кажется, в состоянии выразить, в согласии с идеями, которые организуют наше общество». И так как никакой борьбы Высоцкого против Советской власти не было, то создателям фильма пришлось её выдумывать, высасывать из пальца, и потому ничего, кроме мумии, не могло получиться.

Судьба Высоцкого такова, что он оставался непонятым властями предержащими как при жизни, так и после смерти. Когда у нас началась «перестройка», т. е. когда поэта уже не было в живых, по инициативе творца «нового мышления» М. С. Горбачёва Высоцкому была посмертно присуждена Государственная премия СССР. Этот жест объясняется тем, что «архитекторы и прорабы перестройки», водворявшие «демократические» порядки, нуждались в знамени, для чего вроде бы подходил пользовавшийся у народа необычайной любовью и популярностью Высоцкий. Но вскоре «демократическим» благодетелям народа пришлось разочароваться: Высоцкий для этой цели оказался явно непригодным. «Демократы», например, вовсю славословили пресловутую хрущёвскую «оттепель», у Высоцкого же к ней противоположное отношение:

Потеряю истинную веру —
Больно мне за СССР:
Отберите орден у Насера —
Не подходит к ордену Насер!

Можно даже крыть
с трибуны матом,
Раздавать подарки
вкривь и вкось,
Называть Насера нашим братом,
Но давать Героя — это брось!

Почему нет золота в стране?
Раздарили, гады, раздарили.
Лучше бы давали на войне, —
А Насеры после б нас простили.

Он, как видим, выражается несколько грубовато, но где сказано, что поэт обязан ухо словом ласкать?
Высоцкий отдал определённую дань теме лагерей, сталинских «репрессий», но впоследствии вот что он писал:

Разглядеть, что истинно,
что ложно,
Может только
беспристрастный суд:
Осторожно с прошлым,
осторожно —
Не разбейте глиняный сосуд!..

В минном поле
прошлого копаться —
Лучше без ошибок, — потому
Что на минном поле ошибаться
Просто абсолютно ни к чему.

Именно Высоцкому принадлежат вот эти строки:

…Было время — и были подвалы,
Было дело — и цены снижали,
И текли куда надо каналы
И в конце куда надо впадали.

У Высоцкого есть вещи, которые нужно отбросить как литературный мусор. Это стихи и песни на так называемую лагерную тему, хотя и они, безусловно, свидетельствуют о его таланте. Характерно, что сам Высоцкий к ним больше не возвращался. В целом же его творчество представляет собой несомненный вклад в сокровищницу литературы и искусства, и оно враждебно «демократическому» духу.

Стихи и песни Высоцкого будят умы и совесть. Они пронизаны пафосом героизма, мужества, борьбы, самопожертвования. Ничего общего с этим не имеет «демократическая» мораль — мораль животного эгоизма, безудержного потребления, поклонения золотому тельцу, равнодушия и безразличия к людям, народу.

Разобравшись, что Высоцкий не одного с ними поля ягода, «демократы», вчера бурно негодовавшие по поводу того, что «тоталитарный» режим не давал житья поэту, принялись его развенчивать. Например, покойный Б. Окуджава договорился до того, что у Высоцкого, дескать, не было никакого таланта.

И всё-таки «демократы» не хотят расставаться с Высоцким: уж очень заманчива возможность нажить на нём политический капитал, т. е. использовать его авторитет и популярность у народа для того, чтобы люди безропотно следовали за ними курсом «реформ» и не помышляли о восстановлении «тоталитаризма». И если у них ничего не получилось с тем, чтобы употребить Высоцкого в качестве своего знамени, то они не прекращают попыток подогнать его под свою «демократическую» колодку.

Так, в 1997 г. в издательстве «Надежда-1» вышло в свет собрание сочинений В. Высоцкого в 4-х книгах. Четырёхтомник представляет собой, по сути, полное собрание его сочинений и, казалось бы, в нём должно быть собрано всё, что имеет отношение к поэту. Но там отсутствует анкета, заполненная Высоцким по вопросам артиста театра имени Е. Вахтангова А. Меньшикова, ранее работавшего в театре на Таганке (анкета была опубликована в книге «Я люблю — и, значит, я живу», Москва, «Русский язык», 1990, с. 154—156). Почему же в четырёхтомнике не нашлось места для несомненно ценного документа, позволяющего составить наиболее полное представление о мировоззрении, взглядах автора? Ларчик открывается просто: в анкете среди других есть графа «Самая замечательная личность». Высоцкий здесь написал: «Ленин, Гарибальди». У «демократов» же другие кумиры. И если бы эта анкета была опубликована, то всем бы стало яснее ясного, что Высоцкий «демократам» не друг и не родственник.

Сейчас растёт поколение, не знающее настоящего Высоцкого, и этим пользуются «демократические» просветители: они издают книги и диски с его стихами и песнями на лагерную тему и тем самым делают из него изобличителя «тоталитаризма».

Очевидно, нельзя считать случайностью тот факт, что одним из первых зрителей фильма оказался В. В. Путин и была обнародована именно его оценка этого фильма. Она, конечно, свидетельствует, что и эстетика не является той областью, где можно признать Владимира Владимировича авторитетом. Но той части публики, которая принимает «демократическую» трактовку творчества Высоцкого за чистую монету, восторженный отзыв Путина о фильме не может не импонировать. И в этом заключается реальная вероятность того, что данная часть «электората» на предстоящих президентских выборах предпочтёт отдать голоса за нынешнего премьера.

Алексей Заринский.

самые читаемые за месяц