Красная строка № 24 (290) от 1 августа 2014 года

Сапожники без сапог

Празднование Года культуры в России — очень хороший повод покрасоваться и сотворить себе «имидж». А заодно — и прекрасная возможность расправиться с наболевшими проблемами, «закрыть» навсегда такие темы в этой области, которые стали предметом бесконечных «приставаний» докучливых активистов, неформальных борцов за наследие. Надо эти темы просто вытеснить. Выбрать несколько объектов, объявить их знаковыми, развести вокруг них кипучую деятельность, вписать в неё своё имя, символически приурочить это к государственным декларациям и программам. Этого достаточно, чтобы создать видимость большой работы и отправить «за борт», в маргиналитет своих критиков, обвинив их в априорном желании всё обливать грязью. А для пропаганды — сделать, например, серию передач на ТВ, посвящённых наследию, кое-что недоговаривая, кое-что — слегка перевирая, уснастив это выспренными фразами, а также изображениями «деятелей культуры», несущими эту самую полуправду. Реальный же результат и сопутствующие потери — не важны. Но как раз сама охрана памятников в её строгом профессиональном понимании, само наследие — это и есть «сопутствующие потери» в этом маскараде, где равнодушные циники надевают на себя «лицо» культуры.

Неквалифицированные рабо­ты на памятниках истории и культуры, «реконструкция» вместо реставрации, «воссоздание» ещё существующего памятника путём его предварительного сноса, «консервация» с полной утратой исторического облика — стали сегодня в России повсеместными. Приходится с прискорбием признать, что это подменило государственную политику в области культурного наследия, став реальной тенденцией, которую нельзя замаскировать никакими фразами и популистскими акциями, не спрятать за красивыми вывесками вроде Года культуры или 450-летия города. Более того, именно эти «назначенные» даты дают дополнительное ускорение негативным процессам — оно и понятно, ведь маслом, подливаемым в огонь, служат здесь сотни миллионов, щедро отпускаемые государством на «знаковые» объекты.

Уже больше пяти лет прошло со времён Строева, но что изменилось с тех пор? Тот же произвол, то же беззаконие, те же варварство и непрофессионализм. Сколько неподдельного восторга было выплеснуто в связи с «реконструкцией» Александров­ского моста! Смешно сказать, но ведь тот мост, по которому мы ходим теперь, охраняется государством как памятник истории и культуры! Кто расскажет людям правду, кто объяснит, что только у нас можно убить подлинник, но, повесив вместо него плохое изображение и номинально воздавая ему необходимые почести, не считать себя оставшимися в долгу перед совестью! Да осталась ли она, совесть? Или её место заняли более востребованные общественные «добродетели» — пафос и лицемерие? Почему работы на мосту велись как «реконструкция»? Почему не было проекта реставрации? Где реставрационная лицензия у «Мостотряда», проводившего работы? Почему его начальник через прессу распространял прямую ложь о том, что нет первоначального проекта, тогда как он 30 лет назад найден С. И. Фёдоровым, и об этом написано в его книге «Записки архитектора» со всеми архивными ссылками? Где были управление культуры и ВООПИиК? Где научно-проектная документация со всеми историческими материалами? Есть документ, свидетельствующий об освоении управлением культуры в 2005 году 20 млн. рублей на цели охраны памятников. Под ним — фамилии начальника отдела культурного наследия Д. А. Моисеева и начальника управления О. М. Долягиной. Существуют уникальные фото арочных эстакад, оснований моста, полностью сохранившихся с 1880 года, нетронутых фашистскими минами и обнаруженных в идеальном состоянии в 2006 году. Почему наследие, сохранённое и бережно отреставрированное после войны, варварски разнесли в щебень «реконструкторы», строители «современной России» в начале XXI века? И не на уничтожение ли моста и строитель­ство на его месте нового объекта пошли выделенные на реставрацию 20 миллионов? В любом случае, средства, потраченные на мост, израсходованы нецелевым образом — на строительство нового объекта на месте уничтоженного памятника. Доколе мы будем слушать распространяемую ложь о том, что мост уничтожили фашисты, а не «хранители наследия», наши современники, с молчаливого согласия и под прикрытием которых совершаются подобные преступления против России!

Есть ли смысл ворошить сейчас факты, ставшие уже прошлым? Подлинный мост не вернуть никогда… Да, есть, поскольку в вероломной практике органов власти и их концессионеров из различных ООО и ОАО ничего не изменилось. В 2012 году проведены «противоаварийные и ремонтно-реставрационные работы» на федеральном памятнике «Торговые ряды». Освоено четыре с половиной миллиона бюджетных средств. Стоимость самих работ оценена сметой в полтора миллиона, из которых непосредственному исполнителю, субподрядчику, выплачено только 260 тысяч, а за остальные он до сих пор судится с подрядной фирмой. Вопрос: куда, помимо невыплаченных рабочим денег, ушли остальные три миллиона — львиная доля средств? Но ещё более «каверзный» вопрос: почему Ряды после «реставрации» в таком ужасающем состоянии? А ведь работы приняты Министерством культуры! Ценою потраченных жизни и здоровья нескольких самоотверженных людей удалось вырвать из рук проектанта В. Горлова и его компаньонов в органах власти кинотеатр «Родину», но теперь эти же руки цепко ухватились за другой объект — здание ТЮЗа — очередную жертву «культурной политики» в Год культуры. Такой же ценой оплачен провал проекта «воссоздания» Гостиной, 1. Полное искажение архитектурного облика гимназии Томашев­ской на Советской, 14 с замуровыванием её в керамогранит трактовано как «консервация памятника». Почти уничтожена Комната сказок во Дворце пионеров, вандалы стёрли с лица земли центр композиции — изображение Пушкина, надругались над другими сюжетами, пририсовывая «недостающие» части коню и т. д. Дальнейшая её судьба — в полной неизвестности, некоторые чиновники всерьёз надеются восстановить её «местными силами» — очередное проявление неграмотности и безответственности. Нет уверенности, что не продолжился разгром интерьеров, которые делали здание настоящим дворцом, — поскольку доступ в него закрыт, а к инициативе создать общественную комиссию глухи те, кто пытается «монополизировать» общественное мнение. И они же в этой ситуации осмеливаются трубить о каких-то достижениях! Превращение в лубочную картинку здания музея Н. С. Лескова трактуется как «реставрация в соответ­ствии с проектом Тибо-Бриньоля». Неведомо музейным «специалистам», что памятник — это не картинка на проекте XIX в., а тот реальный дом, который был построен по этому проекту и сохранился до наших дней; что декор на таких проектах далеко не всегда детализировался, и уж точно в определённой степени обозначался условно, а предмет охраны — те подлинные наличники, которые сделаны мастерами в XIX в., но никак не схематичное изображение в проекте! Хуже всего то, что и это приходится доказывать… Вокруг дома Лизы Калитиной покрасили забор! Да… ханжество скрыть невозможно. Вспоминается притча Христа о «разукрашенных гробах, в которых мёртвые кости и всякая нечистота». Очевидная истина, что самая простая консервация — лучше неквалифицированной «реставрации», известный всем «деревянщикам» факт, что вопрос сохранности деревянного памятника упирается в крышу — всё это пустой звук для «попечителей». Красится забор, водятся хороводы — и всё это дейст­вительно напоминает «шикарные» похороны памятника. Проходит лето, а реставрационные работы не начались. Без консервации — сооружения временного перекрытия — пока ещё крепкий сруб может вскоре просто сгнить, на это обычно уходит 3—4 года после повреждения крыши. Упорное нежелание провести эту работу заставляет думать, что сохранять подлинный дом никто даже и не собирался. В заповедных зонах, на территориях, которые должны быть зонами охраны выдающихся памятников архитектуры, в радиусах раскрытия бесценных с точки зрения градостроительства панорам проектируются 17-этажные монстры со сносом капитальных блоков ценной средовой застройки, в противоречии с утверждёнными ограничениями использования этих территорий.

А кто «благословляет» это варварство? Чьим «авторитетным мнением» прикрываются запутавшиеся в своём «между делом бездельи» госорганы охраны памятников? Всё тех же «деятелей культуры», в том числе входящих в так называемый Экспертный совет по сохранению историко-культурного наследия при управлении культуры, ставший аналогом небезызвестных «сносных комиссий». Надо сказать, что деятельность этого совета после скандала с Гостиной, 1 стала абсолютно герметичной. Он превратился в «тайный совет» в полном смысле слова.

Становится ясно, что корень зла — в утрате совести, неотделимой от профессионализма, самими деятелями культуры, ставшими сапожниками без сапог. Да, это именно «уважаемые коллеги» своей неграмотностью, безответственностью, непринципиальностью, соглашательством и молчанием, одобрением там, где нужно протестовать, и циничными «подсечками» в отношении собратьев по оружию там, где надо подставить плечо — именно они сгубили и продолжают губить наше наследие, помогая в этом чиновникам и хапугам разных мастей. Чего стоит, например, прозвучавшее по телевидению заявление одного из «хранителей наследия» о том, что деятельность современных градозащитников — это продолжение «болотного движения». Подобные методы, которые можно расценить как публичный политический донос, типичны для тех, кто предал идеалы нашего общего дела, а может быть, всегда был равнодушен к ним. Градозащитное движение, его небывалый подъём сегодня свидетельствует об огромном патриотическом потенциале в обществе, живом, неказённом, никем не «воспитанном» патриотизме, бескорыст­ной и деятельной, предметной любви к Родине, её старым камням и священным рощам. Носителем этого мирочувствия является в основном молодёжь, свежее поколение русских людей, которое, по мудрому наблюдению Г. В. Свиридова, приходит в мир чистым, не замазанным грехами отцов и дедов. Упустить такую уникальную возможность, не сделать это опорой нашего будущего, не выстроить на этом крепчайшем фундаменте внутреннюю политику, а задавить, затолкать в автозаки эти нравственно здоровые явления — это значит погубить будущее страны и её человеческий потенциал.

Способствуют этому и политики, принявшие недавно новый областной Закон об охране памятников. Ради эффектной галочки в политической карьере на карту ставятся памятники Отечества, а «кропятся» карты «общественным мнением» и «инициативой», которые произвольно перетолковываются и преподносятся той же общественности в «нужной» форме. Содействуют им самые безответственные и некомпетентные опять же из нашей среды, привыкшие «тереться» у ног власти или одурманенные новизной ощущений от этого процесса. В этом свете всякая новая весть о планируемых работах на памятниках вместо законной радости вызывает тревогу и чувство опасности. И это, к сожалению, не психоз… Плохо мы охраняем наши памятники. В ненадёжных они руках. Не справляется так называемая интеллигенция с этой задачей. А кроме нас — некому! Поэтому памятники гибнут. В скором времени, возможно, начнутся работы на доме Галаховых (музее писателей-орловцев) и Доме Н. С. Лескова, и неизвестно, что останется от подлинных памятников, и можно ли надеяться на «исправление ошибок»…

Какой выход из всего этого? Во-первых, заняться делом. Утвердить границы, историко-культурный план и предмет охраны исторического поселения «Город Орёл». Для этого не нужно экспертизы, а значит — и финансовых вложений. Выделить 1 миллион рублей на постановку на охрану трёх десятков памятников. Это надо сделать срочно, прямо сейчас, не откладывая на следующий год. Препятствовать допуску к работе с памятниками неквалифицированных исполнителей. Ну и — меняться самим: «Тургенев­ским праздникам», вывешиваниям досок царям и их родственникам, популистским «планам на Год культуры» предпочесть, хотя бы на время, документирование и научное обоснование ценности десятков объектов, нуждающихся в государственной охране, самим заняться ликбезом в области охраны наследия, познать её азы, её основополагающие принципы, изучить закон, реставрационные нормы и правила, статьи Д. С. Лихачёва для начала. И перестать считать себя «солью земли», потому что «если соль не солона — её выбрасывают вон, на попрание людям».

Илья Кушелев.

самые читаемые за месяц