Красная строка № 7 (229) от 1 марта 2013 года

Следствие двухлетней «свежести»

Сергей Новиков был сбит на Карачевском шоссе на окраине Орла, когда возвращался с женой из кафе «На привале». Он помнит, что шел по обочине в метре от кромки шоссе навстречу движению автомобилей. Их в тот вечер, 4 декабря 2010 года, почти не было на дороге. Шел снег, было темно. Сергею запомнился светлый автомобиль, который промчался мимо него. А потом — удар, потеря сознания и долгие месяцы лечения в нейрохирургическом отделении.

Жена Сергея не пострадала, если не считать пережитого страха за жизнь мужа. Женщине запомнился еще и второй автомобиль, который выехал на обочину и сбил Сергея. Но на дворе уже март 2013-го, а следственное управление при УМВД России по Орловской области так и не смогло разобраться, кто же виноват в случившемся — сам пешеход или все-таки водитель машины ВАЗ-21074.

Двадцатидвухлетний А. Соломатин, бывший за рулем «Жигулей», не скрылся с места происшествия и даже сам вызвал скорую помощь. Были на месте столкновения и сотрудники милиции. Всё, как полагается в таких случаях. Но дальше начались странности.

В конце марта 2011 следователь отдела по расследованию ДТП следственного управления УМВД по Орловской области С. Крылов приходит к выводу, что водитель, сбивший пешехода на Карачевском шоссе в декабре 2010, не виноват. И появляется на свет решение об отказе в возбуждении уголовного дела. Но его отменяет непосредственный начальник следователя — руководитель отдела В. Притулло на том основании, что в материалах проверки не хватает заключения автотехнической экспертизы.

Тем не менее уже в начале апреля следователь снова отказывается возбуждать уголовное дело. На этот раз он ссылается на результаты автотехнического исследования, из которого делает вывод: у водителя не было технической возможности не наехать на пешехода. В расчет принимались примерная скорость движения автомобиля — 50—60 километров в час, соответствующий тормозной путь и видимость на шоссе в условиях непогоды и темного времени суток.

Но прокуратура требует провести проверку более тщательно, устранив нарушения процессуального характера, тем более что в постановление следователя закрался нелепый пассаж: о пострадавшем и находящемся в больнице Новикове было сказано, что он… скончался на месте происшествия. И на старуху бывает проруха. Но каково было родственникам потерпевшего!

В следующий раз с попыткой закрыть дело не соглашается уже заместитель начальника следственного управления Ю. Пирогов, который в своих оценках руководствовался несколько иной логикой. Так часто бывает в наше время, что за буквой закона не всегда верно улавливается дух его. Но заместитель начальника следственного управления рассудил вполне здраво, что при скорости в 50-60 километров в час и при плохой видимости водитель вряд ли мог осуществлять должный контроль за обстановкой. К тому же, по мнению Пирогова, пешеход шел правильно — по кромке дороги. Правила дорожного движения позволяют пешеходу двигаться даже по краю проезжей части (или по велосипедной дорожке), если тротуары отсутствуют, а обочина занесена снегом.

Уголовное дело все-таки было возбуждено в мае. Его принял к производству старший следователь того же отдела по расследованию ДТП СУ УМВД по Орловской области А. Гришин. Сроки предварительного расследования неоднократно продлевались, пока, наконец, в ноябре 2011, то есть спустя 11 месяцев после происшествия, дело было… прекращено «за отсут­ствием в действиях водителя состава преступления»!

Прокуратура отменяет это постановление следователя. После очередной попытки расследования дело снова попадает под прокурорский надзор и вновь возвращается в отдел следственного управления для производ­ства дополнительного следствия. И всё с одной мотивировкой — «в ходе изучения уголовного дела выявлены нарушения закона…» — со стороны следствия, разумеется.

Игра в пинг-понг продолжается: следователь вроде выполняет указания прокуратуры, исправляет свои ошибки, но все равно настаивает на прекращении дела. Прокуратура вновь находит недоработки и возвращает дело в следственное управление. За окном — уже конец мая 2012-го. И вдруг в конце месяца следователь направляет в прокуратуру обвинительное заключение в отношении водителя «Жигулей». Причем, как ни странно, после всех ссылок на данные автотехнической экспертизы, которые до сих пор убеждали след­ствие в том, что водитель не мог не сбить пешехода в тот злосчаст­ный вечер, на это раз старший следователь Гришин руковод­ствуется почти такой же логикой, что и его начальник Пирогов когда-то. Тем не менее прокуратура снова возвращает дело следователю, потому что опять оно сделано не чисто с процессуальной точки зрения.

Следователя меняют. За дело берется И. Алтухов, который, в свою очередь, уже в августе 2012 тоже пытается прекратить дело из–за отсутствия в действиях Соломатина состава преступления. И снова прокуратура не утверждает это решение.

В декабре 2012 года пострадавший Новиков получает из прокуратуры Орловской области очередной ответ на очередную свою жалобу. В нем сказано: «В настоящее время по уголовному делу производится дополнительное следствие. Согласно имеющимся в материалах уголовного дела заключениям, данным по результатам судебных автотехнических экспертиз, в том числе независимой, водитель Соломатин А. А., допустивший наезд на вас, соблюдал правила дорожного движения и не имел технической возможности предотвратить наезд. При таких обстоятельствах в настоящее время уголовное дело не может быть направлено в суд для рассмотрения по существу».

Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! Что же получается? Расследовали-расследовали, исправляли-исправляли прорехи в след­ствии, а доказательств, помимо выводов пресловутой автотехнической экспертизы, так и не нашли? И закрыть дело нельзя, и в суд передать — тоже недостаточно оснований? Выходит, прав был следователь Крылов, который уже через три месяца после ДТП всю ответственность за случившееся возложил на самого пострадавшего, к тому же «скончавшегося на месте происшествия»? Ему бы, этому нерадивому пешеходу, надо было идти по краю шоссе со средствами освещения, то есть, надо понимать, с маяком, с фонариком или свечкой, а лучше — и вообще светиться изнутри, чтобы его не сбила машина. А он шагал себе, уверенный, что автомобили должны его объезжать!

«По фактам допущенных ранее в ходе предварительного следствия нарушений и волокиты прокуратурой области в адрес начальника СУ УМВД России по Орловской области вносились требования об устранении нарушений федерального законодательства, — говорится в письме областной прокуратуры от 24.12.2012 г. — В адрес начальника СУ УМВД России по Орловской области внесено представление об устранении нарушений уголовно-процессуального законодательства… В связи с нарушением разумных сроков уголовного судопроизводства в адрес начальника СУ УМВД России по Орловской области внесено требование об устранении нарушений федерального законодатель­ства. Ход расследования уголовного дела находится на контроле прокуратуры области». На исходе был 2012 год. Со дня ДТП прошло два года и двадцать дней…

Могла ли утешить подобная констатация фактов пострадавшего Новикова, который провел на больничной койке больше года и теперь вспоминает о случившемся всякий раз, когда смотрит на себя в зеркало? Шрамы, конечно, украшают мужчину. Но обременяет сознание своей беспомощности перед лицом нашей правоохранительной системы, которая за буквой закона частенько не видит существа дела и даже самого человека.

А ведь, казалось бы, в правилах дорожного движения есть вполне ясная логика: человек за рулем должен осознавать, что управляет средством повышенной опасности. А значит, в каждой конкретной обстановке водитель обязан двигаться с такой скоростью, которая бы позволила ему контролировать ситуацию. Тут, может быть, и 50, и 40 километров в час будет многовато! Казалось бы, при расследовании ДТП, в которых страдают пешеходы, эта логика, этот дух закона должны быть преобладающими. Но дело Новикова, похоже, утонуло в процессуальных нарушениях. Для Сергея и его семьи — это повод плохо думать о нашей правоохранительной системе.

…В настоящее время пострадавший ждет очередного ответа из прокуратуры. Но очень вероятно, что дело о ДТП двухлетней «свежести» снова вернется в следственное управление. А там, глядишь, и срок давности истечёт…

Андрей Грядунов.

самые читаемые за месяц