Виртуальная память

В июне нынешнего года в старейшую на Орловщине и некогда всеми уважаемую газету «Орловский вестник» была передана статья «Стертая цивилизация». Под надуманным предлогом ее вернули автору. Орловчанам стала недоступна информация о проблемах спасения и сохранения историко-культурного наследия в области. Если нет возможности публично высказываться о проблемах национального достояния, то возникает необходимость задуматься о том, что и кто препятствует такой возможности.

Феномен орловской бюрократии

Более 15 лет Орловщина корчится в судорогах вечных реформирований. Нескончаемой чередой регион сотрясают социально-экономические пиар-проекты, претендующие на общенациональную значимость, без какого-либо их осмысления и реального воплощения. Амбициозные планы на деле часто оказываются мыльными пузырями или дают минимальный положительный эффект.

В аграрной дотационной области с депрессивной экономикой власть бредит инновационными прорывами и нанотехнологиями. Популизм и демагогия на протяжении многих лет стали рабочими инструментами властных структур для массированного оболванивания населения. Бывшие партийные функционеры и некогда молодая комсомольская поросль учат народ жить в «рынке», где напрочь отброшена безусловная составляющая цивилизованного рынка — свободная деловая конкуренция. Денно и нощно мы слышим о стабильности, о достигнутой некой социальной гармонии в нашем отдельно взятом регионе РФ. Все обстоит с точностью до наоборот. Это не стабильность, а безысходность, отстой и апатия. Действительность такова, что при чахнущей, хиреющей промышленности, маломощном зачаточном фермерстве, неразвитом мелком предпринимательстве не может быть какого-либо организованного протестного электората, объединенного профсоюзами. Феномен долголетия бюрократической власти на Орловщине кроется в непомерно раздутой паразитирующей биомассе чиновничьей челяди. Вся вертикаль власти прочно спаяна корпоративными интересами и жесткой субординацией. Многолетняя селекция чиновничьих кадров по принципу личной преданности превратила госаппарат в болото. Власть не терпит инакомыслия даже в сугубо профессиональной проблематике, подчиненные исполняют свои должностные обязанности формально, т.к. всякая инициатива наказуема, система работает вхолостую. Не величие духа удерживает местную власть на вершине, а острота нюха, чутко улавливающего пульс и малейшие подвижки государственных институтов. На Орловщине утвердила себя популяция власти, имеющая явные признаки деградирующей советской административно-командной системы конца 70-х гг. и местнического феодализма средних веков в стадии разложения. Ортодоксальные коммунисты «развитого» социализма XX в. глубоко заблуждаются, приклеивая ярлык «перевертышей» своим бывшим соратникам по партии и нынешним руководителям области.

Карьеристы при всех соци-ально-общественных формациях никогда никакой идеологии не подвержены, никаким партиям и социумам не служат. Это беспринципные, ловкие и изворотливые особи человеческого рода с многоликой моралью и параноическим стремлением властвовать над себе подобными. В достижении своих целей они готовы идти по костям сородичей, проявляя завидную изобретательность, обладая железной хваткой и неукротимой энергией с завидной трудоспособностью. Движущей силой их деятельности были и остаются тщеславие и ненасытная жажда обогащения. В последние годы это явление приняло гипертрофированный, гротесковый характер, близкий к навязчивой шизофрении. Став рабами своей алчности и тщеславия (тщетная слава), они уже не способны реально воспринимать окружающую действительность, не способны отдавать отчет своим действиям и поступкам. Власть для них — инструмент для решения собственных проблем.

Бюрократическая чиновничья камарилья, начиная от мелкого клерка, указывает народу на его место в длинной очереди бесконечных коридоров власти на получение пустяшных бумажек бытового характера, всевозможных разрешений, согласований и утверждений — бумажек, за счет которых живет и паразитирует сама власть.

Чиновники не уважают народ, которому призваны служить, и отлично понимают, что народ не уважает их еще более. Власть слабая, она страдает острым комплексом неполноценности и без меры и совести самоутверждается всяческими научными званиями и степенями, почетным членством, закладывает камни, разрезает красные ленточки, пишет автобиографии, награждает себя государственными и православными наградами, обесценивая их в глазах общественности.

Органы власти используют все права, данные им Конституцией, но у них атрофирована основная обязанность — служить народу.

Эффективно и твердо управлять и выстраивать социально-экономическую жизнь региона можно только при наличии конструктивной оппозиции, которая никогда не упустит случая указать власти на ее промахи. Корректируя и шлифуя власть, конструктивная оппозиция тем самым укрепляет ее авторитет. Нескончаемые фанфары и ликование СМИ и телевидения, рапортующих о достижениях и рывках в социально-экономической жизни региона, породили у власти иллюзию непогрешимости и вседозволенности. Власть бесконечно далека от нужд и чаяний простого человека, такое впечатление, что она ходит не по родной земле и переродилась в иностранцев. Она слепа и глуха, не видит вымирающие села и деревни, скелеты брошенных ферм и остовы фундаментов, заколоченные окна сельских школ и клубов, руины церквей и погосты, заросшие бурьяном. Она не слышит причитания одиноких стариков, брошенных всеми, как отработанный материал, как балласт. Поколение, поднявшее огромную державу из руин войны, доживает свой век на унизительную нищенскую пенсию в глухих деревнях, отрезанных от окружающего мира разбитыми дорогами, без надлежащей медицинской и социальной помощи. При этом продолжается трескотня о том, как хорошо стало жить на Орловщине, а будет еще лучше. Это не фантазии воспаленного сознания, а четко продуманная политика региональной власти — надеть кляп на рот каждому, кто видит, слышит и думает иначе, и надо признать: в этом она преуспевает. Власть установила для себя крайне низкую планку моральных ценностей, утратила нравственные ориентиры, впала в глубокое убеждение, что народная мудрость: от сумы и тюрьмы не зарекайся — ее никаким боком не касается. Подавляя всякую оппозицию, болезненно реагируя на критику и инакомыслие, местная власть попала в собственную ловушку, которая стерла в памяти людей то лучшее, что наработано ею за последние двадцать лет.

В результате перестройки 80-х годов и двух десятилетий пиар-шоу вечных реформирований Орловщина бесконечно далека от основополагающего принципа демократии — диктатуры Закона, единого и обязательного для всех и каждого.

За обманутые надежды и разочарования люди жестоко мстят своим бывшим кумирам недоброй памятью или полным забвением.

Воинские захоронения: «пиар» на костях

Трудно найти в РФ регион, где так же часто и беззастенчиво занимаются трескотней об отчем доме, малой родине, славянских корнях, отеческих погостах и так равнодушно и безжалостно относятся к национальному историко-культурному наследию и захоронениям защитников Отечества.

Органы местного самоуправления всех уровней прекрасно осведомлены о бедственном положении воинских захоронений. Финансирование исследовательско-изыскательской работы по воинским захоронениям практически нулевое. За последние 15 лет в местных СМИ неоднократно печатались тревожные статьи на эту тему: «Похоронены и забыты», «Великая неизвестная война», «5000 человек под забором», «Национальный позор победителей» и др.

Орел — город Первого салюта, город Воинской Славы, Орел — единственный в России, где в центре города, на территории в 5000 кв. м, за полуразвалившимся забором, облепленным гаражами, находится кладбище жертв фашизма без какого-либо памятного монумента. На бетонной тумбе надпись: «Здесь погребено 5000 человек, зверски замученных и расстрелянных фашистами в 1941—1943 гг.».

Более 10 лет назад областной и городской администрациям, управлению культуры были представлены проект, макет и смета на выполнение скромного монумента, в ответ — глухая стена молчания.

Орел — единственный город в России, где его освободители, Герои Советского Союза и погибший при освобождении Орла генерал-майор Л. Н. Гуртьев лежат на Троицком мемориальном кладбище под постаментами, взятыми с католических и лютеранских захоронений этого же кладбища.

По существу воинов-героев убили дважды: фашисты — физически, а мы — нравственно-духовно.

Молодое поколение остро чувствует ложь и лицемерие окружающих. Вандализм моральных уродов на воинских захоронениях, нигилизм и нездоровый интерес к национал-социализму — это прямое следствие нашего духовного обнищания и беспамятства. Мы говорим: «Война не закончится, пока не будет захоронен последний солдат». При таком отношении к павшим война в Орловской области не закончится никогда. За последние 15 лет утеряно воинских захоронений больше, чем за 50 предшествующих. Все больше и больше заброшенных солдатских могил на сельских погостах, заросших бурьяном, с развалившимися постаментами, со стертыми ржавчиной именами и званиями. В области располагалось 253 военных госпиталя, только в Орле во время войны их было 50. Большинство братских захоронений при госпиталях утрачено.

При освобождении города только в один день погибало более 11 тыс. солдат. Архивные материалы о местах их захоронений частично утрачены или сами захоронения попросту сравняли с землей. На территории области захоронено 44 Героя Советского Союза, большинство их могил утеряны безвозвратно. 112 529 солдат и офицеров Красной Армии, жертвуя собой ради нас, ныне живущих, с последним шагом и вздохом навечно остались в орловской земле.

Власть неизлечимо больна беспамятством. Принято считать, что человек умирает дважды — физически и тогда, когда стирается память о нем. Памятники воинам-освободителям — это их жизнь после смерти. Продление их жизни в памяти поколений — первейшая обязанность власти и долг каждого из нас. Чиновники отбиваются от молодежных патриотических поисковых отрядов, как от назойливых мух. Что мешает власти вставить в годовой бюджет строку на материально-техническое обеспечение поисковиков, работающих в полевых условиях, принять краткосрочную программу по замене полуразвалившихся гипсобетонных памятников и памятных знаков 50—60-х гг.?

В 2007 г. буквально все СМИ России взорвались справедливым гневом и возмущением по поводу сноса захоронений советских воинов-освободителей в ближайшем зарубежье. Орловская власть отреагировала, как всегда, мгновенно — заседанием «круглого стола» в ноябре 2007 г., в котором приняли участие практически все высшие должностные лица региона. Участники «круглого стола» приняли обращение к депутатам областного Совета: «Выйти с инициативой о реализации пилотного проекта по созданию на территории Орловской области военно-мемориального комплекса, аккумулирующего наследие Великой Отечественной войны, находящееся под угрозой уничтожения на территории иностранных государств» («Время орловское», № 18, 15 ноября 2007 г., «Могилы павших нужно защищать»). При существующем положении дел с воинскими захоронениями в области пиарить себя на всю Россию на костях защитников Отечества — это уже граничит с патологической безнравственностью. Власть сама подрывает свой авторитет в глазах общественности, все больше и больше отдаляясь от народа.

М. Скоробогатов. (Продолжение следует).

М. Б. Скоробогатов — профессиональный архитектор-реставратор. Аттестован МК РФ. Автор более 130 проектов реставрации в девяти областях РФ. В 70—80-е гг. курировал от института «Спецпроектреставрация» недвижимые памятники истории и культуры Тульской, Орловской областей и Бурятской АССР. В Орловской области работает с 1974 г., автор 53 проектов реставрации памятников Орловщины. Из них в настоящее время полностью утрачены три церкви, четыре памятника гражданского зодчества, четыре дворянских усадебных комплекса XIX в. Авторский архив по памятникам Орловской области — более 1000 ед. хр.

самые читаемые за месяц