Красная строка № 21 (287) от 11 июля 2014 года

За что арестовывали и судили Сергея Исакова

Нашу газету время от времени обвиняют в том, что мы больше внимания уделяем одним кандидатам на должность губернатора Орловской области, а о других пишем не столь подробно. Это касается и того, как именно «Красная строка» освещает жизненный путь кандидата, его карьеру в бизнесе или политике и пр. На самом деле, почти любой материал на эту тему можно подвести под нарушение законодательства о выборах, найти «агитационную составляющую» — было бы желание. Мы же считаем своим профессиональным долгом информировать читателей о биографиях кандидатов, в том числе, может быть, и о не самых приятных страницах в них. Сегодня в рамках этого цикла публикаций мы отвечаем на вопрос: за что и как в «лихие девяностые» задерживали, содержали в СИЗО и судили Сергея Исакова…

Как самолет
«Орел-Авиа» вывозил защитников
«Белого дома»

В 1992 году второй секретарь Орловского обкома комсомола Василий Сушков познакомил Сергея Исакова с находившимся тогда в опале после событий августа 1991 года Егором Строевым. Молодой бизнесмен, генеральный директор «Орел-Авиа» и бывший член Политбюро ЦК КПСС стали регулярно общаться, и после того, как в Орловской области были объявлены выборы главы администрации, Исаков стал одним из тех, кто готовил избирательную кампанию Строева.

Он за свой счет организовал съемки и демонстрацию по одному из центральных каналов фильма «Лидер» о кандидате на пост регионального руководителя, занимался юридическими и финансовыми вопросами, выделил ему охрану из своей службы безопасности, вместе со Строевым выезжал на встречи с избирателями.

В апреле 1993 года Егор Строев стал главой администрации области и предложил Сергею Исакову занять должность своего заместителя, но тот отказался, сосредоточившись на бизнесе.

Но осенью 1993 года в Москве произошла цепочка событий, которые не в лучшую сторону изменили судьбу Исакова. Во время исторического противостояния президента Ельцина и Верховного Совета России сложилась ситуация, которая могла бы самым негативным образом повлиять на международный статус нашего государства. Уже потом, через много лет, Александр Коржаков, начальник Службы безопасности президента Ельцина, возглавлявший группу «А» во время штурма «Белого дома», признавался, что у него был приказ физически ликвидировать Александра Руцкого, Руслана Хасбулатова и других лидеров осажденных. Об этом было известно и Службе внешней разведки, причем ее сотрудники понимали, какой негативный международный резонанс мог иметь расстрел этих людей.

Как рассказывает Сергей Исаков, именно сотрудники СВР обратились к нему с просьбой вывезти на время за границу наиболее известных защитников «Белого дома». Накануне штурма Исаков побывал в осажденном здании. Руцкой, Хасбулатов и некоторые другие руководители лететь самолетом отказались — боялись, что собьют. В день штурма в Шереметьево, где базировались самолеты «Орел-Авиа», приехал посланец из СВР. «У него с собой была целая наволочка чистых загранпаспортов и оборудование для их заполнения, — вспоминает Сергей Исаков, — а по мере прибытия выбравшихся из «Белого дома» людей (в основном это были члены «Русского национального единства» во главе с Александром Баркашовым) оформлялись документы на вымышленные фамилии. Мне тогда, кстати, нравилась рок-группа «Альфа» под руководством Сергея Сарычева. С моей подачи «Александром Петровичем Сарычевым» стал сам Баркашов. Лететь из Москвы, правда, он тоже отказался и рванул в Брест, где наш самолет садился и должен был проходить таможню. Мне, кстати, тогда выдали так называемый «вездеход» — своего рода документ прикрытия для использования за границей. Именно его через пару месяцев у меня целенаправленно искали при аресте.

Самолет был новый, ЯК-42 Д, который планировалось отправлять в Голландию в Маастрихт на покраску в цвета «Орел-Авиа». Он вообще совершил первый полет — перелет в Москву — 1 октября 1993 года. На всякий случай в номере лайнера была изменена одна цифра, просто белой краской скорректировали. Вопреки ожиданиям, полет прошел нормально. Сели в Маастрихте, разгрузились, а потом я улетел обратно. Судьба у этого самолета, правда, оказалась несчастливой: через 18 лет, 7 сентября 2011 года, именно на нем при взлете из аэропорта «Туношна» разбился ярославский «Локомотив»…».

(Кстати, о событиях, связанных с вывозом защитников здания Верховного Совета, подробно рассказывается в вышедшем в октябре 2013 года фильме обозревателя НТВ Владимира Чернышова «Белый дом, черный дым»).

Начавшееся сразу после этого давление на авиакомпанию, которой руководил Сергей Исаков, возможно, было связано и с его ролью в упомянутой операции. Могли, кстати, надавить и на главу областной администрации Егора Строева — судя по тому, что он не особенно препятствовал «работе органов» по «Орел-Авиа»…

Пригласили
«попить кофе».
И на 7 месяцев
в СИЗО…

В декабре 1993 года Сергей Исаков был приглашен в областное управление Департамента налоговой полиции по Орловской области для встречи с ее начальником полковником Натальиным. Приглашал его бывший майор КГБ (потом — Министерства безопасности РФ) Александр Климашин, работавший в налоговой полиции начальником отдела. Он очень настоятельно рекомендовал зайти «попить кофейку» к руководству новой структуры (положение о Департаменте налоговой полиции было утверждено 11 октября 1993 года). Закончился визит задержанием Исакова и семимесячным пребыванием его в Орловском СИЗО.

Слово Сергею Исакову: «Когда мы прошли в кабинет Климашина, никакого кофе я, конечно, не получил. Вошел полковник Натальин с вооруженными сотрудниками силового подразделения. Мне было зачитано постановление о том, что я обвиняюсь в том, что недоплатил госпошлину на сумму в 950 рублей. Чтобы читателям был понятен масштаб цен, отмечу, что средняя зарплата в то время была 58 000 рублей в месяц! Поэтому я предложил на месте оплатить налог с «недоимками», но получил отказ.

Стало понятно, что истинная причина моего задержания другая: сотрудники налоговой полиции (а она комплектовалась во многом из кадров тогдашнего Министерства безопасности РФ) искали некий документ, выданный мне «конкурирующей спецслужбой». Документ этот в России никаких преимуществ не давал и ни от каких обязанностей не освобождал. Назначение пластиковой карточки с фамилией, именем и отчеством, а также некоторыми специальными отметками было, как мне объясняли, следующим: при трудностях с выполнением поручения за границей можно было предъявить его офицеру охраны нашего посольства, пройти внутрь и получить помощь. А в России и на трамвае по этой карточке бесплатно нельзя было проехать!

Что касается налогов, то, если уж мы говорим начистоту, суть была в следующем. Я закупил в 1992 г. для сотрудников «Орел-Авиа» около 25 разных автомобилей, которые были оформлены на них как на частных лиц, но использовались в качестве служебного транспорта. В трудовых договорах была соответствующая статья. Через три года, если сотрудник продолжал работать в фирме, автомобиль переходил в его собственность.

Причина, по которой мы не стали организовывать транспорт­ную службу, понятна: для парка служебных автомобилей нужно было разрешение исполкома, создание гаража, штата сотрудников и водителей, медиков и так далее. Это стало бы дополнительной нагрузкой на компанию и лишней расходной статьей.

Были два служебных автомобиля БМВ и у меня. И тут налоговики нашли зацепку: пошлина за регистрацию частного автомобиля составляла 50 рублей, а за служебный надо было платить 525 рублей. То есть я за два автомобиля «недоплатил» 950 рублей. А по старому Уголовному кодексу РСФСР «особо крупный размер» начинался с 900 рублей. Полный идиотизм! Масштабы цен изменились, и на «особо крупный размер» тогда можно было разве что пиццу купить. Но мне его пытались вменить в качестве состава преступления три года! Из них год я провел в разных следственных изоляторах — в Орле, Ельце и Курске».

Заметим в скобках, что Николай Натальин, принимавший непосредственное участие в аресте Сергея Исакова, дослужился до звания генерал-майора полиции, а потом попробовал себя в бизнесе, став генеральным директором Орловского комбината отделочных материалов. ООО «ОКОМ» в середине «нулевых» задолжало печально известному на Орловщине «Соцбанку» и было обанкрочено.

Но тогда, в декабре 1993 года, Сергея Исакова задержали и начали следствие, которое практически сразу передали милиции. Ни на одном допросе он не давал никаких показаний и в знак протеста трижды объявлял голодовку, в том числе и сухую. В результате он провел в следственных изоляторах в общей сложности почти год, причем дважды освобождался судом и Генеральной прокуратурой РФ, но вновь арестовывался прокуратурой Орловской области.

И ещё сам у себя
украл унитаз!

Со временем к обвинению в неуплате налогов на 1/58 часть средней зарплаты и хранение документа, выдачу либо невыдачу которого спецслужбы суду не подтверждали, Исакову прибавили третью статью: хищение унитаза у собственной фирмы. Исаков как генеральный директор был материально ответ­ственным лицом. А как-то раз со склада «Орел-Авиа» для ремонта самолета ЯК-40 в Минск отправили комплект сантехники. Отправляли в выходные, поэтому завскладом документы не оформлял, а потом про это просто забыли. Во время ревизии недостачу на складе обнаружили и «повесили» на гендиректора.

В 1994 году Сергей Исаков, выпущенный из СИЗО Генпрокуратурой, по предложению Владимира Жириновского стал координатором Орловской областной организации ЛДПР и в 1995 году участвовал в довыборах в областной совет. Итоги голосования на участке, где кандидатом был Исаков (за него проголосовало более 97%), были аннулированы облизбиркомом.

В 1996 году Сергей Исаков получил пакет акций орловской телекомпании «35-й канал». Он в очередной раз вернулся в Орел и организовал местный канал, который вещал круглосуточно семь дней в неделю. Возглавил его нынешний мэр Орла Сергей Ступин. 16 августа 1996 года, на следующее утро после того, как Сергей Исаков в прямом эфире задал несколько «неудобных» вопросов главе администрации и председателю Совета Федерации Егору Строеву, он был снова взят под стражу по тому же делу, по которому его освободила Генпрокуратура.

Через полтора месяца последовал приговор Орловского областного суда: два года условно. Впоследствии Сергей был амнистирован постановлением Государственной Думы Федерального Собрания РФ.

Вот, собственно, и вся история. Прокомментировать ее редакция попросила генерал-майора милиции, заслуженного юриста России, заслуженного работника МВД СССР, кандидата юридических наук, профессора Владимира Геннадьевича Капустянского. Во время ареста и начала следствия по «делу Исакова» был начальником УВД Орловской области:

«В конце декабря 1993 года я вместе с начальником 6-го управления УВД Прохоровым осматривал одно из зданий УВД. И вдруг я вижу, что навстречу мне двое оперов в штатском ведут Сергея Исакова. Я в тот момент был в генеральской форме и, к удивлению сопровождавших, подошел к Сергею и поздоровался с ним. Думаю, что и он помнит этот момент. Тогда я сказал ему: «Я не верю в твою виновность. Наберись терпения». И напомнил слова Анны Ахматовой: «Сегодня наш герой — время». От этих слов я не отказываюсь и сегодня. Сергея Исакова преследовали по мотивам, очень далеким от уголовщины. Он, конечно, натерпелся основательно: три месяца в Ельце, где в те времена на подследственных оказывалось самое серьезное давление, могли сломать кого угодно. Но не его.

С юридической точки зрения обвинения были просто ничтожными, а следствие показало свою полную беспомощность. Но в середине девяностых, к сожалению, законодательство было несовершенным. А вот некоторые структуры и отдельные чиновники могли управлять и законами, и судьбами людей. Сергею удалось выстоять, подняться и реализоваться как серьезному руководителю, создателю ряда извест­ных компаний и человеку, достигшему мудрости и зрелости».

Василий Онуфриев.

самые читаемые за месяц